Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

Стратегия Путина и ответ Украины

Кремль остановят только сопротивление украинцев и реальное давление на Россию со стороны Запада
9 октября, 2014 - 12:26
Стратегия Путина и ответ Украины
ИНСТАЛЛЯЦИЯ В МУЗЕЕ ОПТИЧЕСКИХ ИЛЛЮЗИЙ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 7 ОКТЯБРЯ 2014 г. / ФОТО РЕЙТЕР

В Украине Путин преследует по большому счету одну-единственную цель — полный контроль над страной посредством марионеточного правительства, а в идеале — присоединение Украины к России в рамках некоего, возрождающего СССР, Единого Евразийского Союза. К этой конечной цели он идет через несколько этапов. Первым этапом была оккупация и аннексия Крыма, вторым — организация мятежа в Донецкой и Луганской областях, третьим — оккупация российскими регулярными войсками восточных районов Донетчины и Луганщины, заключение перемирия между т. н. ЛНР и ДНР и украинским правительством, и принятие закона об особом статусе Донбасса. Однако это не значит, что для Кремля война с Украиной уже закончилась. Своей главной цели Путин будет продолжать добиваться как военными, так и мирными средствами, в зависимости от политической конъюнктуры.

При заключении Минских соглашений целью Москвы было признание сепаратистов стороной конфликта и получение обязательства со стороны Киева продолжать финансирование Донбасса в полном объеме, в том числе районов, фактически контролируемых российскими войсками и их марионетками. Расчет также был на то, что через мажоритарные округа на оккупированных территориях в Раду смогут пройти пророссийские кандидаты из числа регионалов и коммунистов, чтобы, прикрываясь парламентской неприкосновенностью, дестабилизировать работу украинского законодательного органа. Пока что эти цели не достигнуты. В принятом Верховной Радой законе об особом статусе Донбасса «Луганская» и «Донецкая Народные Республики» даже не упоминаются. Украинское правительство пока что заявляет, что не будет финансировать оккупированные территории, равно как и проводить выборы в тех районах, где их не сможет контролировать украинский Центризбирком. Соответственно, и сепаратисты не собираются проводить выборы в Верховную Раду, а наметили собственные местные выборы на 2 ноября. Это значит, что Москва взяла курс на срыв украинских выборов, или, по крайней мере, на то, чтобы максимально поставить под сомнение их легитимность.

Понимая, что мирными методами не удастся провести своих кандидатов в Раду, Путин вполне может инициировать срыв и без того весьма хрупкого перемирия и вновь развернуть широкомасштабные боевые действия. Не надо думать, что Донецкий аэропорт, Мариуполь или Дебальцево штурмуют никому не подконтрольные вооруженные формирования «колорадов». Нет, здесь действуют российские войска, пусть даже переодетые в маскарадные колорадские костюмы, а отряды сепаратистов играют лишь вспомогательную роль. И без приказа Путина российские войска не могли бы наступать, пусть даже только на отдельных участках фронта. Одна из задач этих атак — война на истощение украинской армии в попытке не дать ей возможности повысить боеспособность и накопить резервы. Но такой конфликт низкой интенсивности ближе к выборам легко может перерасти в полноценную войну по всей линии фронта. Цель такой войны может заключаться прежде всего в срыве выборов в Верховную Раду на как можно большей территории Луганской и Донецкой областей. Но цели могут быть и более амбициозные — как минимум, захват всей территории двух областей, а как максимум — оккупация всей т. н. Новороссии от Харькова до Одессы и свержение законной власти в Киеве.

«Украинцев ждет несколько весьма тяжелых лет, но призом будет независимость и европейский выбор. И не стоит надеяться, что с Путиным можно достичь какого-то «модус вивенди». Что же Украина может противопоставить стратегии Путина? Прежде всего, как можно более быстрое усиление собственных вооруженных сил. А также получение реальных гарантий безопасности от западных стран, и прежде всего от США»

Это — жесткий сценарий, реализация которого вполне вероятна. Но нельзя исключить, что будет принят к исполнению более мягкий, но не менее опасный для Украины и украинцев сценарий, без масштабных боевых действий. Россия может посылать во все возрастающем количестве диверсионно-террористические группы на всю территорию Украины, причем осуществлять инфильтрацию как через нынешнюю линию фронта, так и через всю линию российско-украинской границы, а в перспективе — и через белорусско-украинскую границу. Дестабилизировать Украину будут также с помощью газового шантажа, ограничения, а то и полного прекращения поставок российского газа, равно как и посредством ограничения доступа украинских товаров на российский рынок, причем задолго до полноценного вступления в силу соглашения об ассоциации Украины с Евросоюзом.

Но какой бы сценарий в результате не использовал бы Путин, надо иметь в виду, что в любом случае российский президент ограничен во времени в разрешении украинского кризиса в благоприятном для себя духе. И дело здесь не только и, пожалуй, не столько в западных санкциях, для полноценного воздействия которых требуется более значительный временной период, сколько в необходимости для России содержать оккупированные районы Донбасса с их разрушенной инфраструктурой, стоящими шахтами и заводами и массовой безработицей. Инвестировать в разрушенный Донбасс россияне явно не собираются. А содержание оккупированных районов, в придачу к Крыму, российский бюджет вряд ли выдержит больше года. Значит, за это время надо успеть если не полностью достичь поставленных Кремлем целей на Украине, то, по крайней мере, перевести конфликт в стабильную стадию. Если основной цели установления в Киеве пророссийской власти так быстро достичь не удастся, то промежуточный стабильный вариант, по мысли Москвы, выглядел бы примерно так, как план Дмитрия Козака для Приднестровья, который, правда, в Молдове так и не удалось реализовать даже при пророссийском правительстве Владимира Воронина. Напомню, план Козака заключался в том, что Приднестровье становится равноправным членом федерации, наряду с остальной Молдовой, при фактической независимости Тирасполя, но при финансировании Кишиневом социальной сферы Приднестровья. В идеале Путин хотел бы видеть ДНР и ЛНР, причем, желательно, в существующих границах Донецкой и Луганской областей, полностью автономными в составе Украины, в том числе и в плане уплаты налогов, но финансирующих «социалку», а то и дотационные шахты из украинского бюджета. При этом самопровозглашенные республики будут иметь право посылать своих депутатов в Верховную Раду для создания там пророссийской фракции, но не допустят на свою территорию украинских войск, полиции, чиновников и языка. Положение сепаратистских анклавов Донбасса Путин хотел бы видеть примерно таким, каким было положение Абхазии в составе Грузии при правлении там Аслана Абашидзе. Но с Украиной подобный вариант вряд ли получится. Поэтому высокой остается вероятность возобновления широкомасштабного наступления российской армией в Донбассе.

Что же Украина может противопоставить стратегии Путина? Прежде всего, как можно более быстрое усиление собственных вооруженных сил. А также получение реальных гарантий безопасности от западных стран, и прежде всего от США. Для этого надо как можно быстрее отказаться от навязанного Януковичем и Москвой внеблокового статуса. Но это только первый шаг. И на этом пути надо, вопреки распространенному мнению, прежде всего, стремиться не ко вступлению в НАТО и не к получению статуса американского союзника, а к заключению с США договора о совместной обороне, по типу тех, что существуют у американцев с Южной Кореей, Японией, Тайванем и Израилем. Вступление Украины в НАТО Москва всегда сможет блокировать с помощью своих агентов в рядах этой организации, вроде Венгрии. Ведь решения о членстве здесь принимаются консенсусом. Точно так же не будет панацеей статус американского союзника. Он даст возможность Америке поставлять на Украину энергоносители и оружие, но не обяжет Вашингтон защищать Украину от военных угроз. Напротив, договор с США о совместной обороне, где требуется согласие лишь одной страны, а не 28, как в случае с НАТО, даст Киеву истинную гарантию безопасности. Прибытие на Украину даже небольших контингентов американских войск заставит Путина отступить и в конце концов освободить и Донбасс, и Крым. Именно договор о совместной обороне с США должен стать главной целью украинской дипломатии.

Что же касается военной реформы, то Украине для того, чтобы противостоять полномасштабной российской агрессии, будет минимально необходима профессиональная армия (из добровольцев) в 300 тыс. человек и вдвое больший резерв, создаваемый за счет регулярной переподготовки тех, кто прежде проходил срочную службу. Потребуется интеграция наиболее боеспособных добровольческих батальонов в состав армии (а не МВД), с сохранением их структуры и боевых традиций. Потребуется реорганизация украинского ВПК с тем, чтобы он мог производить без кооперации с Россией максимум вооружений и техники, а также закупка вооружений за рубежом. И уже сейчас необходимо учить войска по американским, а не по советским уставам, и обучать офицеров и генералов в училищах и академиях по американским и западноевропейским программам. Украина сможет эффективно противостоять России, по крайней мере, в течение нескольких месяцев только тогда, когда украинская армия по качеству будет превосходить российскую хотя бы в том же соотношении, в каком финская превосходила советскую в Зимнюю войну. Но реформа потребует не менее 4—5 лет для того, чтобы принести плоды. Это произойдет тогда, когда профессиональных солдат будут обучать, и будут ими командовать по-новому подготовленные офицеры. А Украине надо будет не только в перспективе иметь военный бюджет в размере 5—6% ВВП, причем до тех пор, пока не будет купирована российская угроза, но и придется быть готовой существовать в условиях разрыва основных экономических связей с Россией. Украинцев ждет несколько весьма тяжелых лет, но призом будет независимость и европейский выбор. И не стоит надеяться, что с Путиным можно достичь какого-то «модус вивенди». Его остановят только сопротивление украинцев и реальное давление на Россию со стороны Запада.

Борис СОКОЛОВ, историк, публицист, Москва
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ