... когда в нынешнюю глухую ночь украинство не будет себя ничем заявлять ясным и громким, то никто не пойдет за ним, когда наступит утро. А он наступит непременно.
Михаил Драгоманов, украинский публицист, историк, философ, экономист, литературовед, общественный деятель

«Майдан» не закончился...

Работа над ошибками «оранжевых» сил
20 ноября, 2006 - 19:36
«ВИТАМИН СВОБОДЫ» / ФОТО БОРИСА КОРПУСЕНКО / «День»

Не впервые в новейшей истории украинцы не удержали достигнутую победу. Так было и в 1918-м, и в 1991-м, это же повторяется и сейчас. И причина одна и та же. Если называть ее одним словом, то это — несостоятельность. Несостоятельность лидеров трансформировать победу-событие в победу-процесс и несостоятельность самого народа добиться от лидеров этой трансформации.

Основой неспособности «Нашей Украины» сначала было традиционное взаимное соперничество лидеров партий-членов блока, а потом — забирание властных рычагов у объединении, а впоследствии и у одноименной партии спонсорами. В результате, последние принесли с собой в политическую жизнь все особенности отношений между хозяином и рабочими, между предпринимателем и его конкурентами. Не обременяя себя необходимостью разобраться в этом новом для себя деле и хотя бы ознакомлением с основами партийного строительства, спецификой отношений в общественных объединениях, бизнесмены стали руководить новым проектом так, как привыкли. Не понимая при этом, что некоторые вещи, которые приемлемы для бизнеса, являются самоубийственными в политической среде.

В современном украинском бизнесе не обязательно думать о далекой перспективе, тратить деньги на аналитику, быть хозяином слова — а политической партии без всего этого не стоит и надеяться на серьезную роль в обществе. В бизнесе вполне оправдано немедленное расторжение отношений с подчиненным, который не выполняет своих обязанностей, — в политике же такой шаг, особенно касательно руководителей среднего и высокого уровня, является недопустимым, поскольку порождает откровенного врага, за которым, к тому же, стоят десятки и сотни членов его команды. Хорошие манеры не являются обязательным атрибутом украинского бизнесмена, но лидер партии, который стрижет ногти во время рабочего совещания, рискует потерять авторитет раз и навсегда. Для всех без исключения бизнесменов самой благоприятной и желаемой ситуацией, их «голубой мечтой» является отсутствие конкурентов на рынке. Прийдя в политику, они просто не поняли, что здесь в принципе не может быть монополии и действовали как обычно: под видом переговоров перманентно затягивали ситуацию, пытаясь решить проблему путем не договоренностей и согласованных компромиссов, но «оснований» и «кидков». В результате — чаще всего, проигрывали оба, что не единожды было продемонстрировано во время полугодовой эпопеи с создания «оранжевой» коалиции.

Политическая партия в европейском понимании — это демократическая организация, в которую входят по собственному желанию и где руководство избирают сами члены партии. Сказать же о «Нашей Украине», особенно после 2004 года, что она демократическая, вряд ли можно. Была проведена большая рокировка кадров, в первую очередь в регионах. Съезд по выдвижению кандидатов в депутаты Верховной Рады проводился абсолютно волюнтаристски — по заранее сформированным спискам, без наименьшей возможности для отводов или самоотводов. Делегатам из регионов не дали возможности высказаться, сформировать руководящую команду партии. Такая же атмосфера царила и на последнем съезде блока — достаточно сказать, что в зале не было ни одного микрофона для делегатов, которые хотели и не смогли поставить вопросы докладчикам или высказать реплику.

Те же проблемы характерны и для БЮТ: ставка на «мессианство» лидера, «всесилие центра» и игнорирование мнения региональных организаций. После 2004 года очень многие искренние сторонники Тимошенко были устранены от руководства местными организациями Блока. На их место пришли бизнесмены, люди, у которых есть деньги. Какая-то здесь логика, конечно, была: «У партии нет денег, поэтому каждая организация существует настолько, насколько позволяют средства». Поэтому подбирались все желающие, лишь бы богатые — из Партии регионов, СДПУ(О), а преданные, но бедные — если протестовали, то их просто выгоняли из Блока. В результате, вершины деревьев лишились своей листвы, корней, а то и стволов.

Резюмируя, можно сказать, что партийные «верхи» относились к низам так, как они привыкли относиться к рабочим своих предприятий: не видеть ни их, ни их проблем, общаться с ними исключительно через посредников, — короче говоря, «проживать на своем ранчо отдельно от свинарника». Желание видеться с «народом» и даже быть в гуще его у них просыпалось только в случае возникновения угрозы лишиться руководящего кресла. В начале апреля в этом году мне позвонил по телефону руководитель одной из самых больших нашеукраинских организаций в Донбассе. Искренне переживая фиаско «оранжевых» на выборах, он говорил о миллионах листовок, десятках тысяч бесплатных подписок на предвыборную газету. Но на мой вопрос: «Сколько в области побывало народных депутатов от блока и сколько раз они выступали перед населением?» он дал вполне ожидаемый для меня ответ: «Два депутата и одно выступление». И это при тех сокрушительных результатах, которые имел блок на президентских выборах! Судьба дала «Нашей Украине» ГОД работы в Донбассе. За этот год нужно было всю сотню нардепов-нашеукраинцев закрепить за отдельными городами, обязать их открыть общественные приемные, встречаться с людьми и решать их проблемы — для партии власти это было и возможно, и жизненно необходимо. Но...

ДОНБАСС И «НАША УКРАИНА»

Вообще Донбасс и «Наша Украина» — отдельная тема, нуждающаяся в изучении и раскрытии. Донетчина продолжает быть терра инкогнита и для политиков, и для СМИ из Киева.

Одной из причин провала «оранжевых» было как раз непонимание как Донбасса, так и его ключевой роли в определении наших перспектив. Несмотря на постоянные лозунги «Украина єдина!», «Ми один народ — на заході й сході, півдні й півночі!», ничего не делалось для того, чтобы перед выборами или после них разработать и осуществить «восточную политику» блока. Необходимость такой политики, по логике вещей, вытекает из наличия монополизма одной силы в регионе — так называемых донецких, которые за 15 лет фактически создали экономическую, политическую и информационную автономию с выразительной антикиевской доминантой. Местные организации партий демократического направления, неправительственные организации были и остаются очень слабыми, к тому же находятся под постоянным контролем областной власти. Всему этому содействовало отсутствие минимального вмешательства как государственного, так и политического истеблишмента Киева в местную экономическую и общественно- политическую жизнь. В донецких СМИ и выступлениях местной элиты это невмешательство трансформировалось в тезис о «глухоте Киева» к проблемам Донбасса. И Киев, в том числе и «оранжевый», регулярно давал достаточно оснований для таких утверждений. Скажем, из сотни членов фракции «Наша Украина» в Верховной Раде, избранных в 2002 году, не было ни одного представителя Донбасса. Конечно, в условиях жесткого монополизма Партии регионов победа в мажоритарных округах шахтерского края кого-нибудь из сторонников Ющенко была невозможна, но невнесение донетчан при смешанной избирательной системе в проходную часть списка «Нашей Украины» было просто непонятным. В созданном на Майдане во время оранжевой революции Комитете национального спасения из более чем 30 человек также не сыскалось места ни для одного представителя Донбасса. И таких примеров можно приводить десятки.

Апофеозом непонимания Донбасса и собственной несостоятельности относительно него было принятие приблизительно в декабре 2003 года как ключевого в избирательной кампании лозунга «Судьба выборов решается не в Донецке (т.е. не в Донбассе)». С точки зрения теоретиков и сторонников такого подхода, «с Донетчиной и Луганщиной все понятно, там нечего делать, голоса наберем в центре за счет тех, кто сомневается».

С финансовой точки зрения, очевидно, такая тактика была оправданной — действительно, «стоимость» голоса в центре была меньшей, нежели в Донбассе, учитывая необходимость развития там «с ноля» нашеукраинских структур, монополизм и полную подвластность местных СМИ региональной власти, «беспредельный» прессинг последней на любых оппонентов. Но с политической, скорее, стратегической точки зрения, это был путь в никуда, потому что закладывал и укреплял могучие основы для абсолютно прогнозированного сепаратизма. Абсолютно прогнозированного — потому что без упорной работы нечего и мечтать о повышении рейтинга В. Ющенко на Донетчине. И если три «донецких» процента на парламентских выборах 2002 г. за «НУ» не несли прямой угрозы, потому что в парламент таки пошли депутаты (хотя и от Партии регионов), за которых донетчане голосовали, то те сами проценты на президентских выборах, отданные за победителя — однозначно выглядели бы провалом, поскольку давали бы немифические основания говорить: «Это не наш президент, Донбасс за него не голосовал!»

К сожалению, эти аргументы не сработали, и в результате донецкие «оранжевые» не получили из центра ни организационной, ни материальной, ни хотя бы психологической поддержки. Достаточно сказать, что полгода — с сентября 2003-го до февраля 2004 года — Донецкий областной штаб из-за отсутствия денег не имел офиса и почти год — до июня 2004 года — ни одного утвержденного на своей должности работника, кроме руководителя штаба. «Общественную приемную», которая по согласованию с центром была открыта весной 2004 года в Донецке, Макеевке, Мариуполе и Шахтерске, через несколько месяцев пришлось закрыть из-за отсутствия денег на аренду помещения и на зарплату юристам — десятки дел не были доведены до конца, об общественном резонансе нечего и говорить...

ПРИЧИНЫ «АНТИЗАПАДНОГО ОТКАТА»

Другой, кроме Донбасса, определяющей для Украины и так же знаково провальной для новой власти темой стала евроатлантическая интеграция. Анализируя результаты последних социологических опросов и сравнивая их с данными 2001 года, нельзя не задаться вопросом: как случилось, что при демократически избранном и подчеркнуто проевропейском Президенте процент украинцев, поддерживающих курс на вступление страны в Североатлантический альянс, уменьшился практически вдвое?

Среди причин «антизападного отката» подчеркну следующие.

Власть не уделяла внимания ни пропаганде идеи евроатлантической интеграции и преимуществ, которые эта идея дает государству, обществу, каждому гражданину, ни хотя бы информированию населения по этим вопросам. Деятельность власти сводилась к периодическому принятию правительственных и министерских программ реализации плана действий «Украина — НАТО», пересылке их сначала в форме неконкретных задач по вертикали Кабмин — областные государственные администрации — городские и районные администрации, а потом формальных отчетов по той же вертикали в обратном направлении. За пределы чиновничьих кабинетов идея не выходила.

Главными пропагандистами и продвигающими атлантическую идею во всех без исключения посткоммунистических странах были руководители государств и близкие к ним парламентские партии. У нас же и Виктор Ющенко, и наиболее массовые составные «оранжевой» коалиции — «Наша Украина» и Блок Юлии Тимошенко — в ходе последних избирательных кампаний четко отстранились даже от минимальной агитации за НАТО или ЕС. В то же время «антиоранжевые» силы в течении этих кампаний вели непрестанную и всеохватывающую, беспрецедентную по размаху даже по сравнению со временами холодной войны агитацию против НАТО. Эта агитация базировалась на простых клише и была направлена исключительно на подсознание неосведомленных обывателей, которые в массе своей — и это также подтверждают опросы — не были хотя бы минимально информированы о сути Альянса.

ГДЕ В ЭТОМ РАСКЛАДЕ «НИЗЫ»?

Одной из причин управленческих неудач «оранжевых» сил была неудачная кадровая политика. На важнейшие направления назначались люди без менеджерских способностей, которые вместо генерирования идей, создания команд, обеспечения четкой и эффективной работы занимались самопиаром и созданием иллюзии бурной деятельности. В результате, высокая должность оказывалась «черной дырой», нивелирующей все, что попадает в нее, в которой даже достижения предыдущих времен терялись. Так произошло и с евроинтеграцией, административной реформой, другими ожидаемыми переменами.

Относительно Виктора Ющенко — то о нем и без меня сказано достаточно, прибавлю лишь одно: он по своему характеру был бы, наверное, идеальным Президентом для стабильной страны с установившейся конституционной системой и развитым гражданским обществом. Из-за отсутствия всего этого он не мог и не смог стать тем, на кого так надеялся Майдан.

Такой видится роль «оранжевых верхов» в том фантасмагорическом финале, который два года тому назад мало кто мог предвидеть. А где же в этом расписании «низы»? Они, как и доныне, пребывают в перманентном процессе: поиск нового лидера — восторг им — измена — невера в измену — проклятие отступника — новый поиск. И так будет до тех пор, пока мы не подчинимся вечной истине — «Не сотвори себе кумира!», пока не поймем, что нельзя ни из-за слепой веры, ни по собственной лени перепоручать свою судьбу кому бы то ни было, пока не станем ответственными за себя и государство ежедневно — такими, как мы были в те последние холодные, но такие щемящие дни и ночи 2004-го.

Павел ЖОВНИРЕНКО, председатель правления Центра стратегичних исследований
Газета: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ