В киевском книжном магазине «Є» состоялась презентация книги воспоминаний об Олесе Ульяненко «У знятому на плівці дні», которая была опубликована в издательстве «Український пріоритет». Модерировали встречу главный редактор Лилия Максименко и составительница книги Надежда Степула. В издание вошли воспоминания самых разных писателей и других людей, которые знали Ульяненко, от Сергея Руденко до Тараса Антиповича, малоизвестные фотографии писателя и отдельные его произведения. Разнообразие взглядов и пестрота биографического материала автоматически делают книгу интересной, хотя, например, оформление обложки вызывало неоднозначную реакцию, что признали и сами распорядители. «У нас вышла настоящая книга контрастов, — сказала Лилия Максименко. — Ведь в ней под одной обложкой собранны разные, часто несовместимые люди. Да и Ульяненко в ней разный, необычный, из разных периодов жизни». «Но мы вовсе не утверждаем, что охватили все — это уже Надежда Степула. — Я призываю всех, у кого есть интересная информация, воспоминания, материалы об Олесе Ульяненко, обращайтесь к нам, поскольку мы готовим второй том этой книги».
На презентации присутствовали некоторые авторы материалов «Знятого на плівці дня». Писатель Павло Вольвач был настроен завуалированно-торжественно: «Об Ульяне говорить трудно. Да и сам он не любил много говорить, был немного косноязычным внешне, но когда садился за компьютер, то давал фору многим златоустам. Лучшим увековечением памяти Ульяненко, как по мне, было бы издание и перевод его произведений. Ведь он — один из тех немногих наших авторов, с которыми не стыдно выйти в люди!»
Голос, который постоянно выкрикивал, принадлежал писателю и эссеисту Александру Сопронюку. Он неоднократно перебивал всех, кто выступал, а когда слово дали и ему, произнес лишенный смысла, с отрывочными фразами спич, показал одну из давних публикаций Олеся Ульяненко, обругал составителей книги и был выведен из зала. Этот эпизод, достойный пера самого Ульяненко или его приятеля Леся Подервянского, думаю, вовсе не испортил презентацию, а наоборот, стал яркой иллюстрацией стилистики контркультурного быта восьмидесятых — девяностых годов ,— сообщает Олег КОЦАРЕВ.







