Бедный человек не тот, у которого нет ни гроша в кармане, а тот, в которого нет мечты
Сократ, древнегреческий философ, один из основателей Западной философии

О режиссерской магии

Влада Белозоренко из поколения 30-летних в настоящее время — один из лидеров современного молодого украинского театра
24 января, 2018 - 10:18
ФОТО ВИОЛЫ СОКОЛАН

Ее творческий путь можно назвать нетипичным, потому что сразу же после учебы постановочный багаж Влады растет с невероятной скоростью. Секрет, по-видимому, многокомпонентный: талант, позитивность, трудолюбие, небезразличность, любознательность, умение слышать других и настоять на своем. А в результате — то, что называется везением на людей и обстоятельства, которые давали новые импульсы и возможности. Прошлый год стал особенно продуктивным для молодого режиссера, подарив зрителям ее постановки в киевских театрах: Молодом, Диком и «Золотых воротах», Херсонском имени М. Кулиша, а также свой театр-студию.

«ЕЗЖАЙ НА ПЕРИФЕРИЮ И ПОЛУЧИ ПРАКТИЧЕСКУЮ ПРОФЕССИЮ»

— Влада, вы как-то сказали, что еще в школе мечтали быть актрисой или психологом. А в реальности стали театральным режиссером?

ФОТО С «ФЕЙСБУК»-СТРАНИЦЫ ВЛАДЫ БЕЛОЗОРЕНКО

— Если говорить о везении, то первым таким важным человеком, который встретился на моем пути и его изменил, была Нина Николаевна Гусакова. Я училась на актерском в Киевском национальном университете культуры и искусств. И после первого курса мы показывали этюды по картинам. Я сделала пластический этюд по Эдварду Мунку «Танец жизни». И она меня спросила: «А режиссурой не хотите заняться»? Я тогда не поняла, что это такое, но с умным видом ответила: «Да, хотела бы». В конце второго курса уже поставила целый спектакль по рассказу украинской писательницы Валентины Мастеровой «Вурдалака». Впоследствии поняла, что мне вовсе не хочется выходить на сцену в роли актрисой, а интересно заниматься режиссурой, потому что в ней какая-то магия. Между прочим, и психология, и актерство там просто бесценны.

— Можно сказать, что следующим везением стала ваша работа в Херсонском театре имени М. Кулиша?

— Не сразу. Я там выроста, потому что в этом театре работали мама и бабушка. И потому хотелось попробовать свои силы на стороне. Написала личное репертуарное письмо, где даже было произведение Гарсии Лорки. На одном из фестивалей подошла к Николаю Семеновичу Берсону, директору Николаевского драмтеатра: «Хочу у вас поставить диплом». — «Вы, конечно, же понимаете, что с вами все минусы: вы — девушка, вы — молодая, вы — кот в мешке! Но я не могу вам не дать шанс». После премьеры моей «Шикарной свадьбы» Хоудена он констатировал: «Я рад, что пошел на эту авантюру, которая оказалась хорошим спектаклем». Но здесь возмутился Александр Андреевич Книга — директор Херсонского театра: «Почему наша землячка не в нашем театре?» И предложил мне ставку режиссера-постановщика. Безусловно, молодому режиссеру посчастливится, если он попадет в такой театр, как херсонский — потому что это театр возможностей. Ведь там происходит престижный международный фестиваль «Мельпомена Таврии», где можно показывать разные спектакли. А эти самые разные сцены в самом театре! Под крышей, над крышей, в кафе, и на большой, и на малой сценах! Также благодаря фестивалю я начала ставить и по Украине, и в Беларуси.

— Если бы остались в Киеве, подобного у вас не было бы?

— Где-то на последних курсах института на вопрос Нины Николаевны: «Что вы собираетесь делать дальше?» — я ответила: «Ведь все стремятся остаться в столице!». И на всю жизнь запомнила: «Езжай на периферию и получи практическую профессию. Ты всегда сможешь вернуться». И все произошло так, как она говорила.

— Какой был ваш первый киевский театр?

— «Золотые ворота». Мы сели со Стасом Жирковым, только что возглавившим этот театр, и там еще ничего не было, и начали думать, что мне поставить. Я вспомнила, как в «Гоголь-центре» Кирилла Серебрянникова видела, «Митина любовь» по Бунину, и решила — сделаю свою версию. Гений Ивана Алексеевича в его уникальной прозе, где 70% составляет описание природы. А как ее воплотить на сцене? Я выбрала пластику и музыку. В «Золотых воротах» я люблю следующий свой спектакль — «Цвета» современного украинского драматурга Павла Арье, где собран женский «цветник» театра. Мне очень близка патриотическая тема пьесы. Не популистская, а ментально, лично, без крика и плакатов...

— Потом в вашей судьбе появился Молодой театр?

— Я пришла туда с пьесой «Это все она», где была роль для харизматичной актрисы. Во время рождения спектакля очень хороший художник Владимир Карашевский многое мне подсказал. Постановка о непростых отношениях мамы и сына. Мне чисто психологически трудно их понять, потому что я и не мама, и не сын. И здесь помогла прекрасная Римма Зюбина — и как глубокая актриса, и как мама сына. Состоялся такой своеобразный обмен опытом. А вот следующая недавняя премьера в Молодом — «Резня» (на фото) Ясмины Реза была мне предложена руководством театра, и эта драматургия стала в противовес. Но интересно попробовать тот материал, который сам к тебе пришел. И опять же повезло с актерским составом: Ирмой Витовской, Риммой Зюбиной, Анатолием Сомиком, Игорем Портянко, Александром Ромашко и Олегом Москаленко.

«ТЕЛО НА СЦЕНЕ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ СЛОВО»

— По-видимому, еще одно везение в вашей творческой жизни — фестиваль самодеятельных театров Fitag в Испании?

— Мы показали пластическую драму «1984» по антиутопии Оруэлла, которую я поставила в театре-студии Splash. Объективно мы были одними из лучших. Ко мне подходили актеры и режиссеры из Америки и Европы, спрашивали: «Как можно у вас поучиться»? Какую зарплату получаю, удивлялись, почему до сих пор не еду работать и преподавать в другие страны. Наш главный «плюс» был в том, что спектакль без слов — на одной пластике, и зрителям со всех континентов он был понятен. На таком международном фестивале стираются данные о твоей фамилии или даже твоем городе и театре. Ты — из Украины. И именно на фестивале я поняла, что мои мысли относительно нашей системы любительских и профессиональных спектаклей не крамольны. Там между ними давно уже стерты грани. И этот уникальный опыт в Испании многое перевернул в моих взглядах, почему я и решила двигаться дальше и еще с двумя режиссерами мы открыли театр-студию «11», где уже около 70 студийцев от 20 до 30 лет. И если раньше к пластике я относилась как к хореографическому элементу, то в настоящий момент для меня тело на сцене сильнее, чем слово. Хотя нам всего пять месяцев, я уже ставлю спектакль. И мне не нравится слово «аматорство», а ближе «независимый» театр, о котором я понятна, — он такой же полноценный, как и профессиональный.

— Так получается, что хореография стала главным компонентом вашей режиссуры и вообще видения театра?

— Это и понятно. Я училась в лицее по специальности «хореография». И мой брат, старше меня на 11 месяцев, танцует по контракту в разных странах. Свободный художник, который увидел весь мир! Сейчас он работает на Карибах.

«ТЕМА КУЛИША ДЛЯ МЕНЯ ОЧЕНЬ БОЛЕЗНЕННА»

— Вы и сегодня желанный постановщик в Херсонском театре и уже дважды обращались к творчеству Миколы Кулиша. Последняя премьера — «Його доля» состоялась в конце прошлого года к 125-летию классика.

— Тема Кулиша для меня очень болезненна. Потому что его человеческая судьба или того же Курбаса — несправедливы. Хочется понять, как и почему по отношению к таким, как они, власть шла на неслыханную жестокость. Чем гений отличается от обычного человека?  Но мне о Кулише, по большому счету, очень не хватает хорошей пьесы. Я постоянно такую ищу, и в будущем обязательно буду возвращаться к нему. А сегодня этот спектакль хоть и небольшой, но как своеобразная дань памяти от нашего театра в его честь.

— Вам в постановке важна своя команда?

— Именно в последних работах поняла, что это имеет значение. В «Диком театре» сейчас выпустила «О ДВА» («Кислород») и впервые в жизни проводила кастинг актеров. Почувствовала, что нужно это делать как-то не так. Потому что Ивана Вырыпаева, автора пьесы, очень важного и близкого для меня, актеры восприняли на удивление субъективно. То созвучие, которое было у меня с драматургом, в спектакле потерялось. Наверно, так и должно быть. Но в конечном итоге хочется работать с теми актерами, которые смотрят на творческий мир хотя бы приблизительно одними с тобой глазами. Важно, действительно близко ли это тебе, или ты имитируешь лишь боль относительно того, что происходит в мире и в стране. Но были и открытия. Главную роль играла 22-летняя Маруся Ионова из Театра «Пральня», которая стала настоящим чувствительным проводником этого философского материала. Кстати, Вырыпаев написал нам, что просит перечислить его гонорар какому-то детскому дому, но проследить, чтобы он действительно дошел до детей. Мы так и сделали.

Следующий показ спектакля «Резня» в Молодом театре состоится 28 января

Галина ЦЫМБАЛ
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments