Теперь каждый украинец должен, ложась, в головы класть мешок мыслей об Украине, должен покрываться мыслями об Украине и вставать вместе с солнцем с хлопотами об Украине.
Николай Кулиш, украинский драматург, режиссер, педагог, представитель Расстрелянного Возрождения

Нация — это совместный проект будущего

31 июля, 1999 - 00:00

Уважаемая редакция!

Современное украинское общество охвачено повальной деградацией. На смену определенным иллюзиям, которые сопровождали начало демократизации и создания государства, пришли настроения, близкие к отчаянию. Поиск «правильных путей» переходных процессов традиционно проходит на полях боев идеологий. Однако без рационального объяснения первичных причин общественного кризиса вся эта идеологическая борьба является только демагогией.

Общество, воспитанное на марксистской доктрине примата материального производства, не способное правильно определять главные условия своего развития, сосредоточивает все внимание на экономическом факторе. Неужели собственный грустный опыт, если история других для нас не аргумент, еще не убедил — демократический способ управления государством, искусственно внедренный в вырванном из контекста европейской цивилизации обществе, превращает рыночные реформы в сизифов труд? Экономические свободы оборачиваются анархией, после чего государство вынуждено усиливать контрольно-репрессивные меры, что делает эффективность реформ чаще всего негативной.

Демократия и производная от нее рыночная экономика — составные гражданского общества, но вне последнего дают последствия, далекие от желаемых. Гражданское же общество возможно только при условии существования в государстве нации. Государство — нация — гражданское общество — демократия — именно такая должна быть последовательность, и никакая другая. Украина является государством, но народы Украины не являются нацией. Нация — понятие не этническое и не территориальное. Нация — это совместный проект будущего, для осуществления которого общественная элита объединяет массы. Народ, масса были, есть и будут. Только правящий класс, национальная аристократия или общественная элита (кому как больше нравится) могут сплотить народ в государство и нацию.

Главная беда Украины в том, что пришлось строить новое государство. Если бы украинская социал-демократия не уничтожила руками Директории Украинское государство в 1918 году, возможно все было бы иначе. Ницше был прав — больший вес имеет в жизни то, что не состоялось, чем то, что состоялось. На момент провозглашения независимости не было и не могло быть национальной украинской элиты. Народничество или национал-демократия в очередной раз подтвердили, что безнациональная страна не имеет шансов. Поэтому дело строительства государства могла взять в свои руки только реальная элита — бывшая номенклатура. И, следует сказать, делала это довольно последовательно, причем шла социал-демократическим путем. Не случайно первый президент нашел свое место в этой партии. Социал-демократия — это консенсус между всеми. Эта идея привлекательная, но эффективная в абсолютно других условиях. В сегодняшней Украине социал-демократический путь — это «объективные трудности переходного периода».

Социал-демократическую политику проводил до определенного времени и Кучма. Ирония в том, что пообещав записаться в СДПУ(о) в случае своего переизбрания, Президент уже полным ходом создавал другой общественный уклад, антисоциальный и недемократичный. Кучма-2000 — это охлократия, власть стаи хищников, «рыночная» лукашенковщина. Трудно сказать, какое зло больше: Кучма-1994 или нынешний...

Пытаясь более всего сначала усилить, а теперь и сберечь на будущее свою власть, Кучма действовал по классическому рецепту посредственности: самой первой предпосылкой успешной борьбы является максимальное ослабление неприятеля. Эффективнее и проще всего ослаблять все общество сразу. Бюрократизация, юридический хаос, уничтожение внутреннего потребления — мизерными зарплатами и их отсутствием и производства — выскребанием непомерных налогов, подбор кадров по принципу личной зависимости, серость и провинциальность политической жизни... Вместе с обществом ослаблялась и государственная власть, ведь раздутые силовые структуры — признак не силы, а слабости. Это стимулировало еще большее давление на общество. Бедное общество беднеет все больше.

Бедный человек всегда несчастен. Человек, бедный не по собственной вине, еще и обижен. Человек, который относит свои лишения на счет государства, озлоблен. Но главное — бедный человек слабый, разуверенный. Общество бедных людей слабое, руководить им может и такой Президент, как наш, и даже такая несовершенная система управления государством как наша, сможет длительное время выдерживать такого Президента. (Это неправда, что революции делают отверженные, отверженные бунтуют, а революции — дело рук новых элит, которым мешают мирно прийти к власти элиты старые.)

Таким образом Леонид Данилович уже выполнил свою историческую миссию. Президент Кучма — слепое орудие в руках исторической закономерности, а его роль заключалась в том, чтобы ликвидировать главное на сегодняшний день препятствие на пути развития украинского общества — демократию как способ государственного правления.

Демократия — прекрасное слово. Вытеснив из массового сознания коммунистические идеалы, демократия заняла их место как инструмент обеспечения равенства. Однако демократия имеет такое же отношение к власти народа, как равенство к справедливости. То есть — никакого. Что можно сказать о демократии кроме красивой своей парадоксальностью, и не больше, фразы Черчилля? Только то, что она позволяет неплохо существовать уже высокоразвитым обществам. Что в этих обществах демократия означает лишь процесс легализации путем общих выборов уже существующего положения в стане правящей элиты, которая тем больше имеет шансов, чем полнее отвечает желаниям массы, сама же эти желания формируя и стимулируя. И что таким образом это уже у них не совсем «правильная» демократия.

Разновидностей «правильной» демократии много, по-видимому, столько же, сколько существует разновидностей демократических обществ. Их объединяет одно — хаотический способ организации общества, который проявляется в соревновании за власть между профессиональными политиками и политическими партиями. Власть для них — добыча, которую важно удержать как можно дольше, задабривая, обманывая, покупая электорат, но без насилия. Насилие — привилегия тоталитаризма. Третий способ — монархия — наилучший, но, к сожалению, уже в прошлом (для Украины — с 1918 года).

Но выбор не ограничивается демократией и тоталитаризмом. Власть общественной элиты — класса крупных владельцев, управленцев, военных — единственного класса, который реально заинтересован в сильном государстве (самим инстинктом самосохранения) и единственный имеет реальные средства для усиления государства. Усиление государства — это не увеличение репрессивно-бюрократического аппарата, а утверждение закона, порядка, благосостояния и, благодаря этому, собственного авторитета.

Что же требуется для этого? Пойдет ли страна путем охлократии (предубеждение тоталитарной власти) или классократии (власти элиты) — зависит от демократических выборов 30 октября.

Победа кого-то из «красных» или Кучмы будет означать путь к охлократии. Для второго сценария Украине нужен сильный президент. В высшей лиге претендентов на эту должность два лица отвечают этому критерию — Мороз и Марчук. Большого значения не имеет, кто из них более левый, а кто более правый. Развитие чаще всего идет зигзагами — немного правее, потом немного левее... Соперничать придется с кем-то из левых, реальнее всего — с Ткаченко. Если все будет идти по законам логики, Кучма на выборах шансов не будет иметь — «группа поддержки», его единственная надежда, «сдаст» своего лидера накануне выборов, понимая, что он ее постарается устранить, как только победит (таковы законы стаи).

В заключение немного лирики: я восхищаюсь великой польской нацией, которая всегда успешно выходила из исторических условий не менее трагических, нежели те, что имели место в Украине, благодаря двум факторам — костелу и шляхте. Не случайно, по-видимому, один из известных польских философов считал, что с переходом Вячеслава Липинского на позиции украинства, Польша в его лице потеряла своего наилучшего сына в этом веке. В демократической Украине Липинский остается малоизвестным. Ничего странного: ведь украинский народ несколько веков не имел своей национальной аристократии, государства, собственной судьбы...

Юрий ТИЩЕНКО, Киев

Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments