Теперь, когда мы научились летать в воздухе, как птицы, плавать под водой, как рыбы, нам не хватает только одного: научиться жить на земле, как люди.
Бернард Шоу, английский драматург

Простушка в формате ЗD

13 мая, 2021 - 20:41

Девиз: «во что бы то ни стало», который понимаю, как невозможное сделать возможным, люблю, но наличие самоиронии, к счастью, приходит и тут на помощь — вовсе не хочу и никогда не хотела быть, как говорит мой давний приятель: «страховиськом досконалості». То есть, одевать какое-то другое лицо или жить всегда по вычитанным правилам, это желание так и не родилось. Уж лучше быть среди друзей и коллег вот таким себе своеобразным кустарем-одиночкой, не думая, как бы по округлей выразиться, дай особо не заморачиваясь, как я выгляжу со стороны, хоть уверена, что всё окей, сколько одобрения или неодобрения собрал мой материал в Facebook или, кто совсем, может быть, забыл обо мне. Главное, чтобы никто не мешал, и, конечно, что бы я никому не досаждала, а не смотря ни на что, медленно смаковать осмысленный момент, впитывая жизнь по капельке, хоть бывает она чёрно-белой, и более чем цветной, и в горошек, и в полосочку.

Наше ухабистое время, я уверена, это уже подушка безопасности, но новый весенний день преподнес импровизированный перформанс, по привычке последних лет, конечно дистанционно, а может даже в маске, так  как голос в телефонной трубке звучал слегка глуховато, но напористо.  Как бы подчеркивал — звонит стержневой спец, знающий дело, условно назову его менеджером. До чего же беспечно утверждать, что жизнь не устроена ради денег и вокруг них, и это уже при том, что есть определенные ожоги от мошенничества. У меня, скажем, десятилетней давности.  Давно уже забыла фигурантов этого особо заботливого кредитного союза, даже не знаю существует ли он, но как только чувствую, что кто-то хочет опять меня нагреть, сразу всплывает в памяти тот обман, когда у меня исчезли все деньги со счета.

Тем не менее, голос с телефона удивил —  он если и спрашивал, то не уговаривал, не утомлял примитивными подробностями, легко читаемых зазывал, и явно владел психологическими приемами. Он обещал мне 90 дней нервотрепки, беготни и ненужной суеты, если я не отвечу на пару невинных вопросов. Все согласятся, если недавно у каждого были свои шрамы, то в последнее время появилось у нас много общих, и лишние проблемы никому не нужны. Понятно, что я совсем не хочу, чтобы кто-то опять попытался причинить мне счастье.

Может в Лихтенштейне и существует грамотный вышкол доверенных денег, допускаю, но газетным журналистам столько не платят, и тем не менее, оказывается, что можно пощупать и их, если умело повернуть диалог, и исправить, тем самым, собственной денежной крен. Так случилось со мной в праздничные дни. Кто-то очень захотел круглосуточно сопровождать мои предполагаемые финансовые операции. А чтобы не утомлять — просто обнулить их в миг, и отдыхай, ни в чём себе не отказывай, или продать мои данные, если кому-то это нужно, или прихватить самый простенький кредит, который, по сути, доступен почти всем. Видимо, рассуждал так — хоть шерсти клок.

Все же, как легко теперь раздобываются персональные данные, об этом, конечно, не думаешь постоянно и не заморачиваешься, пока не уловишь — пошла жара. Хоть у меня заморожено доверие к людям, жаждущим прикоснуться к моим запасам, к их желанию творчески вести свою бухгалтерию, видя во мне, подчеркну, заочно, почти механически, некую простушку в формате 3D. Поясню, как понимаю, кратко: дуреха, дуреха, дуреха. И так, по сути, голос, правда, не предупредил меня киношно — «Все, что вы скажите, может свидетельствовать против вас».

Наоборот, он командирским тоном напомнил привычное — «разговаривая, вы даете разрешение на обработку ваших личных данных, к тому же, сейчас ведется запись нашего разговора», — подчеркнул особо. Представился, кажется, и объяснил, что звонит некий отдел национального банка, с целью авторизации личных карточек в ведущих банках. Он, вроде, упоминал, зачем-то, слово «субсидия», на обум, не зная, нужна мне эта информация или нет. Знал, что слово «субсидия» звучит сейчас очень мобилизующее, если она сейчас не нужна, то никто не застрахован, что она  может понадобиться в будущем. Я удивилась — ведь, службы же имеют свободный доступ ко всем данным — зачем звонить? К тому же, какое право имеют блокировать карточку? Все— таки я сопротивлялась, совершенно не понимала, что ему надо. Спросила, на прямую, чего он, собственно, хочет. Попросила представиться еще раз, разборчиво.

В ответ услышала: «Хочу только те данные, которые вы открываете в маркетах, когда делаете покупку и срок годности вашей карты, естественно, мне не нужны три заветные цифры, это понятно, что они ваши. Собственно не хотите, как хотите, у меня есть дела по важнее на VIP линии. Вам предлагают удобный сервис и оперативность, а вы всех подозреваете,» — будто бы обиделся он.

Ну что ж, признаюсь, назвала ему срок годности моей карточки и пару цифр, не иначе как спец проходил какую-то профессиональную подготовку, где-то на курсах владения голосом, интонацией и, похоже, внутреннюю банковскую жизнь тоже знал хорошо. Мне так показалось, в всяком случае. Наконец избавившись от приставалы, огорчив его, тем, что на моей карточке нет обильного урожая, и не стоит особо суетиться. Тут же связалась с банком и заблокировала карточку, и вовремя.

В банке ко мне отнеслись внимательно, поблагодарили за телефон мошенников, которые я им дала, хотя это совершенно не гарантирует их обнаружения. Там же мне объяснили, что лисья изворотливость, говорит о более высоком классе афериста. Уже не проходят истории, что в больницу попал кто-то из родных, мол давайте срочно деньги — это примитив, всё растёт, всё меняется, всё шлифуется. Надо прекрасно понимать, что из банка никто звонить не будет. Ну, что же, первый рабочий день после праздников я, отложив все дела, конечно, отправилась оформлять новую карточку и подумала сама о себе: «Вот это самоуверенность, а , по сути, можно сказать «раденька, що дурненька», мол всех разведут, а тебя нет. А вот и нет, похоже ЗD очени живучи, пора избавлятся.

Газета: 
Новини партнерів




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ