Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

«Сам народ должен желать единства»

28 декабря, 2001 - 00:00


Накануне Рождества Христова на вопросы нашей газеты согласился ответить Глава Украинской греко- католической церкви кардинал Любомир Гузар.

— Ваше Высокопреосвященство! Год 2001 был наполнен и переполнен важными и драматическими событиями, в том числе и церковными. Какое из них вы считаете наиболее значительным для УГКЦ, общества в целом?

— С церковной точки зрения, бесспорно, важнейшим событием уходящего года стал визит Римского папы Иоанна Павла II в Украину. Благодаря этому визиту и несмотря на все проблемы в подготовке к приезду Его Святейшества, Украина не только предстала перед миром как страна с высокой культурой и давней традицией, но и стала широко известна в мире. Я в этом еще раз убедился во время недавнего Папского Синода Католической церкви, на который в Ватикан съехались епископы со всех континентов, из всех стран. Общение с ними показало, что для них Украина перестала быть чем- то неизвестным, чуть ли не внештатным. Очень хорошо отзываются о визите также духовные сановники, сопровождавшие Папу во время визита. И хотя из определенных источников шло запугивание по поводу визита, нагнетание страхов, Папа не сделал ничего такого, не сказал ни одного слова, которое углубило бы противостояние в украинском обществе. И все это хорошо осознали.

Духовные последствия визита я считаю долговременными, они будут постепенно проявляться в будущем — в церковной, в общественной жизни. Факт визита стойко закрепился в сознании людей. Сегодня разговор с кем угодно на любую тему обязательно переходит на встречу Его Святейшества с Украиной. Невозможно игнорировать тот факт, что простые люди искренне приветствовали Папу не только во Львове, но и здесь, в Киеве. Люди вышли на улицы и увидели себя в новом, до сих пор небывалом свете — в действительности за границами будничной серости. Это было Событие, и все мы были к нему причастны. К сожалению, в жизни нашего общества почти не происходит общезначимых духовных событий, которые бы оказывали заметное влияние на людей. Поэтому визит поставил перед всеми много вопросов, обратил внимание на духовные ценности, напомнил, что они существуют; Папа подтвердил, что Украина есть, существует и не только в географическом или чисто культурном измерении, но также и в духовном.

Кстати, хотел бы сказать, что в нашем обществе вообще мало обсуждаются духовные темы, духовные феномены сегодняшнего дня. Визит активизировал осознание этого факта различными слоями общества и тем самым несколько сцементировал их.

— Но ведь Московская церковь и определенная часть паствы УПЦ Московского патриархата восприняли визит очень враждебно, а из уст некоторых украинских епископов этой церкви до сих пор звучат осуждения визита. Наступит ли время, по Вашему мнению, когда между РПЦ и УГКЦ взаимоотношения станут если не дружескими, то, во всяком случае, нормальными, дипломатическими? И как, собственно, складываются отношения между другими униатскими церквями и теми православными церквями, в состав которых они когда-то входили? Ведь сейчас в мире существует где-то десятка два униатских восточных церквей, среди которых крупнейшей является УГКЦ.

— Честно говоря, отношение Московского патриархата к нашей церкви для меня абсолютно непостижимо. Я не понимаю, что делается в душах владык, духовенства, верующих этой церкви, не понимаю проявлений острой ненависти, неспособности воспринимать исторические факты такими, какие они есть. Но не имея непосредственных контактов с епископами РПЦ — не по моей вине — приходится оценивать ситуацию только на основании официальных деклараций. В них доминирует церковная — и не только церковная — политика, весьма неблагосклонная к независимой Украине, к ее народу, ее церкви. Этот сложный и во многом странный феномен — позиция РПЦ — заслуживает отдельного изучения и глубокого анализа.

А что касается сравнения нашей религиозной ситуации со складывающейся в жизни других униатских церквей, то на основании общения с епископами этих церквей складывается впечатление более мирной картины. Там, кажется, православные и униатские церкви вместе ищут пути сотрудничества, сосуществования. Абсолютная непримиримость отсутствует.

Да что там говорить о наших взаимоотношениях с Московским патриархатом! Логике не поддаются также взаимоотношения между УПЦ Киевского патриархата и Украинской автокефальной православной церковью, — невозможно понять, какие движущие силы руководят их церковной политикой. Может, именно из-за этого, из-за разного рода вражды между церквями, в Украине, в которой сегодня около сотни различных религиозных организаций, народ, в основном декларирующий себя верующим, почти незаметно влияние религии на государственные дела, политику, культуру. Очевидно, что мы — все церкви Украины — прилагаем недостаточно усилий, чтобы действительно нести Слово Божье своим согражданам.

— Хотелось бы знать отношение УГКЦ к выборам — будет ли церковь высказывать свою оценку тех или иных партий, тех или иных кандидатов либо проявлений аморальности в политической жизни? По Вашему мнению, выделяется ли перевыборная этика тех партий, которые называют себя христианскими?

— Наше отношение к выборам, к политическим реалиям базируется на том, что церковь и Украина в целом заметно связаны с христианским Западом. Это не только 400 лет Унии с Римской кафедрой, это также предыдущая история контактов Киевского христианства с западной Европой, которые придали украинским церквям определенные специфические черты, не свойственные другим церквям византийской семьи. Конечно, Российская империя сделала все возможное, чтобы устранить, ликвидировать оживленные контакты с Западом. Фактически они сохранились только в западных регионах, которые благодаря этим контактам многому научились — как хорошему, так и плохому. В частности, здесь сохранилось осознание независимости церкви от государства, уверенность в том, что церковь не является одним из департаментов государства. Весьма заметен акцент на достоинстве людей, на их свободе выбора как в церковной, так и в светской жизни. Что-то из этого даже претворялось в жизнь. Современная церковь должна быть органично ангажирована в жизнь каждой общины в наиболее важных ее общественных проявлениях. Но она не должна претендовать на участие в государственных делах, в политике, создавать какие-то элементы теократии. Ее долг перед гражданами — помочь им найти достойные формы своего бытия.

Это, в частности, означает, что церковь не имеет права стоять в стороне от такого важного, можно сказать, судьбоносного процесса, как выборы. Начиная с первых дней Нового года, мы будем высказывать свое мнение о том, что делается, подчеркивать, что политика должна заботиться об общем благе, а не о групповых интересах. В своих проповедях священники должны напоминать об этом и избирателям и кандидатам. Считаем большим бедствием и опасностью как для церкви, так и для общества попытки некоторых политиков использовать церковь в политических играх. Это нечестно — покупать голоса, играя на религиозных чувствах. Это близорукая политика, которая может привести только к уничтожению морального авторитета церкви. Кто тогда останется на страже морали? А что касается христианских партий, то ни слово «Христианская» в названии, ни даже Заповеди Божьи в тексте программы партии еще не делают ее действительно христианской. Все зависит от практики, деятельности, ибо «Не имя тебя, а ты имя прославляешь».

— Чтобы исполнять ту высокую общественную роль, о которой Его Высокопреосвященство только что высказался, церковь должна иметь соответствующий уровень образования. Готово ли — по своему образовательному уровню — парафиальное духовенство к социальной миссии? Пользуясь случаем, хотелось бы спросить, достаточно ли эффективно используются материальные возможности Римских коллегий и Университета УГКЦ? Такое впечатление, что там могут учиться — при существующих условиях — втрое больше студентов, чем сейчас.

— Жизнь церкви всегда, а особенно сегодня, требует высокого образования на всех уровнях церковной иерархии. Первая задача церкви — вложить в души молодых людей, идущих служить церкви, понимание ценности образования и желания учиться. Ведь всегда существует большое искушение трактовать духовное служение просто как заработок, как потребительскую профессию. Без преувеличения можно сказать, что УГКЦ ведет активную борьбу за воспитание духовных кадров. А нынешнее наше состояние весьма далеко от идеального. Ибо у нас только небольшая часть священников, проповедь Слова Божьего которых действительно воспитывает, просвещает паству. По образованию наше духовенство можно разделить на четыре категории. Это, во-первых, те священники, которые имели подпольную практику душепастырства, вышли из «катакомб». В целом, хотя они не имеют, по понятным причинам, классического образования, это хорошие, с большим авторитетом пастыри. Вторая группа — это священники, которые до начала 90-х годов служили в православных храмах и имеют православное образование. Здесь все зависит, в каких семинариях или академиях они учились. Третья группа имеет весьма ограниченное образование, то, которое «скоростными» методами давали в годы легализации УГКЦ, когда существовал драматический дефицит парафиального духовенства. Этих людей мы пытаемся доучивать, организуем некие стажировки и тому подобное. И только сравнительно незначительная часть — это люди, получившие солидное фундаментальное образование в наших современных учебных заведениях или за границей. Будем надеяться, что их число постоянно будет расти. А что касается образования в Риме, то так оно и есть. И дело здесь не только в материальных проблемах (они также существуют), а в том, что весьма сложно набрать для обучения в Риме молодых людей, которые действительно стремятся к высокой науке. Как это ни печально.

Но недостаток образования ощущает не только церковь. Об этом свидетельствует, например, такой выразительный факт, как отсутствие у нас публичных дебатов. Скажем, между греко-католиками и православными. То же касается и политиков — и там и тут все упирается в образованность, эрудицию, а также — в знание хотя бы общих правил риторики, красноречия.

— Последний вопрос — как вы оцениваете возможности достижения формального единства православных церквей, а также духовного единства всех христианских церквей Украины?

— Думаю, что досадное отсутствие единства имеет свои глубинные причины. Его не будет, пока сам народ его не захочет. А наш долг, долг церквей — возбудить это желание, сделать его общим.

Хотел бы через газету «День» поздравить всех украинцев со светлым праздником, с Рождеством Христовым, и закончить словами из Рождественского обращения «Urbi et Orbi» («Городу и Миру») Вселенского архиерея папы Иоанна Павла II: «Христос родился, чтобы укрепить связи между людьми и народами, чтобы сделать их братьями в Нем. Он пришел, чтобы разрушить стену, которая была перегородкой, т.е. вражду, и сделать человечество одной единой семьей».

С кардиналом Гузаром беседовала Клара ГУДЗИК, «День»
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ