Культура Востока в наши дни получает все большее распространение и популярность. До сих пор преисполненная нераскрытого и не совсем понятного для Западного мира смысла и потенциала, она, однако, привлекает своей экзотичностью, ревностно взлелеянными и надежно закодированными духовными сокровищами, особой эстетикой. Первым испытанием и препятствием для того, кто соблазнится разгадать ее тайны, – является попытка раскрыть древние знания с помощью мировоззренческой системы рационализма, выстроенной на классической логике. Чтобы свернуть с этого пути своих учеников, выдающиеся мастера дзен-буддизма (в русле которого и развились чайные церемонии в Японии) ставили перед ними разнообразные загадки, медитируя над которыми те достигали просветления.
Вообще Путь Чая на протяжении веков выкристаллизовывался и усложнялся, приобретая черты полноценной духовной практики. Поэтому не стоит искать и видеть в этих ритуалах только вычурную для остального мира японскую эстетику. Но обо всем по порядку.
В первый раз выступая перед украинской публикой в субботу, 15 сентября, в честь 20-й годовщины дипломатических отношений между Украиной и Японией, великий мастер чайной школы Урасэнкэ, 89-летний Сэн Геншицу, отметил, что в истории и характере наших государств есть много общего. Он попросил обратить внимание на флаги, стоявшие на сцене, и так трактовал их символизм: «К прекрасному голубому небу и желтым безграничным полям пшеницы очень подходит солнце, которое мы видим на флаге Японии». Он отметил также, что Украина, как и Япония, имела непростую историю – оба государства, в частности, пережили ядерную беду, оба – от природы не любят войну. А еще: «украинцы терпеливые и добрые, как японцы». «Я знаю, что в вашей истории вам пришлось много терпеть в политическом смысле, но вы сами встали на ноги и создали ваше государство, абсолютно как отражено на вашем флаге!», – сказал Сэн Геншицу.
Трудно утверждать, но, возможно, мастер, когда говорил о нашем флаге, имел в виду то, что земледелие в украинской культуре во всем его традиционном цикле, с обрядами и ритуальными жестами в четкой упорядоченной системе, вписанной в космогонические представления наших предков, по сути похоже на чайную церемонию у японцев и, в конечном итоге, является формой бытия и путем народа.
Для лучшей иллюстрации того, что Путь Чая – это еще и путь терпения, уместно пересказать воспоминание российского ученого-филолога Виктора Мазурика, который учился чайному искусству в тесной связи со школой Урасэнкэ. В одном из интервью он отмечал, как во время визита в Советский Союз в период перестройки Сэн Геншицу (тогда еще он носил имя Сошицу) посмотрел на скептические лица тех, кто пришел на встречу, и сказал: «Я понимаю, что вы думаете: до чая ли нам, когда государство вот-вот развалится на части! Вы очень идеализируете восточную культуру. Вам кажется, что чайное действо – это плод благополучия, спокойного философского досуга. А это – один из инструментов выживания в эпоху тотальной гражданской войны». Ведь Путь Чая появился в Японии в конце XVI века, в столетнюю японскую войну. Войну с очень жестоким финалом – не только для страны, но и для чайных мастеров. Мастер Сэн-но Рикю, который систематизировал основные принципы современной чайной церемонии и создал три ее направления (к слову, прямым потомком которого в 15-ом поколении является сам Сэн Геншицу), вынужден был сделать харакири, многие его ученики – тоже. Кто-то был казнен. И именно в те жестокие времена японской истории люди отчаянно нуждались в гармонии, чтобы можно было восстановить силы.
Для воинов чайная церемония была тренировкой концентрации сознания. Они приходили не расслабиться. Они непосредственно перед битвой сидели и пили чай. И это далеко не утонченность и красота ради красоты...



