Некоторые фильмы имеют на удивление точные названия.
Новая работа известного финского режиссера Аки Каурисмяки называется «По ту сторону надежды» (Toivon tuolla puolen, Финляндия — Германия). Его премьеры в главном конкурсе Берлинале ждали не только поклонники этого конкретного автора, а вообще все фестивальные наблюдатели, ведь количество посредственных (не слишком плохих, точно не хороших, а именно посредственных) конкурсных лент в этом году кажется просто аномальным. Поэтому Каурисмяки в определенном смысле был нашей последней надеждой.
«По ту сторону надежды» — история сирийского беженца Халеда, который пытается получить убежище в Финляндии, а также ищет свою сестру. У Каурисмяки уже была тема нелегальных мигрантов в «Гавре» (2011), однако здесь она выписана более объемно, с активно действующими героями-иностранцами.
Отчасти этот фильм похож на «Человека без прошлого» — здесь тоже есть бедолага-путешественник, на которого нападает уличная шпана (на сей раз — скинхеды), и мир тоже не без добрых людей, есть даже собака, которая сдруживаетя с Халедом. Одновременно параллельно разворачивается линия с попытками нескольких финнов построить успешный ресторанный бизнес. Автор не жалеет юмора и язвительности в отношении соотечественников. Получается очень остроумно; диалоги и забавные ситуации всегда были сильной стороной Каурисмяки-сценариста — зал на премьере просто бился в конвульсиях от смеха. Важно, что режиссеру удались образы мигрантов — это было, безусловно, вызовом, потому что в таких межкультурных сюжетах всегда есть проблема в убедительности сюжетов, связанных с неизвестной автору культурой. Что касается аудиовизуальной материи фильма, то она — с живописно точными светотенями, завораживающим качеством пленочной съемки и блестящим саунд-треком — была лично для меня настоящим призом после недели «арт-хаузной» скуки.
В конце концов, все заканчивается хорошо для всех; и это не стремление прилепить хеппи-энд любой ценой: а сознательный и сильный жест художника, который глубоко переживает несправедливость мира и в то же время верит в людей.
На послепремьерной пресс-конференции Каурисмяки был остроумен, парадоксален и прям, не щадил одряхлевшую европейскую культуру и удивлялся вопросам об «исламизации» Старого Света.
В целом же тема беженцев и мигрантов на нынешнем Берлинале является ключевой (как и в прошлом году, когда «Золотого медведя» получило посвященное беженцам документальное «Море в огне» итальянца Джанфранко Рози). Во внеконкурсном «Трейнспоттинге-2» Дэнни Бойла (должен выйти в наш прокат в марте) главная героиня — иммигрантка из Болгарии. В конкурсной комедии «Дикая мышь» (Австрия) одна из героинь — румынская мигрантка. Собственно сам Берлинале как структура запустил несколько программ социализации для беженцев, в том числе, на фестивальном рынке, специальные тренинги по обучению киноменеджменту.
Еще один мотив надежды уже для аккредитованных на фестивале украинцев — вчерашняя премьера документальной драмы «Школа №3» в программе «Поколение» в берлинском Доме культур мира (Haus der Kulturen der Welt). Ведь это — единственный украинский (точнее, украинско-немецкий) фильм в конкурсах фестиваля.
Картина снята по документальной пьесе киевского драматурга Натальи Ворожбит «Николаевка». В июле 2014-го город Николаевка Славянского района Донецкой области обстреляли боевики «ДНР». Жители несколько дней прятались в подвалах. Снаряды попали и в школу №3. Волонтеры вместе с местными жителями отстроили ее. В пьесе 13 учеников старших классов рассказывают о том, что пережили во время тех событий, а также о первой любви и планах на будущее. Спектакль, в котором подростки сыграли самих себя, уже был показан в Берлине и в Украине в 2015 году Театром переселенца. Фильм же является совместной работой украинки Елизаветы Смит и немца Георгия Жено.
«Школа №3» — это частные хроники без главного героя, потому что герои там — все; ведущая вечера так и назвала участников картины, приглашая их на сцену, «протагонистами».
Отправная точка всех монологов, снятых преимущественно наиболее интимным — крупным — планом — это некий предмет, связанный для каждого из детей с особыми воспоминаниями или с сильным эмоциональным опытом. Мотоциклетный шлем, брелок, теннисный мяч, сувенир в форме Эйфелевой башни — каждая такая вещь влечет за собой картину отдельной жизни, вызывает лицо дорогих и близких людей, делает наглядными целые пейзажи воспоминаний. Кто-то потерял любимого. Кто-то чуть не разбился на мотоцикле. Кто-то потерял, а потом нашел свою собаку. Кто-то фатально влюбился в человека с фанатично пророссийскими взглядами. Кто-то хочет показать театр теней, а кто-то поет непритязательную песенку о любви, включая себе фонограмму с мобильного. В этом нет войны, она проходит второстепенным мотивом, тут речь об ином — переживании любви, поисках слов для выражения важных вещей, попытках справиться с потерями близких людей, осмыслении смерти. Подростки говорят часто неумело, запинаясь, но уровень искренности — в том числе в сценках-интермедиях, где они просто валяют дурака — здесь такой, что любое красноречие теряет ценность. Фактически Смит, Жено и Ворожбит удалось вывести портрет целого поколения — нежный и трогательный. Аудитория, в которой преобладали молодые зрители, восприняла украинскую ленту и ее героев очень положительно. Более подробную рецензию на фильм «Школа №3», а также интервью с Елизаветой Смит читайте в ближайших номерах нашей газеты.
Дмитрий ДЕСЯТЕРИК, «День», Берлин — Киев








