Это же большая глупость - хотеть говорить, а не хотеть быть понятым.
Феофан (Елеазар) Прокопович, украинский богослов, писатель, поэт, математик, философ

Павел СОЛОДЬКО: Как убили Юлю Довганюк

21 мая, 2007 - 20:03

У моей мамы — Людмилы Солодько — есть крестник — Леонид Довганюк. В Берестечке (это самый маленький населенный пункт со статусом города в Украине) его зовут Ленька «Спичка» — потому что он рыжий, как огонь. У них вся семья рыжие — и папа, и мама, и Ленька, и его брат Василий, с которым мы купались в детстве на Стире.

Из-за этого уличного прозвища много шуток было, когда Леня пошел работать в пожарные. Остепенился, стал зарабатывать деньги, женился на Тане. Не рыжей, но очень красивой девушке. Они не выехали — как многие наши сверстники — на заработки, а остались на Волыни. Родилась дочка. Назвали Юлей — как мою сестру. Моя мама, когда приезжала этой осенью в Берестечко, привезла ей игрушечную детскую колясочку — чтобы и маленькая Юля Довганюк чувствовала себя мамой.

Потом Ленька с Татьяной переехали в Горохов. Это центр района, в который входит и Берестечко. Его часто любит вспоминать Николай Азаров — как символ глубокой провинции, где ничего не происходит: «Даже в каком- нибудь Гороховском районе Волынской области...» и далее по тексту.

Потом у Довганюков родился сын — Любомир. Они переехали в новый дом — на улице Берестечковской. Леня ездил в Берестечко — в пожарную службу. Татьяна кормила Любчика. А под калиткой лежала куча песка, который остался со времен газификации улицы. В этом песке любили играть дети — Юля и мальчики-соседи — Сергей и Сашка.

Они дружили. Юля давала Саше играться игрушечной детской колясочкой, а он давал ей игрушечные машинки.

А потом по улице Берестечковской ехал участковый милиционер Андрей Юрчук. На «Таврии». Чужой. Без прав. Пьяный, зато в милицейской форме. Может, задремал. Может, случайно крутанул руль. А, может, привидилось что-то, вот и повернул.

Такое часто бывает — пьяные вельможи чудят. То стреляют, то угрожают, то машины разбивают. На это уже даже внимания никто не обращает. Ну, бывает, — главное, что обошлось.

Но на этот раз не обошлось. Участковый повернул прямо на детей. За несколько секунд «Таврия» вылетела на песок и всей железной массой упала на детей. Четырехлетнего Сашу перебросило через забор. Он умер через полчаса. Пятилетнего Сережу об этот же забор ударило. Он сейчас в Луцке — в реанимации.

Юля осталась под машиной. «Таврия» протянула ее по земле несколько метров, пока не врезалась в забор, повалила его — и стала уже во дворе.

Поэтому Юлю нашли не сразу. Ее искали во дворе, на улице, в садике, пока кто-то не догадался посмотреть под машиной. В луже крови.

Юля была уже мертва. На куче песка остались игрушки — машинки мальчиков и детская колясочка Юли. Вечером в новостях моя мама узнала эту колясочку. «Ты что, сука, не видишь, кто я?!» — сказал пьяный мент Татьяне Довганюк, когда та в отчаянии набросилась на него.

Милиционеры обещают наказать Андрея Юрчука. А жители Горохова говорят, что участковый суда не боится.

www.maidan.org.ua
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ