Власть чаще переходила из рук в руки, чем от головы к голове.
Станислав Ежи Лец, известный польский афорист, сатирик, острослов и поэт

В тюрьме читал Кьеркегора

22 января, 2021 - 10:26

На прошлой неделе в своем блоге я начал рассказ о выдающемся писателе, лауреате Нобелевской премии по литературе Иво Андриче. Сегодня хочу рассказать читателям о становлении писателя и перипетиях его жизни в годы Первой мировой войны.

Слишком увлекшись богемной жизнью и быстро узнав тепло и горечь женской любви, Андрич забывает о науке и студенческих обязанностях, а вскоре и осознает, что в Загребе ему тесно - и творчески, и интеллектуально. Поэтому бросает хорватский университет и в 1913 году поступает на славистику в Вене, культурной столице тогдашней Европы. Впрочем, юноше не подошел тамошний влажный климат, и не прошло и года, как Андрич снова меняет университет - на этот раз его принимает философский факультет Ягеллонского университета в Кракове.

Краковская университетская среда и активная культурная жизнь кажутся Андричу совершенными, и едва ли не впервые в жизни он чувствует возвышенную эйфорию, посещая блестящие лекции профессоров, сочиняя стихи в парках и флиртуя с местными девушками. Позже Андрич скажет: «Надеюсь, моя отчизна не будет сердиться, если я признаю, что в Боснии родился, но духовно раскрылся в Польше». Но этот рай длится недолго: уже летом 1914-го, после рокового выстрела своего коллеги из «Молодой Боснии», интуиция подсказывает писателю, что такой, как раньше, Европы больше не будет, поэтому время возвращаться на свою родину, к своим любимым южным славянам.

Решение вернуться в родные края было романтическим, но необдуманным: конечно, австрийская власть знала, что Андрич принадлежал к организации «Молодая Босния», один из членов которой убил австрийского престолонаследника; более того, Андрич к этому времени уже успел напечатать в югославских журналах несколько стихотворений, в которых при желании можно было найти революционные антигабсбургские аллюзии. Поэтому ничего удивительного в том, что уже в конце июля 1914 года, сразу после прибытия в Сплит, Андрич оказывается за решеткой - полиция считает юношу не только неблагонадежным, но и опасным.

Обвиненный в пропаганде идей югославизма, Андрич получает суровый приговор и отбывает заключение в тюрьмах Сплита, Шибеника и Марибора до весны 1915 года. Этот изысканный и меланхоличный студент, который чудом избежал расстрела, время за тюремными стенами использует для размышлений и творчества: читает единственную книгу, которую имел с собой - «Или - Или» Сёрена Кьеркегора, пишет стихи в прозе, мечтает. Нечеловеческие унижения, холод и влажность тюремных камер, крысы и клопы, плохое питание, а затем и угроза заболеть туберкулезом, к которому Андрич имел врожденную предрасположенность, - все это вылилось в депрессию и горькие философские размышления о судьбе человека в тюрьме, эхо которых мы четко слышим в «Проклятом дворе».

После выхода из тюрьмы Андрич получает два года домашнего ареста, которые проводит в Овчарове и Зенице, где тогда работала его мать Катарина. Эти годы, пока вокруг бушует Первая мировая война, писатель проживает относительно спокойно, много общаясь с местным францисканским монахом (опять же эта дружба отразится во многих более поздних текстах Нобелевского лауреата), изучая Священное писание и создавая свою первую книгу - «Ex Ponto» , уже само название которой наталкивает на размышления об изгнании Овидия и его меланхоличных посланиях с берегов Черного моря; очевидно, острое переживание одиночества в несправедливом, жестоком мире позволяет Андричу в известной степени отождествить себя с древнеримским автором скорбных элегий.

Между тем Первая мировая война медленно близится к концу, полицейский режим перестает быть таким строгим, и Андрич, который снова страдает от заболевания легких, отправляется лечиться в Загреб. Там в 1917 году он дожидается амнистии, которая снимает с него обвинения и делает опять свободным человеком. Андрич возвращается в литературные круги, издает первую книгу, и теперь - зрелый интеллектуально и духовно, увидев мир и вкусив тюремной баланды - становится одним из лидеров культурной жизни города. Наконец в 1918 году Австро-Венгерская империя перестает существовать, а на ее руинах образуется Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев; воплощается еще школьная югославская мечта Иво об объединении южных славян в своей собственной стране. Начинается новая страница жизни, и Андрич превращается из преследуемого арестанта в звезду и успешного человека.

Уже в конце 1919 года Андрич переезжает из провинциального Загреба в новую столицу Королевства южных славян - Белград; здесь он получает мелкую чиновничью должность в Министерстве религий. Новая жизнь пришлась ему по вкусу, молодая столица дарила множество перспектив, и именно здесь собрался цвет тогдашней югославской литературы - Црнянский, Миличич, Винавер, Пандурович и другие звезды местной богемы. Андрич последовательно работает над созданием имиджа вдумчивого и элегантного писателя, становится все более популярным и известным, издает сборник стихов «Беспокойство» и первые рассказы, но, несмотря на это, не забывает и дела карьерные. Не будет преувеличением сказать, что Андрич-чиновник был не менее одаренным, чем Андрич-писатель.

Новини партнерів




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ