Достоинство государства в конечном итоге зависит от достоинства личностей, которые его создают.
Джон Стюарт Милль, английский философ, политический экономист XIX века

Огонь над храмами

Деревянная церковная архитектура Закарпатья стала жертвой короткой памяти
27 августа, 1999 - 00:00

ЗАКАРПАТСКИЕ ДЕРЕВЯННЫЕ ХРАМЫ...

Они, словно птицы, присевшие на пригорке, чтобы сорваться
от наименьшего шума в новый полет. Их гармоничность взлелеяна руками древних
зодчих, выверена до миллиметра, ведь делалось все без гвоздей и клея —
только из дерева.

Это архитектурное явление исследуется почти век, если брать
за исследовательский основу труд закарпатского автора Уриила Метеора (псевдоним
просветителя Ивана Сильвая) «Наші скарби», напечатанный в Ужгороде в 1901
году. А самым примечательным трудом того времени является фотоальбом чешского
фотографа и исследователя народного искусства Богумила Вавроушка, изданный
в Праге в 1929 году. 272 фотоиллюстрации открывают нам материализованную,
согласованную с природой жизнь. А первые фотографии церквей сделал в 1919-1925
годах другой чешский исследователь Флориан Заплетал, но вышли они в свет
аж в 1982 году.

ГРАНИ ЖИВОГО ЧУДА

Храмовая архитектура Закарпатья создавалась веками, своими
корнями достигала древнерусской и древнеукраинской культурной основы. До
нашего времени сохранилось только несколько десятков деревянных церквей,
хотя в середине XVIII века их на Закарпатье было около 800: в Ужанском
комитате (административная единица того времени. — Авт. ) — 84 деревянные
церкви, Бережском — 100, Мараморошском — 118 и т.д. В XIX веке было принято
решение сооружать церкви из более прочных материалов — и количество деревянных
храмов резко уменьшилась. Многие из них разобрали, чтобы заменить каменными.
Так в Бережском комитате, как и прежде, на 1843 год оставалось 100 деревянных
церквей, а к началу ХХ века их осталось только 40, а каменных было построено
90. В советскую эпоху разобрали церкви в селах Русское Поле, Подплеша и
Ганичи Тячевского, Плавье Славянского и Розтоки Раховского районов, сгорели
— в Соймах и Майдане Межигорского, Русской Мокрой Тячевского районов, а
еще разобрали десятки небольших храмов, менее примечательных в архитектурном
плане.

К первой группе относится бойковская строительная школа
с ее тризубными, трехдельными, трехверхими храмами. Древнерусские традиции
просматриваются в их построении. Церкви состоят из трех квадратных срубов,
вытянутых по оси «восток-запад». Центральный сруб больше по размерам от
боковых — алтаря с востока и бабинца с запада. В центральном срубе, как
тогда было заведено, молились мужчины (люди), а в бабинце — женщины (бабы),
не имевшие права быть наравне с «людьми», а только толпившиеся у входа.
Из-за этого и название «бабинец».

Самой яркой чертой бойковских церквей является большое
количество горизонтальных членований их верхов, зависевшее от количества
заломов на всех трех верхах. Верх над центральным срубом всегда выше боковых,
а в более поздних образцах бывает одинаковой высоты с боковыми, а еще в
еще более поздних, под влиянием западного строительства, над всеми возвышается
колокольня над бабинцем. Памятники бойковской строительной школы сохранились
в Верхнем Студеном Межигорского (1804 г.), Гусном (1655 г.), Сухом (1769
г.), Вышце (конец XVII века) и Ужке (1745 г.) Великоберезнянского района.
Часть бойковских церквей перестроена, не всегда, впрочем, толково.

Вторую группу составляют храмы лемковской строительной
школы, получившие распространение с середины XVIII века. Они также трехдельные,
но перекрытие срубов в них потеряло свое равновесие, появилась более динамичная
композиция, которая создается нарастанием высоты с востока на запад. Одна
из причин такой трансформации этих церквей — попытка католического духовенства
максимально латинизировать внешний вид храмов восточного обряда. Поэтому
основной внешней чертой лемковских церквей является потеря центричности
сооружения вследствие перемещения вертикальной доминанты с центрального
сруба на высокую башню — колокольню над бабинцем или вокруг него.

К сожалению, ни одна из сохраненных лемковских церквей
не находятся на своем первичном месте: три церкви в 20-30-х годах ХХ века
перенесены в Чехословакию, шелестовскую церковь (1777 г.) — в областной
музей архитектуры и быта, а церковь из села Каноры (1792 г.) — в Киевский
музей народной архитектуры и быта Украины. Хотя, с другой стороны, как
раз может это спасло их от вполне возможных, типичных для нашего времени,
катаклизмов.

К третьей группе относятся храмы, известные под названием
— «церкви домашнего типа». В их основе — прямоугольный сруб, объединяющий
название (центральную часть) и бабинец, и квадратный (более узкий или же
граненый) сруб алтаря. Срубы покрыты высокими крышами, своими формами напоминающими
сельские жилища. Постройкой и размерами они повторяют древнерусские храмы
этого типа конца XII века в Черниговском и Галицком княжествах. Самые древние
из церквей этого типа можно еще увидеть в селах Колодное и Диброва Тячевского,
Среднее Водное — Раховского, Александровка, Сокирница, Крайниково — Хустского
и Ивашковца — Иршавского районов.

Последнюю группу храмов представляют гуцульские крещатые,
одноверхие, а порой трех- и пятиверхие церкви. В основе их плана лежит
равноплечный крест, где продольный ряд помещений по оси «восток-запад»
дополнен с севера и юга двумя боковыми притворами. Самые лучшие образцы
— Струковская церковь (1824) и Плинтоватовская церковь (1780 г.) из поселка
Ясиня Раховского района.

ЗЕМНЫЕ ОГНИ НАД ХРАМАМИ

Отнюдь не огонь небесный падает на Божьи обители — земной.
За последние годы сгорели церковь в селе Лубня Великоберезнянского района,
знаменитый готический храм в Стебловке Хустского района, кто-то сжег ценный
архитектурный памятник в Кобылецкой Поляне Раховского района. Кроме того,
по разным субъективным причинам разобрали деревянные церкви в Водице, Костиловке
и Вильховатом Раховского района.

24 мая в 14.21 в Воловецкую пожарную часть поступило сообщение
о пожаре в греко-католической церкви села Нижняя Розтока (1880). Старая
высохшая древесина сразу вспыхнула. Подъездных путей не было — молиться
верующие поднимались на церковный холм пешком. Пожарной технике пришлось
брать воду из нижнего ручья шлангом. Но спасти главное сооружение так и
не удалось — только алтарь с колокольней. Вызвала этот пожар неисправная,
давно устаревшая электропроводка, как и 2 мая этого года в селе Русская
Долина Виноградовского района в церкви, где молилась православная община.
Возвели последнее сооружение на Буковине аж в XIV веке, а в 1922 году перевезли
на Закарпатье на плотах и освятили на Стретенье, из-за чего она и называлась
Стретенской. Из- за подобной небрежности в марте 1994 года сгорела деревянная
церковь в Пушкинове того же района.

ЭТО ВСЕ — ЖЕРТВЫ НАШЕЙ ЗАБУРЬЯНЕННОЙ, ЗАБРОШЕННОЙ ПАМЯТИ!..

Не лучше огня безвкусица у новейших реставраторов. Деревянные
храмы часто покрывают жестью — и они начинают напоминать складские ангары.
Особенно «постарались» новоявленные «зодчие» в с. Сухой Великоберезнянского
района, где на церкви Св. Ивана поставили жестяную крышу, а стены, как
в вагонной теплушке, оббили горизонтальными досками, по-новому растесали
старинный дверной косяк с орнаментом и вставили в него современные кухонные
двери...

Если сразу не взяться с полной ответственностью за сохранение
деревянных храмовых памятников Закарпатья — они сгинут под колесами пошлого
рыночного поезда современности, и неизвестно в храмы каких цивилизаций
придут наши дети.

Василий ЗУБАЧ, «День» 
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ