Редчайшее мужество - это мужество мысли
Анатоль Франс - французский прозаик, литературный критик

Люди из... соломы

На Камерной сцене Национального театра им. И. Франко появилась «Лимеривна»
13 июня, 2019 - 10:40
ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Драму Панаса Мирного поставил Иван Уривский, сценография Петра Богомазова, балетмейстер Павел Ивлюшкин. Сейчас в Facebook можно найти простодушно точную оценку этой классической пьесы: она, мол, хорошая, но с самого начала слишком предсказуемая...

У франковцев эта проблема преодолена с лихвой: кому-то, может, даже будет непросто узнать в спектакле хрестоматийную канву пьесы. И сделано это очень искусно. Все детально выстроено. Кажется, режиссер точно предусмотрел даже то, где и как должен мигнуть глаз артиста и как будет двигаться мизинец артистки. И светотени выставлены — словно на полотнах Караваджио. Эффект — мощный!

После спектакля чувствуешь себя неким маятником: попеременно хочется написать две рецензии, одну похвальную, вторую — наоборот.

И долго не можешь выбрать — какую именно.

Хвалить хочется как раз за то мастерство, с которым режиссер выстраивает поражающие картины этого трагического вертепа, старинного, соломенного. Здесь даже людей делают из соломы. Прекрасно угадана эта солома, которая была основой украинской цивилизации, одновременно древной и непрочной.

Но и ругаться тянет... за то же самое!

Режиссер Иван Уривский выстраивает эти картины смело — но не слишком ли высоко над классическим текстом? Изысканная картинность сначала ошеломляет, но где-то посередине спектакля начинаешь заподазривать какую-то еще неясную тебе подмену, что ли. Потому что ты все-таки шел «на Панаса Мирного», афиша тебе обещала это, а на сцене — что-то неуловимо другое. Поскольку «оно» действительно красиво сделано, не сразу удается выразить свои к нему претензии. Попытаемся так: возможно, это и является миром Панаса Мирного — но словно увиденным глазами.Сергея Параджанова. Или, говоря корректно — кого-то, похожего на него. Так сказать, кинотень его «Теней забытых предков...». Однако картинка постановки таки талантливая — аж неудобно и спросить: «О чем это»? А назавтра думаешь: «Господи, а какие там актеры, а роли какие»! Монументально страшная Шкандибиха в исполнении Елены Хохлаткиной. Экзотичная, какого-то цыганско-африканского рода Лимериха — Татьяна Михина. А вон трое прекрасно загадочных «ведьмочек»: Оришка (Ксения Баша), Маруся (Христина Федорак) и Наталья (Марина Кошкина). Рядом мягкий вертепный бес Кнур (Дмитрий Рыбалевский),  жизнерадостное огородное чучело — Василий (Павел Шпегун). И вся эта компания почему-то странно чешется? Ведь живут в соломе, а там — колючие остюги, блохи. Вот и чешутся — потому что чешется. А «чешется» в нашем языке означает еще и «хочется». В самом телесном смысле слова.

В этом спектакле каждый одержим своим желанием — жить, пить, любить, владеть. Но даже на этом фоне выделяется Карпо Шкандибенко.

Его играет молодой Виталий Ажнов. Здесь сделаем отступление. Когда на твоих глазах (как здесь) впервые на всю мощь заявляет о себе артист, это застает тебя врасплох и не сразу веришь увиденному. Сначала воспринимаешь того Карпа как привычного театрального идиота, ну — Стецько, только более уродливый. Он извивается словно червь, которого переехала электричка. А потом тебя пронизывает: любовь сделала его таким. Более того: этот трагический демон — единственный здесь, кто способен любить — безудержно, невыносимо и страшно. Любовь способна спасти мир? Но она же способна его и уничтожить. Если искать ответ на вопрос, «о чем» этот спектакль Ивана Уривского, то, возможно, как раз об этом?

Следующие показы «Лимеривны» состоятся 27 и 30 июня.

Иван БАБЕНКО
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments