Человечество должно избавиться от войны, иначе война избавится от человечества.
Джон Кеннеди, 35-ый президент США

Ключи от музея, которого... нет

Почему их отобрали у людей, которые собирали экспонаты, а благородное дело переросло в скандал?
21 января, 2020 - 18:46
ЭТИ ВЫТКАННЫЕ НА ПОЛОТНЕ РУШНИКИ — «ИЗДЕЛИЯ, КОТОРЫЕ УЖЕ НЕЛЬЗЯ ПОВТОРИТЬ, ПОТОМУ ЧТО НЕТ ПОЧТИ У ЛЮДЕЙ ТКАЦКИХ СТАНКОВ, А МАСТЕРИЦЫ ДАВНО ОТОШЛИ», ГОВОРИТ ОДИН ИЗ ОСНОВАТЕЛЕЙ САМОДЕЯТЕЛЬНОГО МУЗЕЯ, ПОЧЕТНЫЙ ГРАЖДАНИН ЛЮБЕШОВА ПЕТР КРАВЧУК / ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

РУШНИКИ НА... ПОДОКОННИКЕ

Наверное, эта картина еще долго будет тревожить душу: старое холодное помещение с ободранными дверями — и рушники с такими цветами и узорами, которые просто впитывают глаза... Этим рушникам место не на подоконнике в бывшем кляшторе капуцинов, здании, которое является славой волынского городка Любешов уже тем, что здесь, в коллегиуме ордена пиаров в течение 1753 — 1758 годов учился национальный герой Польши, соратник одного из основателей США Бенджамина Франклина и адъютант первого президента США Джорджа Вашингтона — Тадеуш Костюшко. Этим бы рушникам место за стеклом музейных витрин, в специальном микроклимате.

Кто же и зачем поместил эти аутентичные вещи в такую импровизированную «экспозицию»? Ведь среди собранного в эти холодные промерзлые стены — и рушники, которым нет цены, потому что они сотканы на полотне. Как утверждает один из основателей этого самодеятельного музея, почетный гражданин Любешова Петр Кравчук, «это изделия, которые уже нельзя повторить, потому что нет почти у людей ткацких станков, а мастерицы давно ушли».

На Волыни только Любешов и Шацк — как районные центры — не имеют собственного музея. Есть краеведы, исследователи истории региона, издаются книги, проводятся исследования, а музея нет. По различным причинам. Прежней местной власти десятилетиями ни музей, ни история не были особенно интересны. Тогдашний поселковый председатель (теперь уже покойник), которого, между прочим, любешовцы выбирали аж 5 раз подряд, не позволил даже провести археологические исследования в тех местах, где есть подземные ходы, а ими порыт весь центр городка. Продолжает разрушаться уникальная достопримечательность —  врата XVII века — единственное, что осталось от дворцового комплекса Вишневецких-Чарнецких, изображение которой есть на гербе Любешова и висит во многих кабинетах. Газета «День» уже рассказывала о проблемах исследования истории и создании музея в Любешове («Городок, в котором ходят по золоту», 18 ноября 2015 года). И когда полтора года назад в городке появился мужчина, назвался Генадием Сарапиным (всегда уточнял, что его имя пишется именно так, с одним «н»), разыскал местных краеведов и предложил создать историко-краеведческий музей, его поддержали. Причем на разных уровнях.

13 августа 2018 года на учредительном собрании инициаторов в помещении музыкальной школы состоялось учредительное собрание, на котором решили создать в Любешове историко-краеведческий музей при Волынском областном отделении Украинского фонда культуры. Сарапин и был председателем этого отделения и сам заявил о своем желании стать директором будущего музея.

А через полтора года Сарапин опубликовал снимок около... закрытого музея, потому что ключи от него уже находятся в поселковой библиотеке. На первый взгляд обидно, потому что люди, причастные к созданию будущего музея, теперь вроде бы не имеют свободного доступа к помещению, часть которого сами вычистили от мусора, куда и собирали экспонаты. По крайней мере именно так и воспринимается для обычного человека снимок у закрытых дверей. Откуда чужому знать, что снимок сделан в единственный в неделе выходной день библиотеки?.. Во все другие дни по распоряжению поселкового головы действует правило: люди, причастные к созданию музея, могут взять ключ в библиотеке, записавшись в специальную тетрадь. К такому решению Олега Куха побуждали и оставленные приоткрытыми окна помещения, и ночные визиты туда некоторых лиц, и в итоге помещение — государственное, на балансе поселкового совета, а не проходной двор, тем более, что там уже есть и экспонаты будущего музея. Должна быть, считает он, банальная ответственность, и он же прав, разве нет?.. Но именно этот снимок, который должен был спровоцировать «благородное возмущение» поступком поселкового совета, и побудил председателя встретиться с Генадием Сарапиным, Валентином Полищуком, Петром Кравчуком и другими членами инициативной группы по созданию музея не в рабочем кабинете (а таких встреч была не одна, не две), а в более широком кругу. Поэтому и состоялись в Любешове общественные слушания, на которые поселковый председатель Олег Кух пригласил средства массовой информации, депутатов, историков, краеведов, жителей поселка и всех желающих принять участие в «обсуждении развития музейного дела, сохранения достопримечательностей истории, культуры и архитектуры, перспектив и планов на будущее».

ВО ВРЕМЯ ОБЩЕСТВЕННЫХ СЛУШАНИЙ В ЛЮБЕШОВЕ ПОСЕЛКОВЫЕ ВЛАСТИ ОТМЕЧАЛИ, ЧТО ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГРУППЫ ЭНТУЗИАСТОВ ДОЛЖНА ПРОИСХОДИТЬ В ЗАКОНОПОСЛУШНОМ ПОЛЕ
 

БЕЗ УЧЕТА И ОТЧЕТА

Прекратить, образно говоря, «свободное посещение» помещения музея поселковый совет побудило много причин, и часть из них в официальном письме к любешовскому поселковому председателю описал Петр Кравчук, почетный гражданин Любешова. Назвал он свое обращение красноречиво: «Мои предостережения относительно создания Любешовского музея». Что побудило его, одного из основателей музея, к сомнениям? Их Петр Авксентиевич озвучил и на общественных слушаниях: «...Сарапин заверил, что самостоятельно сделает регистрацию музея, однако за год не сделал, но вывеску повесил. Ведет сбор музейных экспонатов и собирает благотворительные взносы, за что на странице музея не один раз благодарил благотворителей, но суммы этих взносов даже нам, основателям, не известны. Как-то я зашел в музей, увидел два очень интересных и ценных экспоната, на вопрос, где взялись, Сарапин мне не дал ответа. А есть определенные требования к учету экспонатов, в специальном журнале, которого так и нет. Недавно он самостоятельно почему-то решил зарегистрировать музей уже не при фонде, а при общественной организации с таким же названием, как музей: «Любешовский музей прошлого и современного. Западное Полесье». Сам разработал устав этой общественной организации. Пригласил меня подписать его, а когда я начал устав читать, не давал этого делать, обижал. Мол, кто их там читает?.. Но я работал директором завода и знаю, что означает твоя подпись под документом. Меня удивили пункты в уставе, согласно которым заложена возможность передавать музейные экспонаты на временное хранение не только другим музеям, но и физическим и юридическим лицам. С какой целью это сделано? Ведь до сих пор экспонаты принимаются, а учета их должного нет».

Поэтому Петр Кравчук и предложил выразить Генадию Сарапину недоверие, создать музей коммунальный, а если и на общественных началах, то в числе основателей должен быть и поселковый совет как балансодержатель помещения.

ЕСТЬ ЛИ ОСНОВАНИЯ ДЛЯ НЕДОВЕРИЯ?

Для сомнений точно есть. Во время общественных слушаний любешовский поселковый председатель Олег Кух не один раз спрашивал у присутствующих членов общественного объединения «Любешовский музей прошлого и современного. Западное Полесье», каким видом деятельности должно заниматься их объединение, просил юриста объяснить, что такое экономический классификатор и другие необходимые вещи. Потому что, как выяснилось, по тому экономическому классификатору, по которому зарегистрировано ОО, оно... не имеет права заниматься музейным делом, не имеет права собирать экспонаты. На что один из участников ОО Валентин Полищук ответил, мол, «простые члены» ОО могут и не знать такие вещи (!). «Регистрация ОО по такому классификатору выводит его из-под действия Закона о музеях и музейном деле, — старался донести суть сделанного Олег Кух. — Не знаю, сознательно или ошибочно сделал это Сарапин, потому что я вижу, что для вас регистрация по этому классификатору — открытие, но в таком случае за нарушение хранения, учета экспонатов нет ответственности».

Также Олег Кух сообщил, что больше года просит показать уставные документы ОО, но их он не получил даже после общественных слушаний. «Больше года прошу Генадия Сарапина (которого в действительности зовут... Владимир, а Генадий — это оказался его псевдоним), чтобы он показал копии своих документов об образовании, ведь уверяет, что является специалистом во многих сферах, чтобы назвал три фамилии должностных лиц, которые бы могли подтвердить его деятельность по созданию, как уверяет, музеев в других районах Волыни. Ни одного не назвал. Мы имеем основания больше знать о заезжем лице, утверждающем, что приезжает на Любешовщину, чтобы способствовать здесь созданию музея,  претендует на государственное помещение. Так о какой поддержке может идти речь? Хотя мы лояльно больше года относились к деятельности этой группы энтузиастов, и мы будем поддерживать ее, но она должна проходить в законопослушном поле. Специалисты поселкового совета сегодня участникам общественных слушаний детально рассказали, какую работу проводит местная власть, чтобы решить проблемы с помещением келий пиаров, врат, которые на нашем гербе, что должны еще сделать с нашим парком, памятником садово-паркового искусства. И мы это сделаем, и музей тоже в Любешове будет!».

 

Наталия МАЛИМОН, «День», Луцк
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ