Нации, где преобладают «нейтральные» ... неизбежно осуждены на смерть и рабство.
Вячеслав Липинский, украинский политический деятель, историк, историософ, социолог, публицист

Слабые мира сего

В прокат вышел самый необычный образец социального кино, который видели украинские зрители за последние годы
13 августа, 2019 - 10:17

Южнокорейский фильм «Паразиты» стоит просмотра уже хотя бы потому, что отмечен «Золотой пальмовой ветвью» последнего Каннского фестиваля. Но это не единственная причина, по которой следует покупать билет.

Режиссер «Паразитов», 50-летний Пон ДЖУН ХО, изначально был настолько западно-ориентированным, насколько это вообще возможно в довольно космополитической киноиндустрии Республики Корея. Он легко оперировал голливудскими жанрами наподобие фантастики, триллера, фильма катастроф, благодаря чему стал одним из самых коммерчески успешных кинематографистов на родине. Без заметных усилий ему давались и англоязычные проекты, такие как антиутопия «Сквозь снег» (2013) или экологический триллер «Окча» (2017), причем в них появлялись звезды калибра Тильды СУИНТОН, Джейми БЕЛЛА, Октавии СПЕНСЕР, Джона ХЁРТА, Криса ЭВАНСА, Эда ХАРРИСА. Впрочем, своей высшей награды он достиг с чисто корейским продуктом.

Главные герои «Паразитов» — безработная семья Ким, которая живет в тесном полуподвале и перебивается скудными заработками, собирая упаковки для пиццы. Ситуация меняется, когда старший сын Ки Ву (У ЩІК ЧХВЕ), благодаря рекомендации своего более социализированного друга, поддельному диплому и врожденному обаянию, получает работу репетитора английского языка для дочери состоятельного бизнесмена в имении семьи Пак. Очаровав нанимателей, парень постепенно перетягивает к доверчивым богачам других членов семьи: отца (Сон КАН ХО) — шофером, сестру (Со ДАМ ПАК)  — учительницей для гиперактивного младшего сына хозяев, мать (Хи ДЖИН ЯНГ) — горничной и кухаркой. При этом предыдущую прислугу устраняют с помощью интриг и довольно подлых приемов. И когда все, вроде бы, налаживается, возникают совершенно непредвиденные осложнения.

Итак, движущая сила фильма — увлекательное повествование, родовой признак развлекательного, нефестивального (при всей условности такого разделения) кино. С другой стороны, имеем «Золотую пальмовую ветвь», которую дают именно за открытия в киноязыке, в котором  сюжетная конструкция — элемент слишком очевидный, даже поверхностный.

Первое, на что следует обратить внимание — виртуозная жанровая игра, устроенная Джун Хо. «Паразиты» начинаются как черная авантюрная комедия, где обеспеченная прослойка изображена со всем возможным сарказмом, но без ненависти, а бедняки        — с добродушным юмором, но и без иллюзий. Затем гротеск трансформируется в настоящую драму, в которой неравенство служит чем-то вроде античного Фатума (как бы ни хитрили Кимы, они обречены возвращаться в свой сырой дурно пахнущий подвал), а в развязке и вовсе взрывается совершенно несмешным кровопролитием.

Не склонный к иносказаниям, Джун Хо воспроизводит метафору социальной лестницы буквально: богачи живут на холмах, беднота — в подвалах, причем иногда в весьма неожиданных подвалах. В «Сквозь снег», кстати, обездоленные обитали в хвосте огромного поезда, а господа — в голове. Однако, в отличие от «Сквозь снег», в «Паразитах» никто революцию не устраивает — наоборот, хитрецы воспринимают иерархию как данность, пытаясь получить от своего конформизма максимум благ. Так что здесь не классовый конфликт, но вопрос не менее ультимативный: человеческое достоинство. И требует он ультимативного ответа. Ценой жизни.

Корейское кино из-за определенных исторических обстоятельств не успело породить собственный неореализм — традицию фильмов о маленьких людях, как, например, в Италии и в соседней Японии. Джун Хо, пожалуй, первым среди своих соотечественников сделал это на таком уровне, правда, в форме ядовитой, жестокой сатиры. У него нет окончательно правых и виновных, в конечном итоге страдают все. И, в отличие от итальянцев, он не оставляет своим нищим даже неореалистических «двух грошей надежды» — лишь мечты о богатстве, которое никогда не наступит, лишь очередной подвал. Такое и таким образом до него не делал никто. Отсюда и каннская вершина.

На самом деле авторское название фильма — в единственном числе: «Паразит»; множество непонятно из каких соображений дописали прокатчики. Джун Хо, повторяю, избегает метафор, у него все буквально, все перед глазами. Паразит — это вид, паразит — это клеймо. Это горький смешок саморазоблачения. Это тупик, в который судьба неизменно ткнет тебя носом. Что бы ты ни делал, честно или нет: вот твое место, паразит. И единственный капитал, у тебя остающийся — самоуважение.

Зрители много смеются, но это на самом деле печальная, очень печальная история.

Оттого и хорошая.

Дмитрий ДЕСЯТЕРИК, «День»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ