Посетители Национального художественного музея Украины 6 мая могли оставить на 10-метровом полотне свой символ - как это уже делали жители многих других стран. Можно было даже дополнить вышитое, например, жителем Газы. Если вы не успели вступить в этот межнациональный диалог через стежки (а слово stitch с английского переводится как «стежок»), у вас есть шанс сделать это 8 мая, когда команда проекта вновь будет работать в НХМУ. А 7 мая художники будут вышивать на детской площадке волонтерского центра «Фроловская 9/11». Воркшоп группы The Stitch Project проходит в рамках выставки «Идентичность. За занавесом неопределенности», что до 22 мая продолжится в НХМУ и является совместным проектом Северобалтийских стран и Украины.
Люди вместе вышивают, общаются и так создают пространство понимания. Впрочем, даже без слов - через сами символы, созданные на холсте, - появляется большой совместный разговор о любви, войне, традициях и других важных вещах. Диалог людей, которые могут не понимать язык друг друга, но считывают значение вышивки. О деталях проекта мы говорили с участниками группы The Stitch Project Мари Шкейе, Вибеке Фрост Андерсен (Норвегия) и Мотазом Аль Хаббашем (Палестина).

«ПРОЕКТ СТАЛ ИНСТРУМЕНТОМ УТВЕРЖДЕНИЯ СВОБОДЫ»
- Почему решили представить The Stitch Project в Украине?
Мари Шкейе: - Проект начался как коллаборация между Палестиной и скандинавскими странами, но сейчас он расширяется. Поэтому в 2014 году мы были в Кируне на севере Швеции, а прошлой осенью работали в Риге. Визит в Украину - некое расширение географии проекта на восток. В частности, мы хотим услышать истории детей в волонтерском центре на Фроловской.
К проекту мы привлекаем самые разные категории людей. Иногда - прямо, иногда - опосредованно. Например, мы были в Газе, очень закрытом месте, и на западном берегу реки Иордан - так через нашу скатерть многие люди, которые никогда не увидятся в реальной жизни, «встретились».
- Какова главная цель проекта?
Мотаз Аль Хаббаш: - Это - способ объединить людей, используя искусство. Идея в том, чтобы работать с как можно большим количеством категорий людей. Опыт, полученный в Палестине, особенно в Газе, показал: для людей, которые вышивают, проект стал инструментом утверждения своей свободы, когда ограничивают границы. Скатерть помогает людям объединяться, несмотря на границы и войну.
Наш проект подвижной и портативный. Ты можешь взять эту скатерть, приехать в Газу и предложить людям оставить на ней свои отметки, месседжи, а после этого - начать дискуссию. Или люди будут общаться во время вышивания.

- Вы работаете как в официальных учреждениях, так и в публичных местах. Где обычно люди наиболее активно приобщаются к проекту?
М. Ш.: - Мы действительно работаем в самых разных местах. В Норвегии это были вокзалы, учреждения, где проводились конференции, библиотеки, музеи. Часто все зависит от того, есть ли у людей время или они спешат, возникают особенности, связанные с гендером. Иногда мы работаем в небольшом городе, и вышивать приходят знакомые между собой люди, соседи, они сидят за работой по два или три часа. В крупных городах, например в Норвегии, мужчины стесняются вышивать. А в Палестине мужчины вышивают без проблем.
Кстати, мы устраивали Skype-встречи с людьми, которые присоединились к проекту в Норвегии и Палестине. В частности между различными студентами. Делали это, чтобы люди обсудили свой опыт в проекте.
- Что обычно вышивают люди? Есть ли какие-то общие элементы в символах, созданных жителями разных стран?
М. А. Х.: - Люди свободны в том, что вышивать. Кто-то может «написать» что-то стежками, кто-то «рисует» определенные формы.
М. Ш.: - Это такое «мягкое граффити». Вышивание занимает время, и это позволяет обдумать, проговорить некоторые вещи. И очень интересно видеть общие элементы в вышивках жителей разных стран. Многие вышивают имя. Одна женщина в Риге сделала своего рода эмблему семьи: мать, отец и дети. Кто-то вышивает поэзии. А кто-то продолжает вышивку другого человека. Так, один человек вышивал мальчика и забыл сделать ему лицо, другой доработал это. Как-то в Газе вышивали исполнители традиционных танцев - они делали фигурки танцоров. Затем в проекте приняли участие норвежские танцоры, представляющие культуру народа саами - и они вышили этим фигуркам традиционные саамские костюмы.

«ПЕРВЫМ СИМВОЛОМ НА СКАТЕРТИ БЫЛИ НАСЕКОМЫЕ»
- Ваш проект появился почти четыре года назад на норвежском фестивале Riddu Riddu, цель которого как раз - утверждать культуру саами. Расскажите больше о том, как начался The Stitch Project.
М. Ш.: - Перед этим я была в Палестине, познакомилась там с художниками и заинтересовалась тем, как можно объединять различные места и людей, которые там живут. Объединять художников - так, чтобы между ними возникала коллаборация. Пообщалась со своим преподавателем, и оказалось, что он тоже думал о чем-то подобном. И проект стартовал. Сначала им занималось три художника, затем присоединялись и другие. В Киеве мы также пригласили местных художников принять участие в этой инициативе. Проект создает платформу, на которой завязываются новые контакты.
- А помните первый символ на скатерти?
М. Ш.: - Это были очень красивые насекомые. Мы начали заполнять полотно группкой около десяти человек. Кто-то был из Германии, кто-то - из Австралии, вышивали шерстяными нитками. Было забавно.

- Сначала вы планировали закончить проект в июле этого года - то есть уже скоро...
М. Ш.: - Мы действительно собирались воплощать проект в течение четырех лет, чтобы иметь достаточно времени на его развитие. Но сейчас думаю, что он продолжится. У нас уже есть планы на осень этого года. Тем более что на скатерти еще довольно много места. Хотя будет какое-то событие, чтобы отметить завершение четырехлетнего периода работы. В июле планируем устроить большой обед, на который пригласить людей, вышивавших, в частности, еще в начале проекта.
- А что будет со скатертью, когда вышивка полностью ее заполнит?
М. Ш.: - Пока не знаем. Надо задокументировать все части проекта и найти организацию, готовую принять скатерть к себе. Надеюсь, мы сможем собрать все истории, услышанные во время проекта, - я начала записывать их. Вероятно, появится что-то вроде книги с вышивками и историями.
«УЗНАТЬ ИСТОРИИ ОБЫЧНЫХ ЛЮДЕЙ – ОЧЕНЬ ЦЕННО»
- О чем обычно говорят люди, когда вышивают скатерть?
М. Ш.: - Иногда дискутируют о каких-то социальных вещах, иногда - о политике. В Риге мы говорили о нынешнем обществе. Было довольно много дискуссий о миграции, российской агрессии. А иногда разговоры совершенно иные, например о традиционной вышивке. Иногда люди хотят знать истории символов со скатерти.
Бывает, люди вообще ничего не говорят во время вышивания. Как-то на фестивале Riddu Riddu в проекте приняли участие две сестры, занимающиеся горловым пением, очень известные. Они приходили вышивать всегда, когда имели свободное время. Сестры делали две похожие вышивки на разных концах скатерти, и при этом они не говорили ничего.
Некоторые люди, которые в свое время присоединились к проекту, затем видят скатерть снова - на других событиях. Особенно это касается Норвегии. У людей создается большая эмоциональная связь с вышивкой, они начинают искать на холсте свою работу.

- По вашим наблюдениям, как проект влияет на отношения между людьми?
М. А. Х.: - Мы словно открываем двери для людей, которые живут далеко друг от друга. Жители Норвегии могут увидеть, что создали жители Палестины. Это как открытый канал, который помогает людям встретиться.
М. Ш.: - В некотором роде нашу работу можно назвать политической. Но также она о том, чего хотят обычные люди. В Норвегии об Украине слышат немного: в основном то, что здесь сейчас происходит конфликт. И узнать истории обычных людей - очень ценно.
Вибеке Фрост Андерсен: - Все люди стремятся к одним вещам: любить кого-то и быть любимыми, иметь еду на столе и место, где жить, быть в безопасности. Политические вещи идут отдельно от этого. И когда мы с человеком другой культуры будем это понимать, то сможем и о политике говорить более разумно, достойно, с уважением друг к другу. Наши мысли могут расходиться, но мы будем менее агрессивны.
The Stitch Project позволяет людям быть вместе без слов. Ты можешь не говорить, но будешь в группе, потому что на то есть причина. Ведь не все хотят говорить или имеют что сказать, но хотят принять участие в вышивании.
М. Ш.: - В Газе бывало, что люди вышивали по несколько часов. Жизнь там очень стрессовая, местные жители почти постоянно в напряжении. И эти люди говорили, что у них не было таких ощущений, как во время вышивания, много лет.



