Благодаря исторической памяти человек становится личностью, народ - нацией, страна - государством
Михаил Грушевский, профессор истории, организатор украинской науки, политический деятель и публицист

А вместо сердца – пламенный мотор

«12-18.02.2021»
18 февраля, 2021 - 20:02

У каждого есть любимая тема, о которой он готов говорить снова и снова. Не является исключением и российский президент, воспользовавшийся прошедшей 10 февраля встречей с главными редакторами ведущих российских изданий для того чтобы опять обсудить... нет, в этот раз не «Великую Победу». В который раз (на самом деле наверняка больше, но на моей памяти в третий) своей «теорией пассионарного этногенеза» Путина вдохновил Лев Гумилев. Не для одного только склонного к историческим экзерсисам, в подражание Вождю народов не чуждого наукообразному нарративу облеченного властью дилетанта эта имеющая самое отдаленное отношение к науке теория стала универсальным ключом для исторических обобщений в равной степени космических невежества и масштаба.

Конечно, в этот раз изложение Путиным плохо понятого из Гумилева было не столь пространным, как во время проведенного им в сентябре 2017 года для российских школьников открытого урока «Россия, устремленная в будущее». Тем не менее, кратко упомянув «тяжелейшие испытания в истории в 1990-х и начале 2000-х годов» (из-за формата показанного видео не ясно, это последующая редактура, или Путин сам в этот раз опустил упоминание набегов печенегов и половцев), российский президент уверил завороженно взиравших на него с установленного в президентском бункере экрана генералов от российской пропаганды, что, как свидетельствует теория Гумилева, «Россия не достигла своего пика. Мы на марше, на марше развития».

Заметили? Как когда-то марксизм-ленинизм с неотвратимостью повергнувшего в прах даже Бога общественного закона пророчествовал победу коммунизма сперва на одной шестой, а потом и на всей планете, сегодня в роли бородатых пророков служит для Кремля никогда не носивший ни бороды ни усов Гумилев. В пору моей юности его разошедшиеся благодаря перестройке и гласности многомиллионными тиражами популярные книги привлекали доступностью повествования, кажущимся энциклопедизмом. Не говоря уже о том, что достоверности его историческим взглядам добавляли небожители родители (Ахматова и Николай Гумилев), ореол отсидевшего в сталинских лагерях мученика, и, на мой взгляд это самое важное, их совершенная непохожесть на то, что вбивали в наши головы в опостылевших советских вузах и школах.

О чем тогда знали немногие, за личиной едва не диссидента стыдливо скрывалась многолетняя поддержка Гумилева симпатизировавшими его национализму партийными боссами. А под кажущимся невинным, казалось бы далеким от политики описывающим преимущественно древние тюркские племена авторским текстом — идеи, не всегда успешно балансирующие на грани русского национализма и расовой теории. Чтобы не вдаваться в неуместные для газетного формата подробности, переадресую к книге Чарльза Кловера «Черный ветер, белый снег. Новый рассвет национальной идеи», в которой британский журналист подробно описал эту вполне удавшуюся попытку привить через евразийство идеи нацистов на российской почве. В отличие от специальных научных статей написанная легко на понятном для неподготовленного читателя языке, в русском переводе она доступна в сети.

Несмотря на искушение в очередной раз сравнить путинскую Россию с нацистской Германией, в этот раз меня заинтересовала совсем другая тема. Как господствующая в СССР идеология марксизма-ленинизма только внешне была похожа на made in Europe марксизм, так и взгляды Гумилева в изложении Путина имеют мало общего с оригиналом. Эту очевидное даже для не специалиста несоответствие «Спутник» Киселева-Симоньян с принятым при упоминании в третьем лице монарших особ придыханием пояснил так: «Путину не просто близки идеи Гумилева — он по-своему трактует и развивает их. И разве у него нет на это права?». Ну, то есть, как Ленин Маркса, так и Путин идеи Гумилева с полным на это правом, как смог «по-своему», взял и «развил».

Напомню, как считал Гумилев, человеческие этносы не просто взаимодействуют друг с другом и занимаемым ими ландшафтом. Некая биохимическая энергия, которую он назвал «пассионарностью» (с его легкой руки это слово стало у нас по поводу, но чаще без повода расхожим), приобретаемая в результате мутаций, и передаваемая по наследству, принуждает ее носителей к жертвенному поведению ради изменения своей и окружающих жизни. Такие мутации по Гумилеву случались не с несколькими индивидуумами, а сразу на огромных территориях у тысяч или даже десятков тысяч людей, рождая новые суперэтносы, как, скажем, древние римляне, или, если взять последний описанный им «пассионарный толчок», — турок османов, литовцев и «великороссов» (в которые он и украинцев, понятно, записал). В первые несколько столетий уровень «пассионарности» очень высок, суперэтнос распространяется на новые огромные территории, но со временем он выгорает. — Слишком много носителей «пассионарности» жертвуют собой, прежде чем передать ее своим детям. Или в силу разных других причин.

Как и у биологического организма, каждая стадия жизни такого суперэтноса по Гумилеву имеет свою протяженность, и свои особенности. 150 лет после первоначальной мутации длится скрытый «инкубационный период», потом 300 — «подъем», еще 150 лет — «перегрев», еще 150 — характеризуемый гражданскими войнами «надлом», наконец, 250 лет — инерционная фаза, всеобщее процветание на фоне спадающего уровня «пассионарности». Потом только упадок и деградация «обскурации» (150 лет), 350 лет «мемориальной фазы» — сохранения исторической памяти о былом величии, и, наконец, если повезет, до падения очередной кометы растительное существование — «гомеостаз». Как считал Гумилев, «пассионарный толчок», мутация, которая дала жизнь «великорусскому суперэтносу», произошел в XIII веке. Если так, Россия только вступила в первые дни своей осени, «инерционной фазы», времени, когда можно собирать урожай. Если сравнить с Древним Римом (вполне закономерное сравнение для режима всерьез считающего себя «Третьим Римом»), это первые десятилетия Империи. А Путин, выходит, ... нет, не Юлий Цезарь ... «блестящая посредственность» Август Октавиан. С прекрасными видами на появление вскорости своего спалившего Рим Нерона.

Казалось бы, лестное сравнение, но... В этом самом месте, какой проводок ни перекуси, раз за разом и срабатывает взрывное устройство внутренних противоречий всякой взятой с потолка теории. Во-первых, если «пассионарный толчок», давший жизнь «великорусскому суперэтносу», случился в XIII веке, это же получается взять, и подарить «бандеровцам» всю Киевскую Русь. Если же он произошел раньше, вместо прекрасного века Империи и Владимира Владимировича в порфире, в силу беспощадных биологических часов теории Гумилева, зародившаяся в варяжской Ладоге и Киеве ведущая свою родословную от Владимира Святого к Владимиру Путину Россия доживает свои последние дни. «Возникает вопрос», — это еще в 2017-м рассуждал Путин, — «если мы существуем более 1000 лет, так активно развиваемся и укрепляем себя, значит, что-то у нас есть такое, что этому способствует?» Ответа на этот вопрос, понятно, у Гумилева нет, и Путин его «по-своему» его «трактует и развивает»: «Это внутренний «ядерный реактор» нашего народа, нашего человека, русского человека, российского человека, который позволяет двигаться вперед». Очевидно, это вырабатывающая «пассионарность» та самая наличествующая исключительно у россиян «лишняя хромосома» (напомню, наличие у человека дополнительной 47-й хромосомы приводит к Синдрому Дауна), о которой говорил тогда еще министр культуры Владимир Мединский в 2013 году. Впрочем, вслед за Гумилевым, Путин и идею «лишней хромосомы» Мединского «по-своему» «берет и развивает»: «В отличие от других старых или стареющих быстро наций, мы все-таки на подъеме. Мы достаточно молодая нация. У нас бесконечный генетический код». Никому не по силам сосчитать, сколько хромосом у России! — Если сформулировать наговоренное Путиным о россиянах коротко, то ли ядерные мутанты, то ли сумасшедший дом.

Газета: 
Новини партнерів




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ