Музыка - почти единственное, что еще не стало для людей яблоком раздора.
Рэй Чарльз, американский певец, музыкант, один из самых известных в мире исполнителей джаза

«Дом мудрости» князя Ярослава

Софийская Оранта — стена нерушимая
31 марта, 2016 - 16:19

Посеянные Владимиром Великим зерна христианского благоверия уже в первой трети ХІ века взошли щедрыми всходами. Их заботливо приумножал его преемник на киевском престоле — князь Ярослав Мудрый. Первый русский по происхождению киевский митрополит Иларион в своем знаменитом произведении «Слово о Законе и Благодати», произнесенном им над могилой Владимира, вспоминая славные дела Ярослава, акцентировал внимание на том, что тот «не нарушает твоих, Владимир, уставов, а лишь утверждает их, не умаляет основ твоего благоверия, а лишь приумножая их. Не говоря, а действуя, он закончил то, что было незакончено, как Соломон дела Давида».

Молодая киевская христианская культура, которая развивалась в тени своей учительницы Византии, достаточно быстро овладела ценностями православной цивилизации. Основополагающим для византийской теологии и литургии был культ Марии Девы. В экзегетическом течении, которому положил начало в восточном христианстве Ефрем Сирин в V ст., Богоматерь осмысливалась как центральный образ в Спасенном плане Бога. Следует отметить, что Ефрем был автором одиннадцати молитв к Богородице Заступнице. Эфесский собор в 431 г. утвердил чествование Марии как Богородицы, положив начало ее чествованию в церковной практике. С тех пор начали складываться, посвященная ей гимнография и развиваться соответствующая иконография. Почитания Богородицы на Руси утверждается одновременно с внедрением христианства.

Построенный крестителем Руси киевский первохрам — Десятинная церковь, заложенная в мае 989 г. была посвящена святой Богородице, что определяло и соответствующую программу ее внутренней отделки. Торжественное освящение храма состоялось также в мае 995/996 г. Владимир, по свидетельству «Повести временных лет» — грандиозного летописного свода начала ХІ века, «справив тоді празник великий у той день боярам, і старцям градським, і вбогим роздав багато добр» и составил молитвенную благодарность Богу: «Господи Боже! Взгляни с неба и воззри. И посети сад свой. И сверши то, что насадила десница твоя, — новых людей этих, сердце которых ты обратил к истине познать тебя, Бога истинного. Взгляни на церковь твою, которую создал я, недостойный раб твой, во имя родившей тебя матери приснодевы Богородицы. Если кто будет молиться в церкви этой, то услышь молитву его, ради молитвы пречистой Богородицы».

Летописная молитва князя Владимира, по мнению специалистов в известной степени, корреспондируется с реалиями внутреннего оформления храма. Речь идет об использовании константинопольской системы росписей, согласно которой в куполе содержался образ Пантократора, а конху алтарной апсиды украшала фигура Богоматери Оранты с поднятыми вверх руками. Престольным праздником Десятинной церкви, вероятно, было Успение Богородицы. Неслучайно главной святыней храма была давняя, очевидно, греческого письма, чудотворная икона Богородицы, вывезенная Владимиром вместе с другими «трофеями веры» из греческого Херсона (древнерусский Корсунь, античный Херсонес на берегу Черного моря в Крыму), из-за чего она еще называлась Корсунской.

Византийский образ Богородицы был многоплановым в своих чертах. Кроме воплощенного в нем идеала царственности, строгой монашеской сдержанности, самообладания и рассудительности, Богородиц предстает в своей непреклонной воинской мощи. На греческом Востоке и латинском Западе она прославлялась как «Царящая над битвами Полководица» или «Взбранная Воевода победительная, яко избавляшеся от злых». Такое восприятие Богородицы как заступницы сформировалось в Византии в связи с культом Влахернской Божьей Матери, которой приписывалось чудесное спасение Царьграда от русов в 866 г.

ФОТОРЕПРОДУКЦИЯ РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Как извещает «Повесть временных лет», «В год 6374 (866) пошли Аскольд и Дир на Греков, и пришел туда... Царьград двумястами кораблей окружили». Русы удачно выбрали время для военного похода. Византийский император Михаил был тогда в далеком военном походе, из-за чего в Царьграде не осталось достаточно воинов, способных дать решительный отпор русам. Получив весть об осаде Царьграда, император спешно возвращается в стольный град империи и с большими трудностями пробирается в город. Грекам казалось, что поражение неминуемо. Вся надежда была лишь на Бога. Закрывшись в церкви святой Богородицы Влахернского монастыря, император вместе с патриархом Фотием целую ночь читали молитвы. А когда под утро с пением они вынесли божественную ризу святой Богородицы и обмочили ее в море, сразу поднялась неимоверная буря с ветром, и снова образовались на море большие волны. Корабли «безбожной» Руси разметало, и побило их так, что немногие из тех русов выбрались невредимыми из такой беды.

Богородица была общецерковной эмблемой Константинополя. И это не случайно, ведь в этом городе насчитывалось более тридцати храмов, посвященных Богородице. Вероятно, именно поэтому почти на всех буллах царьградских патриархов, начиная от Фотия (877 — 886 гг.) и заканчивая Ефимием (1410 — 1416 гг.) содержалось изображение Богоматери (обычно во весь рост с младенцем на руках). На печатях киевских митрополитов от начала ХІІ ст. (при митрополите Николае) исчезают их личные эмблемы, а на смену им, по наблюдению специалистов, приходит изображение Богоматери. Константинополь уважительно называли Градом Богородицы. Например, в Слове на возложение ризы Богородицы во Влахернах, составленном во второй половине ІХ ст. и произнесенном в 866—867 гг. хартофилаксом константинопольской святой Софии Георгием, подчеркивается, что «этот царственный и богохранимый град должен с похвалой называться «Градом Богородицы»... Всюду на земле, где предвещена была тайна Бога Слова, родившая Его Богородица постоянно воспевается и прославляется, будто Она приняла в себя вместе все главенство божественного очеловечивания. Но этот царь-град имеет незаурядную насыщенность во всяком месте: в стольких храмах и молитвенных домах Богородица прославляется, вдохновенно чествуется, или часто восхваляется всечистое имя Ее, и оно справедливо считается стеной и забралом спасения (выделено мной. — Авт.). Весь город так и сияет и возвышается в этой красоте».

Влахернский культ и чествование Богородицы как защитницы града приобрели распространение и на Руси, что оказывалось в традиции храмостроительства и их сакральной семантике. В политической теологии христианского средневековья идея городского устройства была неотъемлемой частью построения Христианского Царства. Город представлялся подобием, имитацией или своеобразной иконой Рая/Града Небесного и в силу этого — предвещанием вечного Града. Назначением Владимира Святославовича и его сына Ярослава было воплотить этот урбанистический идеал в его земных формах.

Возведенные Ярославом в период между 1036 и 1051 гг. деревянные и земляные оборонные укрепления с Золотыми воротами, митрополичий кафедральный собор святой Софии, надвратная церковь святой Богородицы, Георгиевский и Ирининский монастыри) объединял, как представляется, целенаправленный, рационально спланированный замысел построения на берегах Днепра царьградской версии града Богородицы. Митрополит Иларион, прославляя строительную деятельность Ярослава утверждал, что тот «славный город Киев величием покрыл словно бы венцом. Людей и город сей отдал всеславной, скорой на помощь христианам, Святой Богородице, что Ей он церковь построил на Больших воротах во имя первого господского праздника, святого Благовещения».

Извещая о строительстве Ярославом каменной церкви святой Богородицы Благовещения на Золотых Воротах, старокиевский летописец также замечает, что он для того ее построил, чтобы «давать всегда радость городу сему святым Благовещением Господним и молитвой святой Богородицы и архангела Гавриила». Золотое сияние, которое излучали над городом бани надвратной церкви Богородицы Благовещения являло собой образ яркого блика Божьей славы. Христианская метафизика света была иерархической по своей природе. Объединяя в себе эмблематику солнца и золота, она персонифицируется, в первую очередь, в образе Иисуса Христа как истинного Праведного Царя или Праведного Солнца. В христологии солнце является также символом и атрибутом Богородицы. Неотделимо связанные с ее образом Золотые Ворота средневекового Киева символизировали целостность и неприступность христианского города. Интересно отметить, что в восточнославянском фольклоре именно Богородица выступает мифологическим хранителем ворот: «...На склоне неба, выше города (ни на небе, ни на земле) стоит золотой дом или замок. С восточной стороны от небес стоит серебряная лестница, по которой всходит Мать Пресвятая Богородица с золотыми ключами, с шелковыми поясами открывать врата».

Доминантным сооружением «города Ярослава» средневекового Киева стал монументальный храм святой Софии — Дом Мудрости. Он был построен Ярославом «на святость и освящение» Киева-града. Такой, говоря словами митрополита Илариона, «удивления достойной и славной церкви среди всех окружающих стран, что другой такой не найти в этой северной половине земли от востока и до запада».

Начало. Продолжение читайте в следующем выпуске страницы «Украина Incognita»

Владимир РИЧКА, профессор, доктор исторических наук
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments