Нас послали только предсказывать воскресение мертвых и будить сонных. Это наше дело.
Пантелеймон Кулиш, украинский писатель и общественный деятель

Архитектурные уроки Мариуполя

Несколько (поучительных) историй о старинных зданиях города
23 ноября, 2018 - 12:17
САМЫЙ ИЗВЕСТНЫЙ СТАРИННЫЙ ОСОБНЯК МАРИУПОЛЯ — ДОМ ГАМПЕРА. ПРИМЕЧАТЕЛЕН НЕ ТОЛЬКО ЕГО ВИД, А И МЕСТО, ГДЕ ОН РАСПОЛАГАЕТСЯ, ЭТО КРУТОЙ СПУСК, ВЕДУЩИЙ К МОРЮ. ЗА БОЛЕЕ ЧЕМ СТО ЛЕТ СУЩЕСТВОВАНИЯ ДОМ ОБРОС НЕ ТОЛЬКО ПЛЮЩОМ, НО И ЛЕГЕНДАМИ

«Мариупольским колизеем» называет фотограф Евгений Сосновский руины хоральной синагоги на улице Георгиевской. Это одно из самых старых зданий города, построенное в 1880-х годах и ныне превратившееся в руину. 

В конце сентября Мариуполь отпраздновал 240-летие. К этой дате в городе обновили Театральную площадь, освещение и фасады домов рядом с ней. В то же время здесь есть немало зданий, которым более 100 лет и которые разваливаются. С Евгением Сосновским, нашим хорошим другом и обладателем Приза призов ХХ Международного фотоконкурса «Дня», мы отправляемся на прогулку к историческим зданиям города. Из рассказов о них можно узнать немало интересного о том, как столетия назад решали задачи развития города, имеющие общее с нынешними проблемами.

ТУРИСТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР

Начали мы с одного из символов Мариуполя — бывшей водонапорной башни, которая сейчас является пространством Vezha Creative Space. Здесь есть туристический центр, коворкинг, зал для лекций и выставок, а в придачу — обзорная площадка, с которой виден весь город. Все это заработало наполную этой осенью. 

Евгений Сосновский своими глазами видел рождение идеи ревитализации башни. «В 2016 году я шел с открытия ЦНАПа. Увидел Владислава Зайцева, известного местного активиста, который сидел с Татьяной Ломакиной на скамейке. Сфотографировал их по привычке, а они тогда как раз обсуждали проект создания такого пространства в башне», — вспоминает Евгений. 

Воплощение идеи было долгим и непростым, команда, которая работала над проектом, достаточно сильно изменилась, в то же время удалось привлечь большую поддержку, в частности Агентство США по международному развитию (USAID). В течение последних двух лет в памятнике уже проводили разные мероприятия, а окончательно все ремонтные работы завершили к юбилейному Дню Мариуполя. 

ЧИСЛА

Башне 108 лет. Как рассказывает Мария Кутнякова, администратор Vezha Creative Space, высота сооружения — 33 метра, это как современное 12-этажное здание. Но в башне шесть этажей, включая подвал. Чтобы подняться и спуститься по ним всем, нужно преодолеть 314 ступенек, в целом вы пройдете 250 метров и сожжете 400 килокалорий.

СТРАТЕГИЯ НА НОВЫЙ ВЕК

Башня строилась как водонапорная. Мария Кутнякова рассказывает, что на улице Фонтанной находятся подземные источники воды, откуда пил весь город. В начале ХХ века население Мариуполя составляло около 60 тысяч человек, и этих подземных источников не хватало для удовлетворения потребностей всех, поэтому встал вопрос о строительстве водопровода. 

«В 1899 году городская дума, поводя итоги века, поставила себе три задачи, которые нужно было воплотить в ХХ веке: провести электричество, сделать водопровод и провести трамвай. В итоге в 1909 году заработала первая электростанция, в 1910 году — водопровод, а трамвай появился уже в советское время, в 1930-х», — говорит Мария. 

Строительство водонапорной башни было недешевым удовольствием, власть города посчитала, что на это нужно 360 тысяч рублей. В то же время годовой бюджет города составлял 260 тысяч. Нужно было брать кредит, и тут гарантами выступили американские и бельгийские инвесторы, владельцы крупных металлургических заводов «Никополь» и «Провиданс», построенных как раз в конце ХІХ века (сейчас это территория металлургического комбината имени Ильича). 

ЗАВОД VS ЧИСТАЯ ВОДА

Упомянутые заводы на тот момент находились в десяти километрах от города, в настоящее время это Кальмиусcкий район Мариуполя. «Дело пошло хорошо, и инвесторы решили строить еще один завод, уже в устье реки Кальмиус, — продолжает Мария Кутнякова. — Тогда выходило бы, что завод должен находиться рядом с городом. Жители были против, поскольку частично из реки Кальмиус брали воду. Если бы там появился завод, в реку начали бы выливать промышленные воды — соответственно, использовать ее людям нельзя. И инвесторы сказали, что выступят гарантами и частично профинансируют строительство водопровода, то есть — выкачивайте ваши подземные воды, а мы сможем спокойно строить завод». 

Конечно, горожане хотели иметь водопровод, но перспектива с заводом все равно не привлекала, поэтому они решили строить водопровод, но не спеша. От постановки задачи до ее выполнения прошло 12 лет, в частности шесть лет длились общественные слушания на тему, где будет стоять водонапорная башня. 

МЕСТО

Одним из самых сложных вопросов при строительстве башни было собственно то, где ее расположить. Как объясняет Мария Кутнякова, водопровод все равно не покрыл бы потребности всех горожан, доступ к нему получили бы только жильцы прилегающих к башне домов. В конечном итоге в обсуждение этого вопроса вмешался тот момент самый богатый горожанин Давид Хараджаев. Он владел кирпичными заводами, его «фирменной» продукцией был дорогой ярко-красный кирпич, так называемый хараджаевский. Обычно из него строили здания, к которым «приложил руку» сам Хараджаев как меценат (например, Александровская мужская гимназия) или же это были особняки богатых мариупольцев. 

По словам Марии, в случае с башней Давид Хараджаев сделал хорошую скидку на свой кирпич, но при этом указал место, где она будет возведена — приблизительно в 500 метрах от своего особняка. 

ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ТЕНДЕРЫ

Проектом башни занимался самый известный мариупольский архитектор Виктор Нильсен. Он родился в Санкт-Петербурге в семье лютеранского пастора, был немцем по происхождению, так же в Петербурге закончил Институт гражданских инженеров, начал работать по специальности в Рыбинске, где разработал и воплотил проект водопровода и водонапорной башни, а в начале 1900-х приехал в Мариуполь. 

Сооружение совмещает в себе три стиля: готику, барокко и романтизм. Ее строительство длилось два года. За это время возникали разные проблемы. «Когда первый камень торжественно заложили в фундамент башни — делали это, как у нас любят, с помпой — то выпили немного шампанского, и вся строительная бригада на месяц ушла в запой, — говорит Мария Кутнякова. — Еще в раствор цемента по старой традиции добавляли яйца, чтобы здание держалось крепче. Был нужен поставщик, который бы постоянно давал в большом количестве свежие яйца. Жители ближайших греческих сел начали вести борьбу за, скажем так, такой дореволюционный тендер. Это превратилось в войну сел и задерживало строительство. Цистерна для башни ехала из Бельгии почти два месяца. На бельгийских заводах ее изготовили по частям, а собирали уже здесь». 

ВНЕШНЕ БАШНЯ СОХРАНИЛА ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ ВИД, ЭТО СОЧЕТАНИЕ ГОТИКИ, БАРОККО И РОМАНТИЗМА. СТОИТ ЗАЙТИ ВНУТРЬ, ПОТОМУ ЧТО ЗДЕСЬ КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПРОИСХОДИТ ЧТО-ТО ИНТЕРЕСНОЕ: ЭКСКУРСИИ, КИНОПОКАЗЫ, ЛЕКЦИИ, ДАЖЕ СПЕКТАКЛИ. СЕЙЧАС ЗДЕСЬ ГОТОВЯТСЯ К БОЛЬШОМУ КНИЖНОМУ СОБЫТИЮ VEZHA BOOK SPACE, КОТОРОЕ ЗАПЛАНИРОВАНО НА 30 НОЯБРЯ

 

Еще немного чисел: поскольку метода сварки тогда не было, части цистерны скреплены болтами, в целом их 5 000, а сама емкость вмещала 2 000 литров воды. 

Башню открыли 3 июля 1910 года, но водопровод заработал только в марте 1911-го. Дело в том, что сначала из-за строительных работ вода была грязной, и понадобилось полгода, чтобы система заработала полноценно. 

ЛАБИРИНТЫ ТРУБ 

Подвал, первый, второй и третий этажи водонапорной башни занимали насосы и другие механизмы. «Сейчас этих механизмов нет, от них остались железные крепления. Даже лестница — это уже доработки советской эпохи. А сначала, чтобы подняться наверх, нужно было идти по пожарной лестнице на фасаде здания. Внутри были механизмы, источник воды и трубы в разных направлениях. Вода закачивалась и отправлялась в водонапорную систему», — рассказывает Мария Кутнякова.

Замысловатая бельгийская цистерна в большинстве случаев стояла пустой. Она была нужна для чрезвычайных ситуаций: так, если случался прорыв трубы, заслонка на источнике воды перекрывалась, новая вода не закачивалась в систему, а та, что уже была в ней, заходила в цистерну. 

Длина первого водопровода составляла 21 километр, для сравнения, по словам Марии, сегодня водопроводная система только Центрального района Мариуполя — это 700 километров. Поэтому первый водопровод охватывал небольшой отрезок территории, пять ближайших улиц. На каждой из этих улиц стояли будки, где можно было купить воду, 25 копеек за одно ведро. 

ДЛЯ ЖИВОТНЫХ — СКИДКА

«Только 400 домов были подключены к системе и имели заветный краник. Было так: вот строится система, и если у тебя есть деньги, можешь подключиться к ней самостоятельно. Соответственно, только самые богатые мариупольцы имели краник с водой. Другие, как и раньше, покупали воду, только уже не ходили на Фонтанную, что было удобнее, так как город разрастался», — продолжает Мария. 

Между прочим, если человек приходил к палатке с водой просто с кружкой, чтобы попить, воду давали бесплатно. А еще среди мариупольских модниц тогда начался бум на небольшие эстетские фляжки, чтобы набирать туда воду и красиво ее пить, например, в городском саду. 

Если человек хотел напоить коня или другой скот, воду продавали в два раза дешевле. Некоторые расчетливые горожане пытались этим пользоваться, и в конечном итоге появилось предписание: более дешевую воду для коня можно купить, только если пришел к палатке с животным. 

ТАКИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ

Возвращаясь к заводу, который хотели построить в обмен на помощь с водопроводом, в дореволюционное время общество все-таки отстояло свою позицию, город доказал имперской власти, что строить предприятие не стоит. Как рассказывает Мария Кутнякова, в итоге на бельгийском проекте предприятия лично Николай ІІ оставил подпись: «Не строить». Но в советские времена проект подняли из архивов, естественно, что на резолюцию императора уже не обращали внимания, как и на мнение местного населения, поэтому завод построили — по тем же лекалам и при участии Виктора Нильсена. Сегодня это металлургический комбинат «Азовсталь».

НАСЛЕДИЕ НИЛЬСЕНА

Между тем, после строительства башни Нильсен стал городским архитектором. Среди его проектов Мария Кутнякова называет концертный зал гостиницы «Континенталь» (сегодня это дворец культуры «Молодежный»), здание краеведческого музея. Проблема в том, что мариупольские архивы горели в 1943 году, когда немцы выходили из города, поэтому фактически не сохранился ни один паспорт здания. Определяя даты постройки и авторов того или иного архитектурного проекта, временами приходится ориентироваться на материалы в местной прессе. 

Абсолютно точно то, что сама водонапорная башня находится на улице Нильсена, бывшей Энгельса. Новое название улица получила в 2016-ом, в результате декоммунизации.

ДОМ С ЛЕГЕНДАМИ

Многие знают о киевском «доме плачущей вдовы», названном так из-за женской маски на фасаде, по которой во время дождя стекают потеки воды, похожие на слезы. Нечто подобное есть и в Мариуполе, это «дом с плачущими нимфами», и его история тоже связана с Нильсеном. 

МНОГИЕ СЧИТАЮТ, ЧТО В ЭТОМ ДОМЕ ЖИЛ АРХИТЕКТОР ВИКТОР НИЛЬСЕН, ЗНАКОВАЯ ДЛЯ МАРИУПОЛЯ ЛИЧНОСТЬ. ИЗ-ЗА МАСКАРОНОВ, ОДИН ИЗ КОТОРЫХ ВИДНО НА ФОТО, ОСОБНЯК НАЗВАЛИ «ДОМОМ С ПЛАЧУЩИМИ НИМФАМИ». КОГДА ИДЕТ ДОЖДЬ, КАЖЕТСЯ, ЧТО ПО ЩЕКАМ ЭТИХ КАМЕННЫХ ЛИЦ ТЕКУТ СЛЕЗЫ

 

Многие считают, что этот дом принадлежал именно семье архитектора. Он располагается у арки городского сада и сейчас находится в запустении. Мария Кутнякова объясняет, почему его называют «домом  с плачущими нимфами»: «У Нильсена была дочь, которая заболела тифом и умерла. На доме есть маскароны в виде женских голов, и якобы эти маскароны похожи на нее, а когда идет дождь, по этим лицам текут слезы».

ПОЖАРНАЯ ЧАСТЬ И СКЛАД

Но вернемся к башне, в течение 70 лет — самому высокому строению в Мариуполе. К 1930 году население города выросло до 150 тысяч человек, поэтому начали строить новый водопровод. Потребность в башне отпала, все механизмы, связанные с первым ее назначением, вырезали, а в здание заселили пожарную часть. Именно тогда там появилась лестница. 

«На обзорной площадке, откуда был виден весь город, стоял часовой, и если он видел, что где-то пожар, то бил в колокол. Цистерна теперь всегда была наполнена водой, по красной трубе в машину спускали воду и ехали гасить пожар. В основном работали автономно», — говорит Мария Кутнякова.

В середине 1950-х началась застройка микрорайона, где находится башня. На момент строительства башни это была окраина города, к ней прилегала городская тюрьма, здесь были забор и бараки. Когда город начал разрастаться, вышло, что тюрьма оказалась в центре Мариуполя. Поэтому ее снесли, здесь начали возводить жилые дома, а пожарную часть перенесли. Башню начали использовать в качестве склада. 

БАНКОВСКАЯ БАШНЯ

В 1983 году башня получила статус памятника архитектуры местного значения. Началась реконструкция сооружения, ее кардинально изменили внутри, перестроили обзорную площадку — если раньше она была рассчитана всего на одного человека, то теперь там помещается до 20 человек. В башне думали открыть картинную галерею, но Советский Союз рухнул, а вместе с ним и эти планы. 

Уже в середине 1990-х в здание заехал «Приватбанк», поэтому, по словам Марии Кутняковой, сооружение еще называют «башней «Приватбанка». Вообще по тому, как человек называет башню, можно определить ее возраст. «Моя бабушка всегда называла это здание водонапорной башней, дядя — пожарной каланчой, а я называю ее башней «Приватбанка», — улыбается Мария. 

Банк выехал из башни шесть лет назад, и до сих пор ежедневно находится человек, который заходит туда и говорит, что ему нужно переоформить банковскую карточку. Четыре года башня стояла пустой, а в 2016-ом, как упоминалось, появилась идея ревитализации пространства. Мария говорит о таком парадоксе: башня давно является архитектурным символом Мариуполя, но только с 2016-го стала более-менее открытой для горожан. 

РЕМОНТ

После четырех лет «простоя» башня была в не слишком хорошем состоянии: стены с подтеками, вообще сырость. Сейчас внешне она выглядит старой, но внутри сделали существенный ремонт. 

С ПОМОЩЬЮ ОЧКОВ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ В VEZHA CREATIVE SPACE МОЖНО СОВЕРШИТЬ ПРОГУЛКУ МАРИУПОЛЕМ 1910 ГОДА. ПОКА ЧЕЛОВЕК «ШАГАЕТ» ФЕШЕНЕБЕЛЬНОЙ ЕКАТЕРИНИНСКОЙ (ТЕПЕРЬ — ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПРОСПЕКТ МИРА), МАРИЯ КУТНЯКОВА ОБЪЯСНЯЕТ, КАКИЕ ЗДАНИЯ НАХОДИЛИСЬ ТАМ СТО ЛЕТ НАЗАД

 

«Когда начали ремонтные работы, то увидели, что в советские времена стены красили огромное количество раз, соответственно, здесь был n-нный слой штукатурки, — вспоминает Мария Кутнякова. — Башня имеет такую специфику: внизу толщина стен составляет полтора метра, по направлению вверх она уменьшается. Когда начали снимать штукатурку, увидели, что на верхних этажах придется капитально убрать толщину стен. Это плохая идея, поэтому мы решили, что просто подкрасим стены». 

ПРОВЕРКА ЛЕСТНИЦЕЙ

Третий этаж башни Мария называет водоразделом. Не каждый рискнет подниматься дальше по достаточно крутым ступенькам. По наблюдениям администратора Vezha Creative Space, процентов 10 людей поднимаются только до третьего этажа, еще какой-то процент остается этажом выше, «на цистерне». Впрочем, есть и другая категория людей, которые любят устраивать «концептуальные» фотосессии на лестнице, изгибаясь там достаточно экстремально. Здание оборудовано камерами наблюдения, поэтому администрация наблюдает за всем, что происходит, и если видит какую-то опасную ситуацию, приходит ее «разруливать». В целом режим посещений башни свободный, только если здесь не происходят какие-то события — а они происходят достаточно часто. 

Скажу честно, мне карабкаться на обзорную площадку было страшновато, но это того стоит. Оттуда можно увидеть весь Мариуполь с его портами и заводами. Мария добавляет, что в хорошую погоду астрономы ставят там телескоп и вместе с желающими наблюдают за Луной, а недавно любовались метеоритным дождем.

ЭКСПРЕСС-ПУТЕШЕСТВИЕ В СТО ЛЕТ НАЗАД

Еще в Vezha Creative Space можно увидеть, как выглядел наиболее фешенебельный район Мариуполя в 1910 году. Речь идет о так называемом районе между двумя храмами: километровый отрезок от церкви Марии-Магдалины, где сейчас находится драмтеатр, и до Харлампиевского собора по тогдашней улице Катерининской (потом эта центральная улица меняла название на проспект Республики, проспект Ленина, а теперь это проспект Мира). 

Поскольку это был, так сказать, элитный район, по словам Марии Кутняковой, тогда здесь даже дежурили городовые, которые, если человек выглядел «не комильфо», не пускали его туда. Там находились дома самых богатых горожан, гостиницы, кафе, магазины. Например, гостиница «Континенталь», опять-таки из хараджаевского кирпича, в готическом стиле, со стеклянным куполом наверху. Мариупольцы называли ее «Зимним дворцом», так как это была лучшая гостиница города, там находился самый дорогой ресторан, потом достроили концертный зал, похожий на кабаре, где, например, выступал Федор Шаляпин. 

Бросается в глаза много афишных тумб. Мария обращает внимание, что в те времена нельзя было вешать объявления на зданиях — только на тумбах,  за этим строго следили.

Во время Второй мировой войны город сильно пострадал от бомб, большинство зданий, которые можно увидеть в 3D-визуализации, в частности два храма, не сохранились. Интересная судьба у гостиницы «Континенталь»: сегодня это дворец культуры «Молодежный», и как раз 23-24 ноября здесь пройдет фестиваль «Гогольfest Доба», где презентуют проект превращения здания в центр современного искусства. Над проектом работают команда организаторов Гогольfest, Мариупольская горрада, архитекторы и дизайнеры. Зданию планируют вернуть название — это снова будет «Гостиница Континенталь», но наполнение будет совсем иным и, кажется, достаточно поражающим.

ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО ВЫДАЮЩИХСЯ МЕСТ

После башни Евгений Сосновский ведет нас в сквер, где постоянно бродят четыре рыжих кота. Пан Евгений не знает, откуда они взялись, вероятно, кто-то прикормил. Мы идем по Соборной, Георгиевской, Итальянской, Земской, в историческом центре попадается немало старых зданий: где-то маскароны в виде львиных голов, где-то двор увит виноградом  с сизо-синими гроздьями, попадаются дома-близнецы — когда соседи строили по идентичным архитектурным проектам. По каким-то зданиям пошли трещины, другие капитально обновили, сделали там офисные центры и кафе — так историческая правда теряется, но есть достаточно удачные реконструкции.  

Финальная точка прогулки — дом Гампера, самое знаменитое старое имение Мариуполя. К дому ведет крутой спуск, если пройти его до конца, упретесь в море. Особняк построен в конце ХІХ века, в готическом стиле, с башенкой, считается, что здесь жил и лечил доктор и гласный городской думы Сергей Гампер. Такое интересное здание буквально вдохновляет придумывать байки о привидениях, которые можно услышать от горожан. 

«В доме живет несколько семей, — отмечает Евгений Сосновский. — Часто люди ждут возможности выехать из старых домов, а один из жителей дома Гампера хотел жить именно в таком, вот и приобрел здесь квартирку, сделал красивый палисадник». 

Пан Евгений добавляет, что нынешняя городская власть вроде бы нацелилась привести дом в порядок, в целом городской отдел развития туризма и промоции пытается искать инвесторов, в частности из-за рубежа, чтобы те помогли с реставрацией исторических зданий. 

ПОПРАВКА НА ОЧКИ

Со старыми домами Мариуполя есть немало проблем, но ситуация не безнадежная. Все-таки во многих таких домах живут люди, которые более или менее удачно о них заботятся, — эти здания живы. 

«Во многом я снимаю для того, чтобы показать, как Мариуполь развивается, — говорит Евгений Сосновский. — Многие говорят, что у меня розовые очки, но я отвечаю — вот если вы хотите снимать грязь, то снимайте. Я снимаю то, что мне нравится, хочу показать что-то позитивное. Потому что если человеку постоянно говорить, что он плохой, он не станет лучше. А если замечать в нем хорошие черты, он их будет развивать». 

В тот день, когда мы с паном Евгением гуляли по городу, очки действительно были очень уместны — но только, чтобы защитить глаза от солнца и сильного ветра и лучше разглядеть город.

Мария ПРОКОПЕНКО, «День». Фото Евгения СОСНОВСКОГО
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments