Сегодня в Киеве состоится заседание комиссии Евроатлантической инициативы по безопасности (EASI), которая создана в декабре 2009 года с целью разработки концептуальных параметров общей инклюзивной евроатлантической системы безопасности XXI века. Инициатором EASI выступил Фонд Карнеги (США) — один из ведущих мировых «мозговых центров» — при активном содействии правительственных кругов США, РФ и ведущих стран ЕС. EASI разрабатывается международной комиссией во главе с тремя сопредседателями — Сэмом Нанном, Игорем Ивановым и Вольфгангом Ишингером — от США, РФ и ЕС, которые представляют три ключевых геополитических центра современной Евроатлантики. В состав комиссии EASI входят 24 эксперта высокого уровня. В эксклюзивном интервью «Дню» бывший первый заместитель министра иностранных дел Украины, член правления МФ «Единый мир» Александр ЧАЛЫЙ как единственный представитель Украины в комиссии EASI рассказал о собственных ожиданиях от первого заседания этой неформальной организации в Киеве. Он также объяснил, какую роль может сыграть Украина в создании принципиально новой архитектуры евроатлантической безопасности от Ванкувера и до Владивостока, которая должна на кооперационной и неконфликтной основе интегрировать в себя членов НАТО, членов ОДКБ и остальные европейские страны.
— Комиссия является неправительственной структурой, в ее составе нет представителей власти, и в этом ее ценность. Она не связана с какими-либо государственными учреждениями. Комиссия вправе делать любые предложения, которые она считает необходимыми и которые, с точки зрения опыта членов комиссии, могли бы помочь создать принципиально новое сообщество евроатлантической безопасности.
По моему мнению, во время пребывания в Киеве члены комиссии лучше поймут украинское официальное виденье архитектуры евроатлантической безопасности. В свою очередь члены комиссии во время предложенных неофициальных встреч пробрифингируют представителей украинской власти и внешнеполитической элиты о своих наработках.
В целом это позволит понять, что горизонты современной евроатлантики стремительно расширяются и охватывают сегодня не только США и ЕС, но и РФ и все постсоветское пространство.
— Но насколько известно, позиция США, которая была озвучена госпожой Клинтон в прошлом году, отвергает предложенный президентом Медведевым договор о евроатлантической безопасности и предлагает лишь усилить эффективность механизмов ОБСЕ. Президент Франции назвал эту идею неплохой и сказал общие фразы, мол, за 25 лет между ЕС и Россией будет создано единое пространство и по экономике, и по безопасности. Где здесь место новой евроатлантической инициативе, за которую выступает ваша комиссия?
— Во-первых, механизмы ОБСЕ, это очевидно всем, сегодня не срабатывают. Результаты последней конференции ОБСЕ в Астане показали, что эта организация может зафиксировать тот или иной факт опасности в Евроатлантике. Но действенных механизмов преодоления этой опасности или разрешения конкретных конфликтов ОБСЕ не дает. Во-вторых, и это главный вопрос, для отработки ключевых идей нового сообщества евроатлантической безопасности необходимо преодолеть старые стереотипы. И один из них заключается в том, что до последнего времени за Российской Федерацией не признавалось право говорить на равных в вопросах евроатлантической безопасности с ЕС и США. По моему мнению, комиссия этот стереотип преодолевает. Комиссия базирует свою работу на однозначном понимании, что будущая безопасность евроатлантического пространства должна быть инклюзивной, то есть включать в себя все без исключения страны Евроатлантики и строиться на стратегическом сотрудничестве равноправных партнеров: Соединенных Штатов, ЕС и России.
— Но нельзя считать Россию равноправным членом, как в сравнении с США, так — и с ЕС. Тем более, что сейчас на мировой арене игроком номер два по своему экономическому могуществу стал Китай, который в переговорах с любым партнером говорит, что имеет значение вес или масса страны. Поэтому, кажется, Россия предъявляет слишком большие претензии, чтобы быть одним из центров. Что вы скажете на это?
— Как я отмечал выше, у членов комиссии не возникает вопрос, является ли Россия страной, которая входит в евроатлантическое пространство безопасности? Однозначно входит. Вопрос в том, какую роль должна Россия играть, и какую ответственность нести за стабильную прогнозируемую безопасность в евроатлантическом пространстве. Речь идет не только о правах, но и большой ответственности. И в работе комиссии многие ее члены ставят вопрос о том, способна ли сегодня Российская Федерация, если за ней признается равный статус по вопросам безопасности Евроатлантики, нести адекватную ответственность. Ясное дело, этот вопрос является дискуссионным. Но то, что дискуссия началась и идет в позитивном направлении — свидетельствует о рождении идеологии нового евроатлантизма.
Что касается Китая. Комиссия не рассматривает вопросы, связанные с отношениями между странами Евроатлантики и Китаем. Комиссия концентрируется на том, каким образом построить отношения между ключевыми центрами сил Евроатлантики, чтобы создать общее сообщество по безопасности с общими механизмами по безопасности. При этом комиссия исходит из того, что если Евроатлантика сможет объединиться в стратегических вопросах собственной безопасности, это будет историческим вкладом в позитивное развитие глобальной безопасности. От этого выиграют все страны мира, в том числе и Китай.
Продолжение темы читайте в сегодняшнем номере "Дня" на странице "Мировые дискуссии" в материале Мыколы СИРУКА, «День»
Читайте "День" в Facebook, Тwitter, дивіться на Youtube та підписуйтесь на канал сайту в Telegram!



