В тоталитарном государстве, по своей сути нетерпимом к любым формам духовного неповиновения, невозможно быть «просто историком». Ведь беспощадные жрецы «единственно правильной» идеологии рассматривают даже наименьшие попытки искать Вечную Истину (которая не зависит ни от царей, генсеков, фараонов, ни тех же корыстных жрецов, ни от продажных публицистов или научных работников), а не истово доказывать несравненные прелести власти Великого Брата, как сознательную измену. Эта измена станет в десять раз непростительнее (и карается тем более жестоко), если историк сознательно желает служить родному народу (а не фантомной идеологеме вроде «нового» исторического сообщества людей — советского народа), и, к тому же, именно преданность народу, сыном которого он является, определил себе главным критерием для оценки героев своих произведений. А Украина, похоже, чуть ли не единственная страна в мире, где официально восхваляют тех деятелей национальной истории, которые упорно служили не собственному, а другому государству (Московии, империи Романовых, СССР); а тех, кто защищал независимость родной земли, — проклинают. Что может быть страшнее и абсурднее этого? Нации фактически выкололи глаза и сломали позвоночник.
Это прекрасно понимали лучшие украинские историки ХХ века. И когда перечитываешь труды Михаила Юлиановича Брайчевского (06.09.1924—23.10.2001), а он, бесспорно, принадлежит к их числу, когда общаешься с людьми, которые его знали, знакомишься с воспоминаниями его друзей, то ясно осознаешь: вес сделанного Михаилом Юлиановичем, значение того, что он оставил нам, потомкам, выходит далеко за границы «чистой науки». Потому что Брайчевский, автор всемирно известных трудов «Происхождение Руси» (1968), «Когда и как возник Киев» (1963), «У истоков славянской государственности» (1964), «Присоединение или воссоединение?» (1966), «Утверждение христианства на Руси» (1988), а также совсем недавно опубликованных фундаментальных монографий «Общественно-политические движения в Киевской Руси», «Историческая мысль в Киевской Руси», «Русь и Хазария», «Аскольд — царь Киевский», был не только великим историком, но и воистину глубоким мыслителем и талантливым государственником, и его пророческие мысли и сегодня не потеряли своего значения. В определенном смысле можно сказать, что Брайчевский, блестящий археолог, один из лучших в Украине, выполнял одну из высоких миссий, присущих этой дисциплине, — быть реставратором. Реставратором прошлого украинского народа (очищенного от догм, мифов, ярлыков, оскорбительных проявлений второсортности) — и, следовательно, конструктором его будущего. При этом он всегда оставался символом порядочности, объективности и неподкупной честности в исторической науке, образцом гражданина и патриота Украины, потому что не желал (да и более того — просто не умел!) замысловато «выстраивать карьеру», идя ради этого на уступки по принципиальным вопросам.
Как знать, может, это было генетически заложено в Михаиле Юлиановиче, потомке древнего украинского благородного рода (когда-то ополяченного, а в ХХ веке осознавшем свою национальную принадлежность, — недаром отец историка, Юлиан Карлович, отдал сына именно в украинскую школу № 83 на ул. Лютеранской в Киеве, правда, на волне русификаторской борьбы с «национализмом» переведенную в разряд русской; наш герой запомнил это на всю жизнь). А, возможно, эта редкая теперь способность — не гнуть спину ни перед научным «начальством», ни перед другими высокими сановниками — была произведена в нем самой жизнью.
Закончив с отличием исторический факультет Киевского университета им. Тараса Шевченко (1948 год; кстати, именно Брайчевский учредил в этом учебном заведении Научное студенческое общество — НСТ — и выступил на заседании студенческой научной конференции с докладом на тему, исследованию которой он отдаст чуть ли не всю жизнь, — «Происхождение украинского народа»), молодой научный сотрудник идет работать в Институт археологии АН УССР, где изучает славянские древности и проблемы взаимосвязи древних славян с провинциями Римской империи. Однако исследовательские интересы Брайчевского достаточно быстро вывели его на «взрывоопасные» (в политико-идеологическом смысле слова) поля. Так, уже в начале и в середине 50-х годов ХХ века Брайчевский обосновал весьма крамольную на то время (да и позже) мысль о тождественности памятников черняховской культуры (возникла на просторах восточноевропейской Лесостепи, начиная приблизительно со ІІ в. н. э.), с одной стороны, и межплеменного объединения восточных славян, которых византийская хроника называла антами, а древнерусские летописи — полянами, с другой. Что это значило? Фактически молодой талантливый археолог Михаил Брайчевский поддержал тем самым «буржуазно-националистическую» теорию М. Грушевского, согласно которой именно анты (Грушевский четко подчеркивал: прямые предки украинцев!) положили начало процессу создания государства у восточных славян и оказали определяющее влияние на становление древнерусского государства с центром в Киеве.
В 1955 году Брайчевский завершает работу над кандидатской диссертацией на тему «Римская монета на территории Украины». Но уже докторская диссертация, которую историк подал на защиту через пять лет (на то время он был автором крупных разделов в коллективных монографиях «Очерки древней истории Украинской ССР» и «История Киева»), встретила мощное сопротивление еще на стадии обсуждения в Институте археологии АН УССР и была отклонена, причем вовсе не по научным, а по идеологическим соображениям. В том же 1960 году Михаил Юлианович Брайчевский переходит на работу в Институт истории АН УССР, сразу став (вместе с Еленой Апанович, Еленой Компан, Ярославом Дзирой) одной из самых ярких звезд «шестидесятницкого» направления в нашей исторической науке и культуре. Именно в тот период (1963—1968 гг.) были созданы фундаментальные монографии ученого: «Когда и как возник Киев», «У истоков славянской государственности», «Происхождение Руси», а также знаменитая статья «Присоединение или воссоединение?». Эти произведения сделали имя Михаила Юлиановича Брайчевского известным далеко за пределами Украины; они были вскоре изданы в странах Западной Европы и США.
Каждый из упомянутых трудов выдающегося историка можно сравнить с плодотворным зерном (зернышком), которое было брошено в почву (в землю) украинского национального сознания, которое только начало размораживаться, возвращаться к жизни после длинных десятилетий сталинской тирании, — и это в конечном итоге стало приносить достойные плоды. Собственно говоря, этих «зернышек» было несколько. Сжато рассмотрим их.
Продолжение темы читайте на странице "Украина Incognita" в сегодняшнем номере "Дня"
Источник: «День»
Читайте "День" в Facebook, Тwitter, дивіться на Youtube та підписуйтесь на канал сайту в Telegram!



