Диктаторы ездят верхом на тиграх, боясь с них слезть. А тигры тем временем начинают испытывать голод.
Уинстон Черчилль, государственный деятель Великобритании, писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе

Василь Стус в Горловке

«Живые» черты к портрету
16 января, 2009 - 00:00
КОЛЛЕКТИВ ГОРЛОВСКОЙ ШКОЛЫ № 23 1 МАЯ 1962 ГОДА (СТУС — В ВЫШИВАНКЕ) / ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

В прошлом году, на который пришлось 70-летие Василя Стуса, наша газета предложила провести Дни выдающегося поэта. К этой инициативе приобщилась и Национальная радиокомпания Украины. Так, в Острожской академии провели Академию памяти, где в частности представили диск «Живий голос Василя Стуса» с авторским чтением поэзий (потом его бесплатно распространяли образовательным и учебными заведениям). 6 января этого года Василю Стусу исполнился бы 71 год.

Киевская журналистка Валентина Стеблина, кстати, землячка Стуса — родом из Горловки, побывала на своей малой родине, где когда-то преподавал великий поэт, и специально для «Дня» подготовила материал.

Донбасс. Из центра Горловки автобус №5 за полчаса домчит любого в поселок Кондратьевка, где расположена школа №23. Интересна эта школа тем, что в ней весь 1962 год преподавал украинский язык и литературу Василь Стус.

Поселок считается частью Горловки, как и множество других поселков, разбросанных на огромной территории шахтерского города. Вот и нужная остановка. К школе №23 ведет вниз асфальтированная улочка, имеющая точное название, — Наклонная. Слева — дома частного сектора: не очень богатые особнячки с огородиками. Справа — почта, библиотека, магазины. Тут и там на голых ветках деревьев пунцовые кисти рябины. Улочка пересекает площадь с видом на помпезный в архитектурном плане, но обшарпанный от времени Дом культуры. А рядом — знаменитая школа №23. Здание типичное для этих мест — практически все школы Горловки — трехэтажные.

В школе — приветливый персонал и ученики. Охотно покажут, где находится комната-музей истории школы, больше известная как школьный музей Василя Стуса. Хранительница музея — преподаватель Людмила Ефимовна Замойская — притягивает каким-то внутренним светом в сочетании с неподвластной годам женской привлекательностью. О таких говорят: «Светится изнутри».

Переступаю порог комнаты-музея. У входа с большого портрета пристально смотрят прямо в душу стусовские глаза. Портрет нарисовал карандашом местный художник. Внизу подпись: «В нашей школе в 1962 — 1963 годах преподавал Василь Стус». По периметру комнаты — столы с папками и листами бумаги, на стенах — стенгазеты с фото и текстами. Кое-где поделки учеников. Явно не хватает стеклянных витрин, чтобы разложить все это богатство.

— Ну, будем знакомиться, — ласково проговорила Людмила Ефимовна. — Моя фамилия — Замойская. Это по мужу. А Стус знал меня как Шепеленко.

Людмила Ефимовна удобно устроилась за столом, заваленным всякой школьной всячиной, и неторопливо начала рассказ.

— Нас у мамы было четверо, папа погиб на фронте. Мама, как могла, на трудовые свои 45 советских рублей каждому ребенку давала образование. В 1956 году я окончила среднюю школу в Горловке и поступила в Донецкий университет (в те годы он назывался Педагогический институт имени Сталина) на историко-филологический факультет. У меня двойная специализация — «история Украины и всемирная история» и «украинский язык и литература». В этом же университете с 1954 года учился Василь Стус. Я с ним познакомилась благодаря студенческому научному обществу, которое мы оба активно посещали. Общалась с ним вплоть до времени окончания Стусом вуза в 1959 году. Студенческое научное общество, помимо основной работы, организовывало вечера отдыха, на которых бывали Василь Стус, Владимир Сорока, Олег Комар, Константин Мажура. Василь часто именно меня приглашал на танец, но почему — сама не знаю. Я была худенькой, с рыжей косой и надевала на вечера выстиранную школьную форму. Из украшений — только белый бант. Среди студенток встречались и богато одетые; в те времена тоже достаток у всех был разный.

Мы со Стусом часто посещали библиотеку имени Крупской, причем сидели рядом. Я на него сразу «положила глаз» и где-то очень глубоко в душе надеялась на замужество. Но статный, по-мужски красивый Стус вел себя достаточно корректно со мной. Он вообще от природы был деликатным. Василь до того любил рыться в книгах, что иногда даже лекции пропускал, чтобы посетить библиотеку.

Его часто можно было увидеть в комнате №229 студенческого общежития. Ее в шутку студенты прозвали Олимпом. Там хлопцы «гоняли чаи» и очень весело проводили время. Иногда Василь не ехал ночевать в родительский дом, а оставался в общежитии. Девчат «на Олимп» не пускали, а те просто умирали от любопытства: что же в комнате происходит? Стус иногда сам ненадолго заходил в комнату к девчатам — пообщаться.

В 1959 году Василь Стус окончил университет и поехал по так называемому распределению в село на Кировоградщину. Оттуда его призвали в армию. После армии он в декабре 1961 года стал преподавателем украинского языка и литературы в средней школе №23 в Горловке. Я же в этом 1961 году окончила университет и распределилась в школу №59 родного города. А куда еще было ехать? Надо было помогать маме поднимать младшеньких. Проработав там всего 2,5 месяца, перевелась в школу №23, которая находилась ближе к моему дому. Так получилось, что мы со Стусом в декабре 1961 года опять оказались в родном коллективе, теперь уже — рабочем.

Людмила Ефимовна достает обыкновенный школьный журнал. Раскрывает его и показывает страничку из голубой бумаги, датированную октябрем 1962 года. Взору предстает красивый каллиграфический почерк Стуса. В графе «Что изучали на уроке» есть запись «Творчість Бажана». Перьевой ручкой, обмокнутой в синие чернила, молодой учитель Василь Семенович почти всем ученикам ставил строгие оценки. Только одна девочка в течение четверти знала предмет на «5, 5, 4, 5», остальные — на «тройки» и «четверки» по пятибалльной системе. Возможно, сказывалось то, что это были русскоязычные дети. В Донбассе люди всех национальностей (а их более 100) общаются на русском, а для многих это язык их отцов и дедов.

— Стус всегда говорил на чистом украинском, — продолжает рассказ Людмила Ефимовна, — ибо считал, что так должно быть. Русскоязычное толерантное население не возражало. Василь Семенович преподавал ученикам 10 — 11 классов. Ученики его любили, хотя он их не баловал. Его общежитие (теперь полностью разрушенное) было напротив этого помпезного Дома культуры. А обедал он в шахтерской столовой на улице Наклонной, в которой теперь библиотека. Здание хорошо сохранилось, внутри даже высокие потолки — расписные. Дружил Стус с преподавателем пения Василием Шиманским. Жили вместе в общежитии, обедали в одной столовой. Шиманский вел в школе кружок духовых инструментов. Недавно он из Львова приезжал в нашу школу и очень удивлялся, что его помнят.

Урок Василь Семенович всегда начинал с декламирования стихов Шевченко, других поэтов и своих стихов. Ученицы спустя много лет сознавались: «Многого мы не понимали, но слушали. У него был чарующий голос». Действительно, он своим тембром голоса мог привлечь внимание. Но не только им. Он ходил всегда ровно, походка у него была легкая и стремительная. Почти всегда надевал вышиванку.

На школьных тематических вечерах Стус бывал часто. А на танцевальных вечерах он «отрывался» вместе со всеми, т.е. танцевал как любой молодой человек. Как-то раз праздничный вечер продлился допоздна, и Василь провожал меня, так как мой дом находился далековато от школы. И сейчас в потемках ходить страшно, и тогда было страшно. Подошли к калитке. Говорю ему: «Зайди, попьем чайку». Он — мне: «Нет, Ефимовна, не зайду. Смотри, в твоем доме у соседей свет в окнах. А у тебя — муж в армии». Он повернулся и пошел в свое общежитие. За каждое свое слово он отвечал, и вообще он был неординарной личностью.

Из нашей школы он в январе 1963 года уволился. Я начала в его классах преподавать язык и литературу. Стус резко сменил поле деятельности — стал литературным редактором украинского варианта газеты «Социалистический Донбасс». А оттуда он вскоре «чкурнув» в Киев — поступил в аспирантуру. Как известно, на премьере фильма «Тени забытых предков» 4 сентября 1965 года Василь поднялся с места и крикнул: «Кто против арестов невинных людей — встаньте!» После этого пришлось расстаться с аспирантурой и первую свою книгу «Зимові дерева» опубликовать за границей. И тут началось — аресты, предупреждения. Попал на рудники Колымы, где золотая и рудная пыль оседала в легких. Тюрьма в Пермской области — последняя ссылка поэта. Там его настигла смерть. Во дворе одного горловского дома у большого дерева сама по себе сломалась и упала верхушка. Это дерево посадил Стус.

В 2008 году в Горловке торжественно открыли Аллею имени Стуса. Там посадили 70 саженцев березок — по числу лет поэта. Спонсором выступил завод «Эластомер» во главе с директором Грайром Гегаловичем Хачатряном. Когда-то директор дал тысячу гривен на обустройство школьного музея поэта. Сейчас деньги нужны на стеклянные витрины для экспонатов. Напоследок хочу заметить: неизвестно, как бы реагировал Стус на нашу действительность, останься он в живых. Наверное, он боролся не за такую Украину.

Людмила Ефимовна достает ксерокопию старой фотографии. На ней 1 мая 1962 года учительский коллектив выстроился около школы. Стус — высокий, красивый, в неизменной вышиванке. Хотелось ему крикнуть: «Поэт, не уходите никуда из этой школы, не губите себя! Можно бороться словом и здесь».

Директор средней школы №23 Надежда Викторовна Суворова родилась в 1961 году — в год прихода Стуса сюда на работу.

— Его стихи, проникнутые Украиной, гениальны, — высказывает свое мнение Надежда Викторовна. — В нашей школе регулярно проводятся «Стусовские чтения». Дети пишут стихи о поэте и его чаяниях. Стихов после «Стусовских чтений» набирается целая папка. Мы сохраняем память обо всех тех, кто преподавал в нашей школе. На идеях Василя Стуса воспитываем новые поколения. Нужно быть героем, чтобы так противостоять режиму. Немаловажно: дети осознанно гордятся, что соприкоснулись с его творчеством. Он действительно великий. И еще: он был серьезным, ко всему относился серьезно этот интересный, талантливый человек. Друг его — Василий Шиманский — посещает нашу школу. Предостерегая Стуса от нелегкой судьбы в условиях тоталитаризма, Василий Шиманский на правах близкого человека говорил: «Ты — ярый националист». Стус остался навеки Учителем в нашей школе.

В Горловке есть Донбасский историко-литературный музей Василя Стуса, созданный в 2002 году параллельно с Винницким. Идея создания музея принадлежит Олегу Михайловичу Федорову, подвижнику с большой буквы. Он породил идею, проникся идеей, сам собирал документы. При его активном содействии и инициативе созданы Донецкий и Винницкий музеи В.Стуса. Олег Михайлович возглавляет Фонд ветеранов МВД Украины.

Методист музея, обаятельная Александра Анатольевна Просянникова, охотно делится своими знаниями об образе великого украинца Василия Стуса.

— Донбасс Стуса сделал Стусом. Здесь жили и живут мужественные люди. Если вспомнить события Второй мировой войны, то Горловка задержала фашистов в их победном шествии на восток на две недели, а защитники центра Никитовка стояли насмерть месяц. В Горловке насчитывается 22 героя Советского Союза. Собираясь создавать Музей Стуса, организаторы музея долгих пять лет пытались расположить к себе семью Василя Семеновича, что называется, достучаться до их сердец. Семья, поняв серьезность намерений, пошла навстречу. Сейчас музей функционирует постоянно. Он благотворительный и бесплатный. Есть множество ценных экспонатов, например, костюм Василя Стуса. В музее воссоздали камеру-одиночку. В почти такой же весь 1982 год просидел поэт-узник. Там, в полном одиночестве, он сделал лучшие переводы Гете, Рильке и Пастернака на украинский язык. На стене музея художественно оформлены последние слова Стуса: «Господи, дякую!». В музее есть ксерокопии его трудовой книжки, личного дела студента университета и листов горловского школьного журнала. Разумеется, есть письма, фото, книги поэта. К нам приезжают друзья и знакомые Василя Стуса, дружат с нами Валентина Попелюх и Дмитрий Стус — жена и сын поэта-диссидента. Дмитрий даже не ожидал, что у жителей Донбасса «такое приятное лицо» и «люди камня за пазухой не держат». Короче, донбассцы ему пришлись по душе. Кстати, когда после окончания университета молодой Василь Стус уехал на Кировоградщину, он признавался, что не нашел там той настоящей Украины, которую ожидал встретить. В Горловке около завода «Эластомер» 19 апреля 2008 года заложена Аллея имени Василия Стуса. От большого камня, символизирующего твердый характер поэта, друг напротив друга посажены 70 саженцев березок. Их ровно столько, сколько лет исполнилось в этом году великому украинцу. А 18 сентября 2008 года состоялось официальное торжественное открытие Аллеи в присутствии Дмитрия Стуса и многочисленных гостей. Затем все направились в кинотеатр «Шахтер» — смотреть литературно-музыкальную композицию с участием сестер Тельнюк «Стусово коло». Само название появилось гораздо раньше. Впервые в музее 1 июля 2007 года собрались подвижники, друзья Стуса, журналисты со всей Украины и организовали содружество «Стусово коло». Всегда в январе – феврале проходят масштабные «Стусовские чтения». Школьники, студенты и все желающие принимают в них участие.

Во время учительствования в горловской школе №23 Василь Стус пишет письмо одному из самых известных поэтов того времени — Андрею Самойловичу Малышко. Молодой учитель хочет получить совет — как быть, что делать в условиях повальной русификации. В Горловке существовало всего три украинских школы. Правда, в селах Донбасса многие говорили по-украински.

«У нас нет будущего. Корни нации — только в селе, а «хуторянским» народом мы долго не проживем, помня о влиянии города, об армии, обо всех остальных «каналах русификации...». Я знаю, что ради счастья родного народа я мог бы всем пожертвовать, я знаю, что здесь я воспитан родным духовным хлебом, «Жагою» Рыльского, Вашим стихом «Украино моя», — так скажите же, поэт, что делать!..»

Стус ответа не дождался. Трудно обвинять в невнимании прославленного Малышко. Надо полагать, с незнакомыми начинающими поэтами классик не откровенничал. Конечно, Стус был живым человеком. Он страстно влюбился в горловчанку Александру Фролову и даже познакомил ее с родителями. Но отец вынес суровый приговор: «Она тебе не пара. Вряд ли ты со своим характером уживешься с ней».

Если бы можно было время повернуть назад, то хотелося б посоветовать поэту не покидать приветливую Горловку или родной Донецк. Здесь бы он чувствовал себя в относительной безопасности. Но поэт уехал из безопасной «колыбели» и подался в большие миры. Кстати, после отъезда из Донетчины Стус постоянно ощущал «вселенское» одиночество. Во время работы в «Социалистическом Донбассе» в апреле 1963 года поэт написал стихотворение:
«Ти вже не згинеш, ти двожилава,
земля, рабована віками,
і не скарать тебе душителям
сибірами і соловками».

Воистину, нам не дано предугадать, чем слово наше отзовется...

***


Господи, гніву пречистого
прошу — не май на зле.
Де не стоятиму — вистою.
Спасибі за те, що мале
людське життя, хоч надією
довжу його в віки.
Думою тугу розвіюю,
щоб був я завжди такий,
яким мене мати вродила
і благословила у світи.
І добре, що не зуміла
мене од біди вберегти.

Василь СТУС, сборник «Палімпсести»
Валентина СТЕБЛИНА, Киев – Горловка – Киев
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ