Редчайшее мужество - это мужество мысли
Анатоль Франс - французский прозаик, литературный критик

Великий славянин

Тадеуш Костюшко: поляк, белорус или украинец?
7 декабря, 2007 - 19:02
ТАДЕУШ КОСТЮШКО

Имя Тадеуша Костюшко (1746—1817) хорошо известно. Поляки считают его своим национальным героем. Он является почетным гражданином США и Франции. Действительно, Костюшко немало сделал для завоевания американцами своей независимости. До сегодняшнего дня в американской военной академии в Вест-Пойнти стоит памятник польскому деятелю, которому курсанты отдают честь.

В последнее время о Костюшко как о своем национальном герое начали говорить белорусы. В Беларуси создан Фонд его имени, который, в частности, провел международную конференцию, посвященную этой выдающейся личности, восстановил усадьбу в Морачевщине, где как будто родился Костюшко. О Костюшко как о «своем», о белорусе, пишут современные белорусские исследователи.

Что касается украинцев, то для них этот исторический персонаж является малоинтересным. Его деятельность совсем не вписывается в украинские стереотипы национальных героев. Поэтому украинцы не стремятся приобщить Костюшко к своему пантеону выдающихся личностей. И это, несмотря на то, что он имел непосредственное отношение к Украине и украинцам. Во всяком случае, есть основания говорить о его украинских этнических корнях.

1. КОРНИ

Вообще что касается этнического происхождения Костюшко, здесь нет ни четкости, ни однозначности. Без сомнения, Костюшко ощущал на себе мощное влияние польской культуры. Учился и некоторое время жил в Польше. Вероятно, польский язык считал родным. Преимущественно общался на нем. Однако считать его поляком по этническому происхождению проблематично. Поэтому в некоторых публикациях о нем пишут как о «польском генерале», «польском деятеле» и тому подобное. Действительно, ни его фамилия, ни происхождение не были польскими.

В последнее время некоторые белорусские авторы пытаются доказать белорусское происхождение Костюшко. Едва ли не главным аргументом для них в этом плане является тот факт, что он родился на территории современного Белорусского государства. В последнее время в белорусской литературе получила распространение версия, что будто бы мать Костюшко, Текля Ратомская, была греко-католичкой (как и большинство белорусов того времени) и сначала крестила своего сына по греко-католическому обряду, дав ему имя Андрей. Вообще это имя было очень популярным как у белорусов, так и у украинцев и связывалось с именем апостола Андрея Первозванного — легендарного крестителя Киевской земли. Далее, в соответствии с этой легендой, отец- католик, который был в отъезде, вернувшись домой и узнав, что сделала его жена, перекрестил сына и дал ему имя Тадеуш.

И все же такая версия представляется довольно сомнительной. Во- первых, она не имеет серьезного подтверждения источников. Вообще в отношении места и времени рождения Т. Костюшко очень недостает информации. И даже эта информация не является определенной. Например, в свое время велись дискуссии, где родился Костюшко, — в родовом поместье Сехновичи или в имении Мерачовщина вблизи городка Косово. Во-вторых, эта версия напоминает красивую, но малоправдоподобную легенду. Как правило, в конфессионально смешанных шляхетских семьях (например, католическо-униатских), которые имели распространение в то время в Украине и Беларуси, родители согласовывали, по какому обряду будут крещены их дети. Такая ситуация, когда жена крестит ребенка по определенному обряду против воли мужа, представляется экстраординарной. И «двойное крещение» в одной церкви (ведь и римо-католики и греко-католики были членами одной конфессии) было маловероятным. Хотя в те времена, когда в Речи Посполитой господствовала политическая анархия и шляхта чувствовала себя очень вольно, все могло случиться.

Очевидно, белорусских исследователей на версию о перекрещивании Костюшко натолкнул тот факт, что его полное имя звучало так — Андрей Тадеуш Бонаветура. Правда, своим первым именем Костюшко не пользовался, а использовал второе. И именно так вошел в историю.

Вероятно, чтобы выяснить этническое происхождение Костюшко, стоит обратиться и к его семейному древу, и к этническому лицу того региона, где жили его предки и где он родился. Считается, что родовым селом Костюшко являются Сехновичи (сейчас есть Большие и Малые Сехновичи Жабинского района в Брестской области). Встречается, правда, мнение, что как будто этим селом являются Сигневичи в Березовском районе той же области. Но, как бы ни было, эти села находятся близко и относятся к одному региону. В соответствии со свидетельствами иезуитского автора К. Нясецкого (1682—1744), который пользовался при составлении своего «Гербовника» некоторыми утерянными для нас документами, в 1458 г. мелкий шляхтич Федор получил от великого князя литовского Казимира IV Ягелончика имение Сехновичи с двумя прилегающими к нему селениями. Сын Федора Кость (Костюшко) служил секретарем в канцелярии великого литовского князя Александра I и в первые годы правления Сигизмунда I Старого (ориентировочно с 1492 по 1509 гг.). Последний в 1509 г. подтвердил права Костюшко Федоровича на Сехновичи и позволил пользоваться шляхетским гербом. С тех пор представителей этого рода именовали Костюшко-Сехновицкими. Владели они землями, которые находились недалеко от Бреста и Кобрина. Преимущественно женились на местных шляхтянках. Словом, принадлежали к коренным жителям этого региона.

По вероисповеданию Костюшко были православными. В своих родовых имениях они строили православные храмы. Когда на Берестейщине православные приняли унию, Костюшко, вероятно, также стали униатами. А впоследствии приняли католичество. Хотя, судя по всему, на их землях не было костелов, а стояли греко-католические храмы. Во всяком случае, это касается Сехновичей.

Когда современные белорусские исследователи утверждают, что Костюшко «старинный дворянский род белорусского происхождения», они явно лукавят. Регион, где жили Костюшко, не принадлежал к белорусской этнической территории. Брест, Кобрин, соседний с ними Каменец в древнерусские времена входили в состав Волынского княжества с центром в нынешнем г. Владимире-Волынском. Большое внимание становлению Берестейщины уделил князь Владимир Василькович, который жил во второй половине ХIII в. По его приказу был отстроен Брест, основан город Каменец («Біла Вежа»). Кстати, от имени этого города идет название всемирно известной Беловежской пущи. С именем Владимира Васильковича связано первое упоминание в летописных источниках о Кобрине. Этот князь уделял также внимание развитию культуры. В частности, в Брест и Каменец он передал разнообразную церковную утварь и богослужебные книги.

Берестейщина входила в состав одной Владимирско-Берестейской епархии с центром во Владимире-Волынском. Понятно, что в ее пределах происходил интенсивный культурный обмен. И в культурно-этническом плане этот регион был един. Даже сегодня, несмотря на полонизацию, тотальную русификацию, а позднее белоруссизацию, несмотря на отсутствие на Берестейщине украинских школ, средств массовой информации, здесь в селах и даже небольших городках можно услышать красивый украинский язык. Не случайно именно под Кобрином родился украинский поэт, певец Полесья Д. Фалькивский. Его стихотворение «Очерет мені був за колиску...» было положено на музыку и стало украинской народной песней, своеобразным гимном украинских полищуков.

Определенным свидетельством в пользу белорусского происхождения Костюшко можно считать его гипотетическое место рождения в имении Мерачовщина. Находилось оно буквально в нескольких километрах от городка Косово на территории современного Ивацевицкого района Брестской области. Этот район является переходной зоной между украинский и белорусскими этническими территориями. Большинство территории района является белорусским, за исключением нескольких сельсоветов. Во всяком случае, Косово с прилегающими окрестностями стоит считать территорией белорусской. Однако рождение Костюшко в Мерачовщине является дискуссионным. Только в 1834 г., через 17 лет после смерти Костюшко, косовский ксендз Станислав Нарбут выдал свидетельство о его рождении. Собственно, оно свидетельствовало, что тот был крещен в Косово. О Мерачовщине в нем ничего не говорилось. После смерти Костюшко долгое время (вплоть до 80—90 гг. ХIХ в.) преобладал взгляд, что местом его рождения являются Сехновичи. И только в 80—90 гг., в значительной степени благодаря польскому историку Т.С. Корзану, утвердилось мнение о Мерачовщине как месте рождения Костюшко. Однако эта версия базируется на догадках, а не на документальных свидетельствах. Поэтому исследователи даже сегодня с определенным скепсисом относятся к версии в отношении Мерачовщины.

По нашему мнению, ситуация с рождением и крещением Костюшко могла выглядеть таким образом. Он вполне мог родиться в родовом поместье Сехновичи, где, кстати, жил в детские и молодые годы. Но поскольку здесь не было католического храма, родители решили отвезти ребенка и крестить в Косово, которое находилось сравнительно недалеко.

Подтверждением белорусскости можно считать самоидентификацию Костюшко. Добиваясь чина генерала в армии Речи Посполитой, он характеризовал себя как «природного литвина». Сам же термин «литвин» выступал как один из этнонимов белорусов. Правда, из контекста документов, где себя Костюшко характеризовал литвином, вытекало, что речь идет, собственно, не об этнической, а политической принадлежности. Он хотел указать, что его предки жили на территории Великого княжества Литовского и занимали здесь различные государственные посты.

Анализируя данные о рождении Костюшко, семье и роде, к которым он принадлежал, приходим к выводу, что его по этническому происхождению, скорее всего, стоит считать украинцем, чем белорусом. Представители рода Костюшко в течение многих веков (начиная не позднее середины ХV в.) жили на украинской этнической территории. Здесь находились их родовые поместья. Роднились они преимущественно с представителями местной элиты, которые также долгое время были православными, потом — униатами и считали себя «русинами».

2. НАЧАЛО ПУТИ

Детские и молодые годы Костюшко также прошли на украинской этнической территории. До 1755 г. он жил в Сехновичах. Потом, ориентировочно, до 1760 г. учился в Любешеве, который, кстати, сейчас входит в состав Украины. Потом Костюшко еще около пяти лет, до 1765 г., жил в Сехновичах. Очевидно, он знал язык местного населения, украинский, а также их традиционную культуру. Другой вопрос — насколько воспринимал их. Возможно, какой-то интерес к этой культуре у него и был. Ведь по своим политическим интересам Костюшко принадлежал к демократам и пытался улучшить положение простых людей.

Очевидно, он, как и его соседи-шляхтичи, причислял себя к элите и ориентировался на элитарные образцы тогдашней польской культуры. Местная украинская шляхта Берестейщины в то время была довольно полонизованной. И Костюшко здесь не были исключением.

Образование Костюшко получал преимущественно на польском языке и латыни. Сначала, очевидно, учился дома, потом — в школе пиаров. Завершил образование в рыцарской (кадетской) школе в Варшаве.

Его деятельность, взгляды, которые он высказывал, в политическом и культурном плане можно считать ориентированными на Польшу.

Исходя из вышесказанного, вероятно, есть основания считать Костюшко деэтнизированным украинцем, который «стал поляком». Конечно, у нас нет оснований делать из Костюшко «Великого Украинца» или, тем более, украинского национального героя. Это был «блудный сын Украины». Как и много других «блудных сыновей», он работал на другие народы. Причем работал талантливо.

Однако, с другой стороны, было бы неверно полностью отрекаться от него. Мы должны помнить, что один из наиболее выдающихся польских и американских национальных героев был по происхождению украинцем. В то же время, это должно быть для нас уроком. Пример Костюшко (и не только его) заставляет задуматься над тем, почему действительно талантливые, энергичные люди не работают на благо своего народа, а работают на других.

Петр КРАЛЮК, доктор философских наук
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments