Я - для того, чтобы голос моего народа достойно вел свою партию в многоголосом хоре мировой культуры.
Олекса Тихий, украинский диссидент, правозащитник, педагог, языковед, член-основатель Украинской Хельсинской группы

Орден легендарному «Орленку»

15 июня, 2002 - 00:00

Родился Вадим Яковлевич в 1926 году на Киевщине в селе Селезеновка Сквирского района. В 1942 году во время массовой облавы гитлеровские оккупанты схватили 16- летнего юношу и вывезли на каторжные работы. Но он не смирился с участью раба и неоднократно пытался бежать из неволи. Его хватали и бросали в тюрьмы и лагеря. После седьмой попытки к бегству в июне 1943 года гестаповский трибунал в Кракове приговорил его к смерти, и лишь благодаря стечению обстоятельств удалось избежать расстрела. Он попал в лагерь смерти Освенцим-Аушвиц, где на левой руке ему вытатуировали клеймо — №131161.

Подпольщики-антифашисты, которые работали в центральной канцелярии, обратили внимание на «богатый» «послужной список» юноши и на гестаповскую сопроводительную карточку, на которой значился страшный приговор — «возвращению не подлежит». И подпольщики любой ценой решили сохранить жизнь пареньку. Гестаповцы на допросах жестоко истязали Вадима. После одного из таких допросов ему покалечили пальцы. Подпольщики связались со своим товарищем-узником, который имел медицинское образование, Гансом Максфельдом, и тот тайно, с помощью побратимов, сделал ему в неимоверно сложных условиях операцию. В.Бойко стал членом подпольной организации, выполнял все поручения. Смелого юношу подпольщики полюбили и называли между собой гордым именем — «Орленок». Освенцимское подполье прилагало все усилия, чтобы лагерное гестапо не могло обнаружить парня — его пытались «затерять» среди моря узников, перемещая из одного места в другое, сменяя блоки, секторы, филиалы. Так он попал в Явожницкий филиал «Нойдакс». Связь временно была утрачена, и он оказался без помощи товарищей. За несколько месяцев голода и страданий он дошел до последней грани существования — стал похожим на скелет, обтянутый кожей. Его уже нельзя было использовать как рабскую силу и узник попал под «селекцию» (уничтожение), которой руководил «апостол смерти» — освенцимский врач Менгеле. Вместе с тремя сотнями таких же обреченных на смерть узников Вадима привезли к главному филиалу Освенцима-Биркенау (Аушвиц-II). И в новогоднюю ночь на 1 января 1944 года их голыми погрузили на машины-самосвалы и привезли к крематорию №3. Там загнали-высыпали в газовую камеру, которая находилась на небольшой глубине под землей. Осталось только закрыть металлические двери, которые приводились в движение с помощью электричества, и пустить смертельный газ «циклон», затем путь один — в крематорий. Сотри обезумевших от страха людей ползали по бетонному полу, неистово кричали, плакали, рыдали, голосили, взывали к Богу, посылали проклятия палачам. Ужас охватил и Вадима. Но тут случилось непредвиденное — вдруг погас свет, и лагерь погрузился во тьму. Среди эсэсовцев возникла паника, они подумали, что на лагерь совершают налет американские бомбардировщики, и поэтому с целью маскировки лагеря отключена электроэнергия. Послышались крики — «Воздушная тревога!». Но как выяснилось позже, лагерь был обесточен польскими партизанами на электростанции.

Воспользовавшись замешательством среди эсэсовцев, Вадим, собрав последние силы, бросился назад к еще незакрытым дверям, выкарабкался по бетонному наклону наверх, запрыгнул в самосвал, который еще не успел отъехать, и прижался к полу кабины. После «отбоя» машина тронулась в обратный путь. Проезжая через многочисленные секторы Биркенау, Вадим догадался, что машина едет в гараж, так как шоферы спешили в казино для встречи Нового года. Понял, что при проверке машины его обязательно схватят и снова отправят в газовую камеру. Он выскочил на ходу из машины и направился в сторону проволочных заграждений, надеясь перепрыгнуть через них пока они обесточены, чтобы убежать из концлагеря. Но вдруг территория лагеря осветилась — дали электроток. Надежда на побег исчезла. Замерзший, обмороженный, он еле дошел-дополз до одного из бараков, дверь которого еще не была заперта. Это был 13-й блок мужского отделения интернационального сектора. «Штубовым» и блоковым там, к счастью, были подпольщики, поляки. Вадим, у которого еле теплилась душа, признался, что он «Орленок» и назвал пароль. Рассказал, что с ним случилось. Они спрятали Бойко в каптерке, затем повредили электропроводку, срочно вызвав подпольного врача Ганса Максфельда, который в лагере был электриком и мог свободно передвигаться по территории. Когда Ганс прибыл, Вадима уже покидала жизнь. У врача была единственная ампула препарата, который применяется в неотложных случаях при остановке сердца, и которую он берег для себя. Но увидев своего верного побратима умирающим, не колеблясь, сделал ему инъекцию, введя иглу в самое сердце. Вадим был спасен.

Историки, литераторы-исследователи полагают, что то был единственный случай за все время существования концлагеря Освенцим, когда узник сумел спастись из газовой камеры. За четыре года в газовые камеры и печи крематория Освенцима было отправлено около 5 миллионов человек.

Наступил 1945 год. Наши войска стремительно продвигались вперед. И у узников появилась надежда на спасение. Но агонизирующая Германия нуждалась во все большем количестве рабов. 20 января из Освенцима отошел вглубь рейха последний эшелон с узниками. Их везли в металлических пульмановских вагонах без пищи, воды и обогрева. Через 5 суток эшелон, в котором было три тысячи узников, прибыл в концлагерь Маутхаузен (Верхняя Австрия). А когда двери вагонов открыли, то оказалось, что половина из них умерли в дороге. Прибывших загнали в 19-й изолированный карантинный блок, который узники называли «доходиловкой». 12 февраля узников этого блока рассортировали в разные филиалы Маутхаузена, которых почти полсотни было разбросано по всей территории Австрии. Вадим попал в концлагерь «Линц-III». На новом месте наш герой стал активным членом подполья, которым руководил майор Михаил Янковский. Вадим попал во взвод охраны штаба. Командиром был Михаил Чернышов. А советские войска подходили все ближе и ближе.

1 мая 1945 года во время бомбардировки американской авиацией взвод Чернышова выполнял работы на поврежденных железнодорожных путях вокруг Линца. По знаку командира узники набросились на немецкую охрану и уничтожили ее. Завладев оружием, отряд отправился в рейд по вражеским тылам навстречу нашим войскам. К нему присоединялись другие беглецы из концлагерей и лагерей военнопленных. Только в течение одного дня отряд из 30 человек увеличился до 123-х. Продвигаясь с боями, отряд нес большие потери — в живых осталось только 6 человек, измученных и раненых. Добравшись до наших войск, Бойко подлечился в медсанбате и, приняв военную присягу, в составе действующей армии пошел добивать фашистов.

После окончания войны Вадим Яковлевич еще пять лет служил в армии. Награждался Почетными грамотами командования и именными часами. Имеет более двадцати правительственных наград, среди которых орден «Великой Отечественной войны» II степени, медаль «За отвагу», а теперь и орден Украины «За мужество» III степени. О мужестве «Орленка» — Вадима Бойко стало широко известно в послевоенной Польше. И он из рук президента Войцеха Ярузельского получил орден «Освенцимский крест».

После демобилизации из армии Вадим Бойко решил закалять себя физически. Поступил в школу тренеров при Киевском государственном институте физической культуры, которую закончил с отличием и был зачислен студентом сразу на второй курс этого же института. Стал мастером спорта по акробатике, был членом сборной команды Украины. В спортивных соревнованиях разных уровней всегда завоевывал призовые места и высокие награды. Работал преподавателем физкультуры в школах и вузах Киева. Избирался председателем методобъединений районного и городского уровня, возглавлял школьный комитет при Министерстве просвещения. Часто читал лекции в Институте усовершенствования учителей, много выступал в прессе с научными статьями. Но не давала покоя память о пережитых мучениях в фашистских концлагерях. И он решил написать книгу о страшных злодеяниях гитлеровцев и об антифашистском движении Сопротивления. Первая книга — «Слово после казни» вышла в свет в 1970 году. Переведена на многие языки мира. Имела огромный читательский резонанс как в нашей стране, так и за рубежом — автором получены сотни тысяч писем. Затем вышла книга «Если на земле есть ад» (1983 г.), потом и другие — «Линц-драй», «Последний поединок», «На Руженском шоссе», «Каменная почта».

Ольга КОЗЫРЕВА. Фото автора
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments