Мне была суждена такая судьба, что ваши мертвые выбрали меня. Нельзя заниматься историей холокоста и не стать хотя бы наполовину евреем, как нельзя заниматься историей голодомора и не стать хотя бы наполовину украинцем.
Джеймс Мейс, американский историк, политолог, публицист, исследователь Голодомора в Украине, автор газеты "День"

Все ли селяне видели «свою» землю?

Мои дороги к утраченному наследию пролегают по селам-призракам. И это не Зона отчуждения, а зона безразличия власти к гражданам
30 декабря, 2020 - 11:34
«ПЕРЕД ПРАЗДНИКОМ». В СВОЕ ВРЕМЯ «ДЕНЬ» ОТКРЫЛ ЧИТАТЕЛЯМ СЕЛО ЛЕВКИ НА ЧЕРНИГОВЩИНЕ, ГДЕ ЖИТЕЛИ-ПЕНСИОНЕРЫ НЕ ЗАХОТЕЛИ ГРУСТИТЬ И РАЗБИЛИ СОБСТВЕННЫЙ ПАРК. ЧЕМ «ОЖИВИЛИ» ТЕРРИТОРИЮ И ПРИВЛЕКЛИ К НЕЙ ВНИМАНИЕ / ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «ДЕНЬ»

«Соцсети сообщают», «лента взорвалась», «на своей фейсбук-странице», «аккаунт не активен» ... Такие они, новости второго десятилетия XXI века. А тем, кто забыл, не знал, «не знал, не знал, но забыл», Фейсбук напомнит.

Накануне Рождества на своей фейсбук-страничке черниговский историк Ярослав Волерт напомнил, что ровно 280 лет назад в семье сосницкого сотника родился Опанас Шафонский. Врач по профессии, историк и этнограф по предпочтениям, экономист по призванию, чья блестящая работа «Черниговского наместничества топографическое описание» является не только бесценным источником знаний об историческом прошлом Черниговщины, но и наглядным свидетельством люстрационных (описательных) документов, которые собирались для императрицы накануне территориально-административной реформы Малороссийского края. «Описание» содержит поподробнейшую информацию о населенных пунктах, их классификации (и это далеко не только города и села), количество населения в каждом населенном пункте, социальное положение жителей и их хозяйства, род занятий, состояние развития ремесел и торговли и количество занятых ими лиц , земельные ресурсы (земли пахотные и неосвоенные) природные угодья: леса, реки (все!), болота и озера; технологии обработки земли, местные традиции и исторические сведения, а также языковые особенности довольно большого по площади Черниговского наместничества, в состав которого в то время входили и Ромны, и Гадяч, и Зеньков.

Несколько лет назад в архиве СБУ мне в руки случайно попало описание приграничных территорий тогдашней Киевской области. Отчет содержал подробную информацию о состоянии экономики, заводах-фабриках и их экономической направленности, поголовье скота и техники, количестве и социальном положении населения с целью — sic! — создания в этих районах дополнительных 5-ти отделов НКВД, обеспечения их транспортом и необходимыми кадрами для оперативной работы по выявлению врагов народа и перспективы выделения «пограничных районов» в отдельные области (речь идет о Житомирской и Черкасской областях). Папка документов в моих руках разорвала сознание. Пафосные годовщины образования областей по факту — празднование сталинской территориально-административной реформы. Перекроенная и перераспределенная по требованию НКВД Советская Украина изменила внутренние границы в 1937 — 1938 гг. В следующем, 1939 году, проглотив западные земли.

Коллективизация и массовый загон в стойло вместе со скотом, политика превращения людей в быдло, чей адрес «Советский Союз». Неэффективное хозяйствование на большинстве территорий, совхозы, которые народ окрестил «40 лет без урожая», воспетое украинское романтическое село, где выживали вместо того, чтобы жить ... Вместе с тем, именно совхозы и колхозы создавали хоть какую-то инфраструктуру на селе — школы, фельдшерские пункты, клубы и библиотеки. Это не ода плановой экономике — это констатация факта. И когда наконец спали оковы советского крепостничества, выяснилось, что самостоятельно селянство почти не способно вести хозяйствоа. Не буду углубляться в исторические коллизии, лишь напомню, что реформу по отмене крепостного права в Российской империи готовили более 25 лет, ломая голову над тем, каким образом и в каком количестве обеспечить крестьян землей. Сколько готовили, столько же потом и шишки набивали, ведь в реалиях все оказалось не так просто. Нерешенный земельный вопрос и стал одной из ключевых причин поражения УНР и Гетманщины. Продолжение следует, увы ...

Под новогоднюю елку-2021 украинцы получили очередную территориально-административную реформу и вишенку на торте в виде закона о свободном обращении земли. Все привлекательно, в яркой упаковке с золотистой ленточкой. Все как в лучших демократических странах: децентрализация, либерализация, наконец наш селянин сможет продать «свою» землю (только кто мониторил активность агрохолдеров, которые успели заключить новые договоры аренды, по которым арендодатели, не углубляясь в суть, добровольно отдали себя в рабство) ...

Но все ли селяне видели «свою» землю и знают, сколько и чего им положено? Напомню, что площадь Украины составляет более 600 тыс. квадратных километров с разнообразным ландшафтом и разным плодородием почв. Полесье и степные территории невозможно сравнивать в плане экономического развития, урожайности и, соответственно, по уровню экономического благосостояния населения. Украинское Полесье стало граблями в реформе 1861 года, когда население не смогли обеспечить пахотными землями на площадях, где преобладали леса. Впоследствии по той же причине длительное время большевики даже не пытались создавать здесь совхозы или колхозы. В конце концов, организовывали один на более чем десяток сел с профильным животноводством из-за крайне низкой урожайность посевных, однако с большой площадью речных пойм и лугов.

Традиционно на протяжении веков народ на Полесье занимался преимущественно животноводством. А что же мы видим сейчас? Видим села, где ни коров, ни лошадей, ни коз, ведь пастбища стали полями. Там, где еще лет десять назад можно было видеть на выпасе хотя бы небольшие стада коров, стреноженных лошадей, — кукурузные поля — мечта Хрущева в действии.

Когда слушаешь истории о распаеванных землях в отдельных районах на Черниговщине и средствах, которые получают пенсионеры-колхозники от арендаторов, нормативная лексика невольно испаряется. Правительство, давно живет в смартфоне, не имеет ни малейшего представления о том, как и за счет чего живут те, кто пользуется кнопочными телефонами.

Едем в направлении северо-западной границы. От Чернигова вдоль трассы с обеих сторон — «царица полей». На паузе между рассказами ко мне обращается водитель: «Я в шоке. Я по первому образованию агроном. Если бы в 90-м на экзамене в сельхозакадемии я сказал о кукурузе на Полесье и отсутствии севооборота, меня бы отчислили ...» Оказывается, по нынешним временам наука «лысенковщина» процветает: химудобрения творят чудеса.

Заглянем во всезнающую Википедию, почитаем статью о сельском хозяйстве Украины: «Украина является крупнейшим в мире производителем подсолнечного масла, крупным мировым производителем зерна, сахара (сахарных заводов осталось единицы), меда, яиц и мяса птицы и будущим глобальным игроком на мясном и молочном рынках.

Футурологи считают, что изменение климата и структуры экспорта повлияют на приоритеты аграриев: сократятся посевные площади под озимой пшеницей, увеличатся — под кукурузой, соей и люцерной, возрастут посевы гороха, сорго, рапса, льна масличного и риса. К 2050 — 2060 гг. Украина может стать крупнейшим производителем продуктов питания в мире, в то время как в АПК будут работать только 10% населения. На долю экспорта сельскохозяйственных продуктов будет приходиться примерно треть всего украинского экспорта. Развитая логистика (???), дешевые корма, интегрированные предприятия по производству готовой продукции позволят Украине стать крупным игроком на мировом рынке мясных и молочных продуктов (?). Продукция будет поставляться в более чем 100 стран мира...»

Не знаю, кто те футурологи, но чем-то похожи они на украинское правительство, которое, осуществляя реформу децентрализации, точно не имело перед глазами описаний наподобие Опанаса Шафонского. Стоит только взглянуть на новое районирование Черниговской области, второй по площади в стране, где согласно реформе осталось всего 5 (!) районов. Те, кто создавал подобное новое административное чудо, точно не пользовались общественным транспортом, чтобы просто доехать, скажем, от села Калитянское до села Горностаевка. Несмотря на большую площадь, Черниговщина является демографически проблемным регионом: незначительное количество жителей по разбросанным на значительном расстоянии селах. Это хорошо, если в селах все еще есть школы, в которых бы учились более ста учеников, которых школьный автобус свозит из пяти-шести сел ...

Чем дальше на север области и ближе к границам с Россией и Беларусью, то печальнее. Новосозданные ОТГ объединяют села, отдаленные друг от друга на 40 — 60 км, между которыми отсутствует регулярное сообщение. Мобильное покрытие слабое. Интернет и подавно. Отделение связи ликвидированы. Машина «Укрпошти» приезжает в села раз в неделю, доставляя газеты, посылки, пенсии. Далеко не во всех селах есть ФАПы, ближайшие аптеки расположены в 30 — 40 км. Два нотариуса, исключительно частных, на 25 тыс. населения ...

Я много общаюсь с людьми и понимаю, что создатели реформ людей не видели в глаза. Либеральная реформа по децентрализации в реалиях имеет антигуманное лицо. За оптимизацией и улучшениями, за желанием «все будет кукуруза и подсолнечник» в этой реформе вообще речи нет о людях.

«Раней було лучшее», — говорит мне 80-летняя бабушка. И это не ностальгия по советским временам или молодыми годами. Раньше в деревнях они видели людей, хоть какую-то жизнь, движение. Сегодня чуть ли не в условленное время выходят к скамейкам, как на перекличку, чтобы убедиться, что соседи живы.

Модные футурологи посмеются надо мной, скажут, что я совсем ничего не понимаю в метамодерном социуме, а время традиционного общества давно прошло. Мол, это логично, что мы видим разрушение и исчезновение традиционного украинского села, ведь законы рынка, диджитализация, наступление технологий диктуют свое. Но не странно ли (и о чем молчат футурологи), что рядом с жизнью в смартфоне набирает обороты движение «простой жизни», растет количество экопоселений и людей, которые не хотят чувствовать себя рыбой в сетях агрохолдеров, соцсетей, сумасшедшего ритма задымленных городов. И почему Литва — страна ЕС до сих пор живет поместьями и развивает фермерство.

Конституция Украины, юбилей которой пафосно отметят летом следующего года, гарантирует всем гражданам равное обеспечение прав и свобод. Только в реалиях все иначе. Голосовать закон о свободном обращении земли, не имея кадастра, запускать территориально-административную реформу, не проведя переписи населения ... Объявлять землю товаром, не приняв закон о реституции. Но ведь одна из базовых основ ЕС — уважение к частной собственности, которую рано или поздно придется вернуть законным владельцам, как это сделали Латвия, Эстония, Литва. Пока же мы видим театр абсурда, когда законные потомки дворянского рода Березовских с аукциона покупают у государства свое наследие, национализированное большевиками, чтобы создать для нас с вами «Старобелоусский исторический усадебный комплекс». Большинство селян до сих пор не приватизировали собственные усадьбы, ибо процедура эта непростая (из-за удаленности центров административных услуг от сел, недостаточного количества обслуживающего персонала, юристов, нотариусов и других специалистов) и недешевая (несколько пенсий по стоимости).

Наши либеральные законы создаются по принципу советской конституции — когда-то лучшей (без шуток) конституции в мире, которая гарантировала счастливую жизнь в тюрьме народов. Возможно, пакетом с законом о свободном обращении земли Рада должна была бы принять закон о социальной ответственности земельных арендаторов, агрохолдеров, бизнеса в целом. Ведь это их перегруженные тяжеловозы уничтожают дорожное покрытие, травят пчел и людей агрохимией, их деятельность оставляет воды без колодцев, загрязненные водоемы. Агрохолдеры не нанимают на работу местное население, соответственно, не чувствуют себя обязанными инвестировать в развитие и сохранение культуры, исторического наследия, образования, экологии. Инфраструктура 98% сел — еще тот колхозный базис: школы, больницы, закрытые клубы, забитые досками бани и парикмахерские. Там, где отсутствует современная инфраструктура, нет будущего.

На наших глазах возникает новая реальность. Лично для меня — печальная, до боли щемящая, исполненная отчаяния и бессилия. Мои поездки по разным уголкам Украины дают немало пищи для размышлений. Мой взгляд за много лет приучился замечать выразительные детали. Мои дороги к утраченному наследию пролегают по селам-призракам. И это не Зона отчуждения, а зона безразличия власти к гражданам.

Я уже слышу от активных деятелей, что «народ сам должен, избиратели сами виноваты» ... Может, и так. Только когда того народу в селе — два десятка пенсионеров, которые еле по двору передвигаются, то кто же тогда?

С каждыми новыми выборами жонглирование обещаниями совершенствуется. СМИ и соцсети выставляют на передний план креативных суперменов / вумен, справедливых, искренних, добрых, милосердных и — успешных. Мур-мур-гламур заполонил эфир и пространство.

Уже много лет очень популярна в народе сказка Андерсена «Новое платье короля». Но найдется ли смельчак, который среди восторженной толпы воскликнет: «Да он же совсем голый!»

Анжела САВЧЕНКО
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ