Воля, освобождение - вот тот конечный флаг, к которому тянется все, к которому стремятся и воины с мечами, и моралисты с заветами, и поэты со стихами.
Василий Липкивский, украинский религиозный деятель, церковный реформатор, педагог, публицист, писатель и переводчик, создатель и первый митрополит Украинской Автокефальной Православной Церкви.

Трагедия, сплотившая Францию

18 апреля — Международный день памятников. Как сохранить «беззащитную культуру» для потомков?
16 апреля, 2019 - 19:19
ФОТО REUTERS

Вечером 15 апреля все медиа и соцсети были наполнены новостями и фотографиями пожара в соборе Парижской Богоматери, кто-то постил архивные фотографии оттуда, кто-то писал, что уже, наверное, никогда туда не попадут. Тем временем ориентировочно 400 пожарников тушили огонь — не так активно, как бы этого хотелось общественности, однако грамотно. Вскоре упал шпиль собора, провалилась часть крыши, СМИ цитировали представителя французского Министерства внутренних дел, что, «возможно, собор не удастся спасти». Но на утро стало понятно, что все не так уж катастрофично. «По сравнению с шокирующей сценой (пожара. — Ред.), которая возникла, все могло быть значительно хуже», — констатирует агентство Reuters.

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?

Нотр-Дам де Пари, кафедральный собор Парижской архидиецезии, является объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО с 1991 года, а также — одним из самых популярных туристических объектов не только Франции, но и мира.

Пожар начался в 18.50 по местному времени. Собор, в котором проходили реставрационные работы, стоял, окруженный строительными лесами. Как сообщает Deutsche Welle, по состоянию на утро 16 апреля следователи исходили из того, что пожар возник в результате несчастного случая, вероятно, связанного со строительными работами на крыше достопримечательности. Позднее парижский прокурор Реми ХЕЙЦ прокомментировал агентству AP, что у правоохранителей нет свидетельств поджога в соборе Парижской Богоматери и что прорабатывается предположение, что пожар возник случайно. Также прокурор сказал, что расследование будет длительным и сложным.

Пожар удалось окончательно затушить днем 16 апреля, но еще до того было понятно главное: культовый фасад и башни спасены, а также множество ценных артефактов и произведений искусства, которые сохранялись внутри, в частности — реликвия, которую называют терновым венцом Иисуса Христа и которую в 1237 году Людовик ІХ привез из Константинополя в Париж, а также туника короля Людовика Святого.

Среди частей церкви, которые больше всего пострадали от пожара, — шпиль, отстроенный в ХІХ веке. Его придется полностью перестроить, как и намного более давнюю часть крыши, известную как «лес», которая полностью утеряна в огне. Эту конструкцию ХІІІ века называют так потому, что для ее строительства понадобился целый лес, объяснил Патрик ШОВЕ, ректор собора (священник, ответственный за богослужение).

К счастью, ни один человек не погиб. Двое полицейских и пожарник получили легкие травмы.

НАЧАЛО СПАСЕНИЯ

Пожар произошел в первый день Страстной недели у католиков. Многие увидели в этом гнетущий символизм, тревожный знак для человечества или хотя бы для Европы. Если оперировать фактами, имеем пожар, который — возможно! — произошел из-за халатности, и который профессионально ликвидировали. Поэтому если и искать здесь какие-то знаки, лучше ограничиться осознанием того, как важно соблюдать правила пожарной безопасности.

«Мы вместе отстроим Нотр-Дам», — заверил президент Франции Эммануэль Макрон. Уже 16 апреля была объявлена международная кампания по сбору средств на восстановление собора. Опережая это, семья французских миллиардеров Пино выделила 100 миллионов евро на восстановление достопримечательности, сообщила газета Le Figaro. Семья Пино владеет компаниями Artemis и Kering, которым принадлежит аукционный дом Christie’s и бренды модной одежды, включительно с Gucci и Yves Saint Laurent. По информации Reuters, еще 200 миллионов евро пообещала перевести семья французского миллиардера Бернара Арно и его группа компаний Louis Vuitton Moet Hennessy (LVMH). А 60 миллионов евро выделят мэрия Парижа и Парижский регион.

Поддержку от Украины «мозгами» еще 15 апреля предложил министр культуры Евгений НИЩУК. На своей «Фейсбук»-странице он написал: «Мы, как страна, которая теряет наследие на оккупированных территориях, как никто другой знаем, как больно наблюдать это вживую... От себя хочу отметить, что готовы максимально быстро направить своих лучших специалистов и реставраторов для работ по восстановлению Собора!»

Что касается оккупированных достопримечательностей, то заместитель директора телеканала ATR Айдер МУЖДАБАЕВ напомнил в соцсети о единственном в своем роде памятнике крымскотатарской дворцовой архитектуры — Ханском дворце в Бахчисарае, который еще до аннексии Крыма попал в предварительный список Всемирного наследия ЮНЕСКО и который российская оккупационная власть фактически уничтожает варварской «реставрацией».

ТРАГЕДИЯ, СПЛОТИВШАЯ ФРАНЦИЮ

«НУЖНО ВЫПОЛНЯТЬ ВСЕ ПРЕДПИСАНИЯ ПОЖАРНОЙ СЛУЖБЫ»

Перейдем к украинскому контексту. Не секрет, что к памятникам у власти, да и у большинства граждан отношение довольно безразличное, о чем часто пишет «День». Есть истории об уничтожении «красивых» жилых домов ХІХ века, есть — и о сомнительных застройках на территории Киево-Печерской лавры, между прочим, памятники ЮНЕСКО.

«День» расспросил у Нели КУКОВАЛЬСКОЙ, генерального директора Национального заповедника «София Киевская», о том, как поддерживается пожарная безопасность в 1000-летнем Софийском соборе, а это тоже памятник ЮНЕСКО и заодно наш «паспорт в цивилизации».

«Во-первых, в Соборе святой Софии существует пожарная сигнализация, — комментирует Неля Куковальская. — Все деревянные конструкции, которые есть внутри собора, — это конструкции кровли, обработаны соответствующими растворами против быстрого возгорания, это требование пожарной службы, которая постоянно следит за всеми нашими объектами. Следующее — на соборе стоит молниезащита, а молния — тоже один из факторов, из-за которого может загореться достопримечательность. У нас происходят службы, и мы категорически против всякого открытого огня, который тоже может дать произойти каким-то возгораниям. В соборе имеется необходимое нормативное количество огнетушителей, они все исправны, пожарная служба проверяет их по циклу, предусмотренному этими службами. Мы их перезаряжаем, отдаем на профилактику — все это у нас отработано».

Что касается выводов, которые стоит сделать тем, кто руководит достопримечательностями в Украине, совет Нели Куковальской прост: каждый должен выполнять все предписания пожарной службы. «На каждую достопримечательность дают эти предписания, достаточно их выполнять — и все, — продолжает генеральный директор «Софии Киевской». — Пожарная служба за этим следит. Если это деревянные конструкции, периодически их нужно обрабатывать соответствующими растворами, обязательно должна быть пожарная сигнализация, которая сдается на пункт пожарной части, которая следит за состоянием достопримечательности, когда там нет наблюдателей, — например, ночью, в выходные. И, конечно, нельзя допускать открытый огонь, или если он нужен для службы — это должно быть минимальное количество, при этом закрепленный человек должен следить за этим огнем».

Неля Куковальская констатирует, что такие случаи, как пожар в Париже, бывают с разными памятниками культуры, и не все зависит от человека. «Бывает ситуация, что тот, кто отвечает за достопримечательность, принимает все меры, но еще есть судьба, Всевышний, который иногда распоряжается такими вещами. Это то, что, по-видимому, не зависит от работников, власти — иногда случаются такие необратимые вещи, — рассуждает пани Неля. — Видимо, и в Париже такое произошло. Я не допускаю мысли, что строители или реставраторы могли что-то такое там оставить, старый кабель замкнул и тому подобное. Не допускаю этого, потому что я в реставрации почти 20 лет и знаю, как ответственно к этому относятся реставрационные команды, фирмы, как мы и технический досмотр следят за этим. Не допускаю такой ситуации, но все может быть».

«КАКАЯ БЕЗЗАЩИТНАЯ КУЛЬТУРА...»

«Это потеря не только для Парижа, не только для Франции, это — потеря для всего мира, — говорит Неля Куковальская о последствиях пожара в Нотр-Даме. — Памятник архитектуры, который начал строиться в ХІІ веке, мало того, он строился праправнуком Ярослава Мудрого (король Людовик VII, который заложил первый камень фундамента собора, был потомком  французской королевы Анны Ярославны. — Авт.) — она тоже имеет отношение к нам, к Украине, как и ко всему миру. Вчера (15 апреля. — Авт.) звонила своим друзьям во Франции, они были в страшном отчаянии, плакали. Сегодня они поняли, что эта достопримечательность объединит их нацию еще больше. Богатые люди, простые жители Франции — кто сколько может, сдают средства, когда еще не было объявлено, что начинается такой сбор. Они делают это, чтобы увидеть уже восстановленный собор Парижской Богоматери. Это объединит нацию».

«Какая беззащитная культура...» — написала в «Фейсбуке» главный редактор «Дня» Лариса ИВШИНА относительно пожара в Нотр-Даме. Пожар в соборе Парижской Богоматери стал самым медийным событием такого масштаба, но вспомним, как в ночь на 3 сентября прошлого года сгорел Национальный музей Бразилии в Рио-де-Жанейро, почти все из 20 миллионов экспонатов были уничтожены.

И какой бы сильной не была стихия, человек пытается ее опередить по силе разрушения. «В свое время Великая французская революция отсекла головы статуям на Нотр-Даме, и этот пример вдохновил Пол Пота на аналогичный символический поступок в Камбодже, который быстро перерос в кровавую вакханалию. Человечество разными способами уничтожает свою историю в течение всего своего существования — усердно, отчаянно, равнодушно, мимоходом. (Даже не буду вспоминать об уничтожении исторических достопримечательностей во время Мировых и Балканских войн, но) только в этом веке мы уже успели своими собственными руками уничтожить достаточно тысячелетних достопримечательностей», — пишет в «Фейсбуке» ученый Юрий КОСТЮЧЕНКО. В его перечне, например, 1000-летняя мечеть аль-Аскари в Самарри, подорванная аль-Каидой в 2006-ом, уничтожение Исламским государством достопримечательностей древних городов Ниневия и Пальмира — в 2015-ом.

Кстати, вы знаете, что 18 апреля — Международный день памятников и выдающихся мест? Помните о достопримечательностях и не стесняйтесь с ними знакомиться. Человек все меряет по себе, и то, что существует более ста лет, кажется вечным. Но 1000-летние сооружения уязвимы и не выдерживают, например, огонь, взрывчатку и человеческое безразличие.

СПРАВКА «Дня»

Собор Парижской Богоматери был спланирован в ХІІ веке Морисом де Сюлли. В 1163 году король Франции Людовик VII заложил первый камень фундамента. Строительство длилось более ста лет. По замыслам, собор должен был принимать всех жителей тогдашнего Парижа (ориентировочно 10 000 человек), но за время строительства количество жителей города увеличились в несколько раз.

Строительство западного фасада с его знаменитыми двумя башнями началось в начале ХІІІ века. За период строительства сменилось много архитекторов, о чем свидетельствуют стили, которые отличаются один от другого (в частности, романский и готический), а также разная высота западной стороны и башен. Башни были закончены в 1245 году, а весь собор — в 1345-ом.

Во времена Людовика XIV, в конце XVII века, собор был существенно модернизирован, в частности пространство перед главным алтарем. В результате Французской революции в конце XVIII века многое из сокровищ собора было разрушено или украдено.

Реставрация была начата в 1841 году под руководством архитектора Виолле-ле-Дюка. Восстановление длилось 23 года и включало восстановление шпиля, разрушенное в пожаре 2019 года.


ГОЛОС ИЗ «ФЕЙСБУКА»

Пожарные знали все что нужно

Зоя ЗВИНЯЦКОВСКАЯ, редактор отдела культуры журнала «Фокус»

Простите, но я должна зафиксировать это для себя. это просто алгоритм для работы. листайте дальше

значит, в 6.50 вечера поступил первый сигнал о возгорании в районе крыши Нотр-Дам. ну и вы же понимаете — это объект номер 1 наверное у них там.

приезжает первая пожарная бригада и начинает работы по тушению. к ней присоединяются другие. работы выглядят бледно и беспомощно, явно не соответствуя уровню и ценности объекта. все в панике и безумии, но среди тысяч голосов на всех языках рефреном повторяется бешеный крик: что же пожарные?!

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

план выглядит, мягко говоря, херовым. в 8 вечера шпиль собора горит как свеча, это огромное неукротимое пламя и весь мир в ужасе смотрит на трагедию. все хотят сохранить эту уникальную жемчужину западной цивилизации, все требуют неотложных, экстренных мер

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

охваченный пламенем шпиль собора на глазах у всего мира кренится вбок, надламывается посредине и падает на гибнущее здание. люди не верят глазам, кажется, наступает конец времен. те, кто постарше, вспоминают свое личное, внутреннее, ни с чем не сравнимое чудовищное ощущение вакуума внутри, чувство конца света, когда упали башни-близнецы. они не думали, что переживут это вновь

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

я не могу представить, сколько человек разной степени влиятельности в первые полчаса пожара позвонили начальнику пожарных и сказали, прокричали, велели ему: примите меры! ГДЕ ВЕРТОЛЕТЫ? что ж вы не сбрасываете с воздуха воду? это ж наша святыня, надо что-то делать!!! Даже Трамп (!) написал этим французским недотепам в твиттер — ВОДЯНАЯ БОМБА, придурки, вот что вам сейчас нужно! мы, американцы, мастера по сбрасыванию бомб и теперь я даю вам мой компетентный совет. Залейте его водой с неба, наконец!

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

параллельно представитель собора прямо на фоне пылающего здания примерно каждый час дает блиц пресс-конференции журналистам. он растерян, но выполняет свою работу. он общается с прессой. он говорит то, что все и так видят: СГОРЕЛО ВСЕ, говорит он — ну вот просто все. он повторяет это каждый час после 10 вечера. Люди вокруг плачут, молятся и кричат от ужаса.

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

не видно ничего, фото с дрона дает апокалиптические картинки, там просто море огня и кажется, уже все равно, что делать. жалкие струи воды выглядят на фоне адского бушующего пламени как насмешка. все эти ужасные часы агонии это выглядело как насмешка, черт побери! первое, что надо сделать потом — разобраться с этими пожарными! пламя подбирается к башне западного фасада

Пожарные оживляются, выходят на связь и внятно говорят: сейчас важный момент. если в башне вспыхнет огонь, то может упасть колокол. он пробьет конструкции и западный фасад может частично завалиться. вот сейчас мы действительно поднажмем, но гарантии дать не можем, это стихия

вытащенные из баров, хранилищ и постелей искусствоведы в разных странах и часовых поясах по скайпу перечисляют утраченные сокровища и скульптуры на фасаде. на них (искусствоведов) больно смотреть. они в растерянности и шоке, они буквально убиты утратой, само описание памятника, которое они делают по запросу журналистов, вгоняет их в ступор прямо в процессе интервью.

Башня фасада вне опасности, пожарные сухо информируют, что хотели бы зайти внутрь (!!!), чтобы укрепить стены изнутри. все пропускают эти слова мимо ушей, продолжая оплакивать утрату

обрушения стен ждут с минуты на минуту, в сети идет спор о том, стоит ли восстанавливать сожженное дотла здание. одни говорят — это символ европейской цивилизации. другие — жалкий новодел не заменит бесценную погибшую святыню. мнения разделяются, начинается дискуссия. о соборе говорят как об уже несуществующем.

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану.

пожар бушует уже больше 6 часов, кажется, выгорело все, что можно, опустилась ночь и за клубами дыма толком не видно уже, что там со стенами

Пожарные продолжают работать по строго определенному заранее плану. в какой-то момент, уже глубокой ночью, они сообщают, что пожар потушен.

президент Франции, официальные люди и пресса буквально врываются в центральный неф собора, несмотря на то, что сверху в дыру, где стоял шпиль, еще сыпятся пылающие угли. внутри темно и спокойно. на стенах даже нет видимой копоти. интерьер не тронут. каменная коробка, увенчанная сложными готическими сводами — тоже из камня — защитила внутренность собора от пылающего над ней деревянного леса крыши.

какая-то взволнованная женщина — представитель французских властей, отвечая прессе на вопросы о сохранности интерьера, говорит «там все на месте, буквально нет ни одного обгоревшего стула». по ее щекам текут слезы

пожарные исчезли из поля зрения

вся каменная конструкция собора сохранена полностью, интерьеры и сокровища искусства на фасаде и внутри вне опасности, по факту сгорела только деревянная крыша, часть ее была построена еще в 12 веке. восстановительные работы начнутся завтра утром, говорит президент Франции; вот вам первые 100 миллионов евро для начала, говорит виднейший французский бизнесмен час спустя. объявлен сбор пожертвований.

все это время у пожарных был план. который они составили заранее. они знали все о конструкции собора. знали, что под крышей — деревянные опоры. а под опорами — готическое кружево камня. знаете, средневековые соборы очень хрупкие. их могли строить такими высокими только за счет облегчения конструкции. система несущих колонн, промежутки между ними заполнены легкими материалами вроде обычного кирпича — или даже просто дырки арок и витражи. готические своды — то же самое. вот эти «ребра» на потолке — они и держат свод. они очень тонкие, там прочность полтора ( архитекторы меня пойму и поправят формулировку), и разрушить их очень легко.

во времена Французской революции новая атеистическая власть массово разрушала католические готические соборы во Франции. это дело было поставлено на поток так, что даже один архитектор написал специальную техническую книгу: «Как взрывать готические соборы». со схемами и планами, так вот, для разрушения огромного собора надо всего лишь 3 кг взрывчатки, которые необходимо установить в трех ключевых местах. Всего лишь, понимаете? Взорвать их — и собор рухнет.

Пожарные точно это знали. они знали гораздо больше — они знали ВСЕ ЧТО НУЖНО, для принятия правильных решений по спасению памятника. Нельзя было сбрасывать воду массивом — она бы пробила каменный потолок. нельзя было даже просто лить воду сверху — огромная масса воды, которая скопилась бы на крыше как, в ванной с бортиками, рано или поздно продавила бы потолок и он бы рухнул. они сразу это сказали. и продолжили делать свою работу. 400 пожарных. они и сейчас еще там работают — охлаждают нагревшиеся элементы и гасят остаточные очаги. делают свою работу

итого: 1) потрать время на подготовку, изучи проблему максимально. потом времени не будет. 2) имей силы отстоять свое видение, не дай никому тебе помешать 3) делай свою работу 4) будь готов к тому, что никто не оценит добытый тобою результат 5) не рассчитывай на благодарность 6) будь готов сделать это еще столько раз сколько понадобится.

мне кажется, довольно легко запомнить.

Мария ПРОКОПЕНКО, Наталия ПУШКАРУК, «День»; фото Рейтер
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ