Поднесем свой народ культурно, давайте учит его. Не только учитель может обучать, но может его учить и воспитывать и чиновник, солдат, промышленник или другой.
Августин Волошин, украинский политический, культурный и религиозный деятель Закарпатья

Возвращение к К. Марксу!?

6 сентября, 2007 - 18:43
ПОРТРЕТ КАРЛА МАРКСА, ХУДОЖНИК ВИКТОР ПУЗЫРЬКОВ, 1966 Г. (РЕПРОДУКЦИЯ ИЗ ИЗДАНИЯ «ВІД ЧЕРВОНОГО ДО ЖОВТО-БЛАКИТНОГО+ПОМАРАНЧЕВЕ». К. «ОРАНТА»)

Конечно, у уважаемого читателя газеты «День» может возникнуть вполне естественный вопрос — а стоит ли нам, поколению людей, которое на своей шкуре почувствовало, что значит «марксизм-ленинизм в действии», акцентировать внимание на этом событии. Я так не считаю. Как преподаватель, как профессор университета я хорошо знаю западную литературу, что касается теоретического наследия Маркса, в свое время всесторонне изучал его. Так вот, огульное отрицание К. Маркса считается в мировой науке признаком низкой методологической культуры. Известный западный экономист, глава Кембриджской школы экономической теории Джоан Робинсон писала по этому поводу: «Марксов вклад в науку был настолько важным и оказал такое большое влияние на образ мышления как его противников, так и сторонников, что в наше время найти среди историков и социологов действительно чистого немарксиста так же трудно, как среди географов — защитника теории, что Земля является плоской. В этом отношении все мы марксисты». Стоит задуматься над тем, к каким высотам методологической и чисто человеческой культуры надо возвыситься, чтобы, будучи лидером ведущей школы западной (антимарксистской по своему направлению) экономической мысли, сделать такое заявление, отдавая должное ради истины своему идеологическому противнику.

Эту же позицию отстаивал и Нобелевский лауреат В. Леонтьев. «Значение Маркса для современной экономической теории заключается в том, — отмечал он, — что его труды — это неисчерпаемый источник не только теоретических обобщений, но и эмпирических знаний... Если перед тем, как попробовать дать какое-нибудь объяснение экономическим процессам, кое-кто захочет узнать, что на самом деле представляют собой прибыль, заработная плата, капиталистическое предприятие, он может получить в трех томах «Капитала» более реалистическую и качественную информацию из первоисточника, чем ту, которую он смог бы найти в десятках исследований выпуска «цензов США», в дюжине учебников по современной экономике».

Сошлюсь и на лауреата Нобелевской премии П. Самуэльсона. В хорошо известном учебнике «Economics» он пишет: «Смит, Маркс и Кейнс — трое из многих мыслителей, которые сформировали экономическую теорию и сделали ее жизнеспособной и для нашего сегодняшнего дня». Не могу не вспомнить и высказывания одного из наиболее заметных современных социологов мира, экс-президента Международной социологической ассоциации американского ученого И. Валлерстайна, который в книге «Конец знакомого мира. Социология ХХI века» в числе основоположников социологической науки назвал Дюркгейма, Маркса и Вебера. Прежде чем окончательно «похоронить Маркса», — подчеркнул он, — его «стоит хотя бы перечитать вновь в контексте современных реалий».

ПРЕОДОЛЕТЬ БОЛЬШЕВИЗАЦИЮ КАРЛА МАРКСА

Полностью разделяю эту точку зрения. Однако дело не только в этом. Для того, чтобы сформировать корректную позицию в своем отношении к научному наследию К. Маркса, следует прежде всего отделить автора «Капитала» от идеологии российского большевизма. Фактически это не был марксизм в его идентичном (первозданном) виде. В связи с этим следует учитывать, что в начале XX в. отдельно развивались два по существу взаимоисключающих ответвления марксизма. Это, с одной стороны, западная социал-демократия, у источников которой стояли К. Каутский, Е. Бернштейн, Р. Гильфердинг, и, с другой — догматизированный марксизм, или марксизм-ленинизм, который был поставлен на службу апологии пролетарской революции, которая привела к утверждению псевдосоциалистической системы советского (большевистского) типа. Сошлюсь в этом на мнение известного публициста России, труды которого стали в середине 80-х знаменем борьбы против прогнившей тоталитарной системы бывшего Союза Г. Лисичкина. В 1993 г. им опубликована книга с символическим названием: «Карл Маркс — самый жестокий враг российских большевиков», где глубоко осмысливаются поднятые проблемы. Вычеркивая К. Маркса из нашей мировоззренческой системы, пишет он, «мы теряем свое место в потоке мировой общественной мысли, лишаемся права принимать участие в болезненных поисках путей к лучшей жизни, большей социальной справедливости на земле».

Такими же являются оценки одного из наиболее заметных ученых первой половины ХХ в. Й. Шумпетера. «Между идеями Маркса и большевистской практикой и идеологией, — писал он, — существует такая же пропасть, какая существовала между религией покорных жителей Галилеи и практикой и идеологией средневековых князей церкви или феодальных военачальников». Такая жесткая оценка отвечает истине. Нельзя не принимать во внимание то, что в течение длительного времени советская официальная пропаганда целенаправленно работала на идею большевизации и сталинизации марксизма, его приспособление к потребностям авторитарно-бюрократической системы.

Одним из проявлений этого стало приспособление теории К. Маркса к идеологической концепции большевизма о роли личности в общественном процессе. Хорошо известно, что вся система теоретических взглядов К. Маркса базируется на идеях гуманизма, развитии личности как самоцели исторического процесса. К. Маркс всегда уделял особое внимание вопросу отношений личности и общества. В частности, рассматривая структуру потребностей и интересов человека, он исходил из того, что они реализуются как на индивидуальном, так и на общественном уровне. К. Маркс не только не противопоставлял личные и общественные интересы человека, как в этом его часто обвиняют, а, наоборот, исходил из того, что последние являются функционально производными от первых. Определяя соотношение личных и общественных интересов, индивиды, считал он, всегда исходят «из себя». Базируясь на этом, К. Маркс и Ф. Энгельс сформулировали классический принцип о том, что свободное развитие каждой личности является условием свободного развития всего общества. Ныне этот принцип является одним из основополагающих всей системы взглядов, которые определяют логику гуманизации исторического процесса.

Но произошло так, что именно эти гуманистические идеи К. Маркса представлялись большевизмом в самом искаженном виде. Сошлюсь на такой пример. В известном труде Сталина «Анархизм или социализм», в частности, указывается: «марксизм и анархизм — построены на совершенно противоположных принципах... Краеугольный камень анархизма — личность, ос

В сентябре этого года исполняется 140 лет со времени выхода в свет первого тома «Капитала» — выдающегося произведения, работу над которым сам автор считал делом всей своей жизни вобождение которой, по его мнению, является главным условием освобождения массы, — коллектива. С точки зрения анархизма освобождение массы невозможно до тех пор, пока не освобождена личность. В виду этого его лозунгом является: «Все для личности». Что же касается марксизма, то его краеугольным камнем является масса, освобождение которой — главное условие освобождения личности. Таким образом, по мнению марксизма, освобождение личности невозможно до тех пор, пока не освободится масса. Этим предопределяется и содержание его лозунга: «Все для массы».

Собственно, на этой основе были сформированы и принципы нацизма. «Быть социалистом, — аргументируя идеи социал-нацизма, писал Геббельс, — означает подчинение своего «Я» общему «Ты»; социализм — это принесение в жертву личного общему». Такое совпадение принципов тоталитарного социализма и социал-нацизма является не случайным. Оно имеет довольно основательный фундамент в базисных основах большевизма. Особенно подчеркиваю это потому, что проблема «большевизации Маркса» — дело не только времени, которое прошло вместе с крахом тоталитарного социализма. Нынешние рецидивы большевизма уже в стенах независимой Украины, носителями которых являются наши «новые левые», которые также пытаются опираться на авторитет К. Маркса, являются не менее опасными. Когда вчитываешься в их аргументы, то самое первое, что становится понятным, это то, что эти люди очень далеки даже от элементарного понимания К. Маркса в оригинале. Все, как и раньше, взято из «Краткого курса ВКП(б)» и основывается на его толкованиях и перетолкованиях.

Что за всем этим кроется? В первую очередь — теоретическая непросвещенность и методологическое невежество. Г. В. Плеханов когда-то писал: «Микеланджело говорил о себе: мои знания породят многочисленных невежд. И это пророчество, к сожалению, сбылось. Теперь невежд порождают Марксовы знания. Обвинять в этом, конечно, следует не Маркса, а тех, кто говорит глупости от его имени». Пророческие слова, к которым стоит прислушиваться всем нам.

ЭВОЛЮЦИЯ ВЗГЛЯДОВ КАРЛА МАРКСА

Трагической ошибкой К. Маркса стала его позиция относительно революционного низвержения капиталистического способа производства, которая была взята на вооружение большевизмом. Хотя и в этом есть свои нюансы. Обратите внимание на то, что, по мнению К. Маркса, политическая революция возможна только тогда, когда капитализм полностью исчерпает потенциальные возможности своего развития и когда само его смещение с исторической арены приобретет признаки природного процесса. Я не преследую цель обстоятельно останавливаться на этом вопросе, но то, что в трудах К. Маркса и Ф. Энгельса, написанных в период после Парижский коммуны, начинают расставляться несколько иные акценты в отношении «революционного низвержения капитализма», чем те, которые имеют место в работах предыдущего периода (конца 40-х — началу 70-х гг.), является истиной, отвечающей действительности. В истории научной мысли остался не выясненным вопрос: почему К. Маркс при своей жизни не опубликовал II и III тома «Капитала», работа над которыми проводилась одновременно с I томом? По моему убеждению, это связано с его попытками осмыслить новую логику развития капитализма после соответствующих событий.

Вот еще один убедительный, на мой взгляд, пример в отношении этого. В 1886 г., уже после смерти К. Маркса, был издан на английском языке первый том «Капитала». В своем предисловии к этому произведению Ф. Энгельс счел необходимым подчеркнуть, что совершенное изучение экономической истории и положения Англии последнего периода дало в конечном итоге К. Марксу возможность прийти к выводу, что социальная революция в этой стране может быть осуществлена исключительно мирными и легальными средствами.

Объяснение этой принципиально новой позиции в одном из кардинальных вопросов марксизма — вопросе соотношения революционного и реформистского развития представлено Ф. Энгельсом и в его предисловии к труду К. Маркса «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 гг.», который переиздавался в 1895 г. История показала, подчеркивал Ф. Энгельс, что наши предыдущие взгляды во многом оказались иллюзорными. Способ борьбы пролетариата, о котором писал К. Маркс в переиздаваемом труде теперь во всех отношениях устарел. Ирония всемирной историй ставит все кверху ногами. Мы, «революционеры», только теперь убеждаемся, что достичь большего можно при помощи легальных средств, чем нелегальными или при помощи переворота.

Обращаю внимание читателя на эти аспекты марксистской теории для того, чтобы показать, что в ее развитии также есть свои периоды и этапы, которые отражают соответствующую периодичность в общественной жизни. Поэтому понять К. Маркса можно на основе учета эволюции его взглядов. Речь идет в первую очередь о позиции, которую заняла в вопросе соотношения эволюционного и революционного разворачивания исторического процесса западная социал-демократия, которая, базируясь на соответствующих позициях, сумела не только отстоять К. Маркса, но и подняться до уровня творческого развития его теоретического наследия, его гуманистических основ. Собственно, утверждение высокого авторитета К. Маркса как ученого-гуманиста после его смерти в значительной степени обязано углублению его идей теорией социал-демократического развития. Большевизм своей теорией и практикой сделал все, чтобы дискредитировать К. Маркса. Социал-демократия смогла взять у него самое рациональное, то, что работало и при новых условиях исторического развития, углубить его. Как следствие — к духовным достижениям мировой цивилизации приобщалась теоретическая система, которая не только отражала объективные закономерности общественного развития, но и стала соединительным мостиком мировоззренческих систем ряда поколений. Именно в таком контексте требует более совершенного осмысления методология историзма К. Маркса, которая в интерпретации ее автора никогда не претендовала на всеобщность. Кто знает труды К. Маркса и в то же время достаточно знаком с современными теориями постиндустриального общества, в частности с трудами Д. Белла, О. Тоффлера, М. Кастельеа и др., не может не замечать ряда принципиальных корреляций, которые касаются предвидений будущего Марксом и соответствующих интерпретаций основных тенденций современного развития. Возможно, здесь дает о себе знать и такое немаловажное обстоятельство: значительная часть теоретиков постиндустриализма — это бывшие представители западной марксологии, «ученые от К. Маркса».

В 2004 г. увидела свет книга известных ученых М. Гардта и А. Негри «Множественность. Война и демократия в эпоху империи» (Multitude. War and Democracy in the Age of Empire). В 2006 г. ее издали на русском языке в Москве. Рассматривая методологию «Капитала», авторы пишут: «Чтобы идти по стопам Маркса, следует фактически пойти далее его самого и создать на основе его метода новый теоретический аппарат, адекватный нашей нынешней ситуации... Однако, начав подобное движение от Маркса, мы все убеждаемся, что невозможно избавиться от ощущения, как будто он до нас уже побывал там, куда мы только добрались». С этими позициями нельзя не согласиться.

КАРЛ МАРКС И РЕВОЛЮЦИЯ В РОССИИ

В контексте рассматриваемой проблемы довольно значимой является тема: Маркс и революция в России. Так сложилось, что в конце XIX — начале XX вв. центр марксистской революционной мысли переместился с Запада в Россию. Это нельзя отрицать. Капитализм в России значительно отстал в своем развитии от капитализма Запада, где каждый раз более выразительными становились элементы эволюционной социализации, и поэтому идеи чисто революционного марксизма в их классическом определении все более теряли основу для непосредственной реализации.

Более благоприятными для их ассимиляции были общественные процессы в России. Почва для прорастания идей радикального марксизма образовалась здесь задолго до появления большевизма. Перевод «Капитала» К. Маркса вышел в свет на русском языке в Петербурге еще в 1872 г. Это был первый перевод этого произведения. Основные его идеи идеологи большевиков взяли на вооружение. Но сделано было это без учета не только тех существенных коррективов (большей частью политических), которые К. Маркс и Ф. Энгельс внесли в свою теорию в последние годы жизни, но и конкретных особенностей развития общественно- исторического процесса в тогдашней России.

Одну из таких особенностей составляла, на фоне существенного отставания экономики России от процессов общественно- экономического развития стран западного капитала, специфика ее земельного устройства. Речь идет об общинной системе землевладения. На основе ее глубокого и всестороннего исследования, К. Маркс (с этой целью он даже изучил русский язык и проработал чрезвычайно большой объем документального материала в оригинале, в частности, земскую статистику) пришел к выводу о возможности специфического пути обновления общественного строя России через социализацию общинной формы ведения хозяйства.

Особый интерес в отношении этого представляет переписка К. Маркса с Верой Засулич, одной из активных участниц русского социал-демократического движения, поклонницей взглядов Г. Плеханова. В своем письме к В. Засулич от 8 марта 1881 г. К. Маркс писал: «Анализ, представленный в «Капитале», не дает... доказательств ни за, ни против жизнеспособности русской общины. Однако специальные исследования, которые я провел на основе материалов, почерпнутых из первоисточников, убедили меня в том, что эта община является точкой опоры социального возрождения России...». «Если бы российские сторонники капиталистической системы начали отрицать теоретическую возможность такой эволюции, я спросил бы у них: разве для того, чтобы внедрить у себя машины, пароходы, железные дороги и т. п., Россия должна была, подобно Западу, пройти через длительный инкубационный период развития машинного производства?» «Именно благодаря тому, что она является современницей капиталистического способа производства, она может усвоить его позитивные достижения, не проходя через все его ужасные перипетии».

В этих словах, написанных в период переосмысления идей революционной «экспроприации экспроприаторов», К. Маркс четко и неоднозначно ставит вопрос о возможности эволюционной трансформации российского общества по принципиально иной схеме, чем той, которая была экономически обоснована в I томе «Капитала». Более того, К. Маркс даже предостерегает русскую социал-демократию (и это делает ему большую честь как ученому), что ход событий в России не укладывается в систему революционных обоснований «Капитала», что его постулаты не могут быть догмой .

Однако большевизм В.Ленина пошел другим путем. Уже в 1903 г. на II съезде РСДРП произошел раскол русской социал- демократии на большевиков и меньшевиков. Со стороны большевиков это был фактический отход от идей К. Маркса и в отношении его положения, по которому социализм не может победить в стране, где еще не созданы для этого необходимые экономические, социально-политические и духовные предпосылки, и в отношении возможностей для России специфически- эволюционного пути отмеченных преобразований. Уже со времени своего зарождения, с первого своего шага большевизм выступил как общественно-политическое течение, которое только прикрывалось марксистской фразой, а на деле было антимарксизмом. Очень точно об этом писал Й. Шумпетер. «Издавна еретики неизменно провозглашали, — писал он, — как будто они не разрушают то или иное учение, которое досталось в их руки, а, наоборот, пытаются восстановить его первичную чистоту. Ленин, переняв устоявшуюся традицию, восхвалял и чрезмерно омарксивал Маркса». В то же время, по убеждению Й. Шумпетера, разногласия между К. Марксом и В. Лениным касались не просто «разногласия по второстепенным вопросам учения Маркса. В действительности речь шла об отступлении от его самой главной сути».

Аналогичные мысли в отношении полного отхода российского большевизма от К. Маркса аргументирует и выдающийся английский ученый-историк А. Тойнби. Он пишет, что «красная нить», которая протягивается от Гегеля через Маркса к Ленину, проложена в таких формах, что «отцы коммунистической идеи вряд ли смогли бы узнать свое учение, если им удалось бы опять посетить Землю и посмотреть на последствия своих трудов». Если марксизм, обосновывает далее свою мысль А. Тойнби, пытался предложить человеческое решение существовавших в первой половине ХIХ в. проблем индустриализма, то «большевизм является попыткой адаптировать марксистскую идеологию исключительно к себе». Он «объявил себя единственной марксистской ортодоксией, считая, что теория и практика марксизма может быть выражена только в понятиях российского опыта». Поэтому в «России, — пишет А. Тойнби, — марксизм стал реакционным». Это был, как писал Н. Бердяев, «азиатский марксизм». М. Драгоманов называл его «мужицким социализмом».

Обоснованные выше положения предоставляют возможность читателю понять, насколько коварной была официальная пропаганда, которая из поколения в поколение насаждала явно лживую идею о тождественности ленинско-сталинского большевизма и теоретического наследия К. Маркса. Мы верили в это, воспринимали как неоспоримую истину. И когда спрашиваем себя: где и когда сошли мы на окольные пути, с чего это началось, и если хотим выяснить теоретические истоки казарменного социализма, то ответы следует искать в первую очередь в этом.

«ОТВОЕВАТЬ МАРКСА У МАРКСИСТОВ»

Хотелось бы, чтобы читатель понял мою позицию. Я не призываю к новому обожествлению К. Маркса. Этого не надо и К. Марксу. Более того, должны оставаться разборчивыми к нему, не требовать того, на что он не претендовал. Однако, чтобы, повторяю, понять самих себя, приобщиться к духовным богатствам мировой общественной мысли, понять основы ее развития и поэтому раскрепостить свои души, обогатить себя интеллектуально, должны спокойно, без лишних эмоций и политиканства попробовать шаг за шагом очистить идеи К. Маркса от большевизма. Только сделав так, мы сможем, создавая новое общество, сознательно определиться, что действительно должны взять с собой от К. Маркса, а от чего из его наследия отказаться.

Кстати, так сделал Запад. Имею в виду попытку переосмыслить К. Маркса в связи с празднованием в 1968 г. 150-й годовщины со дня его рождения и в 1983-м — 100-летия со дня его смерти. Этот период был отмечен изданием очень большого количества публикаций (только Нью-йоркской публичной библиотекой зафиксировано почти 500 наименований). О необходимости переосмысления научного наследия К. Маркса высказывались самые авторитетные политологи и экономисты Запада, которые представляли практически все направления современной общественной мысли, в частности и те, которые далеко не всегда разделяли и разделяют его взгляды. Это явление получило название «ренессанса Карла Маркса». Его исследованию была посвящена книга автора «К. Маркс и развитие экономической мысли Запада» (1990).

Рассматривая «ренессанс Маркса», надо глубоко осмыслить социальную платформу этого явления. Это сегодня чрезвычайно важно. В пределах современного цивилизационного развития, социализации западного общества происходит гибридизация социальных структур, которые сложились раньше и противодействовали друг другу. Это предопределяет объективное расширение социальной базы марксизма, его развитие не только вглубь, но и вширь, его структурализацию и плюрализацию. Об этом в свое время писал в своих знаменитых «Тюремных тетрадях» А. Грамши, которые все больше привлекают глубиной своей научной и идеологической проницательности. В реальной действительности, отмечал он, происходило широкое проникновение идей К. Маркса в глубочайшие слои культуры. Уже давно они (эти идеи) стали общечеловеческим достоянием. Поэтому любое разграничение здесь может быть только искусственным и неестественным. Оно приведет к непременным потерям во всем том, что составляет интеллектуальный потенциал человеческого сообщества.

Что касается определения непосредственной цели «ренессанса», типичным было выражение П. Самуэльсона. В десятом издании учебника Economics (1976) в специальном разделе, посвященном «Капиталу», автор так сформулировал смысл этой проблемы: задача заключается в том, чтобы «отвоевывать Маркса у марксистов». «Маркс является слишком значимым, — подчеркивал П. Самуэльсон, — чтобы его оставить марксистам». Эту же мысль высказывал и другой, не менее именитый ученый, американский экономист Дж. Гелбрейт. Он считал Маркса «слишком большой фигурой, чтобы полностью отдать его социалистам и коммунистам». Идея о необходимости «отвоевывать Маркса у марксистов» (как вчерашних, так и сегодняшних большевиков-ленинцев) — неотложная задача, которая стоит перед демократической Украиной. Он нам также нужен. Это стоит обязательно сделать. Нам нужно подняться на такую ступень общественного сознания и политической культуры, которая бы дала возможность понять это.

Анатолий ГАЛЬЧИНСКИЙ, профессор, Институт стратегических оценок
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ