Каждый народ познается по его богам и символам.
Лев Силенко, украинский мыслитель, философ, историк, писатель, номинант на Нобелевскую премию

Международное право и американские экономические блокады

Или почему Совбез ООН должен проверить соответствие санкций США принципам сохранения мира
2 июля, 2019 - 10:39
ФОТО РЕЙТЕР

Внешняя политика президента США Дональда Трампа опирается на серию жестких экономических блокад, каждая из которых призвана напугать, принудить или даже уморить страну, выбранную в качестве мишени для блокады ради ее подчинения американским требованиям. Хотя подобные методы сопровождаются меньшим насилием, чем прямая военная атака, а блокада осуществляется с помощью финансовых инструментов, а не военно-морского флота, ее последствия для гражданского населения зачастую оказываются ужасающими. Именно поэтому экономические блокады, установленные США, должны быть оценены в Совете Безопасности ООН с точки зрения их соответствия международному праву и уставу ООН.

Когда Трамп вел предвыборную кампанию в 2016 году, он осуждал частые войны Америки на Ближнем Востоке. За период с 1990 по 2016 годы США начали две большие войны с Ираком (в 1990 и 2003 годах), а также войны в Афганистане (2001), Ливии (2011) и Сирии (2012). Кроме того, Америка участвовала во множестве военных интервенций меньшего масштаба (в том числе в Мали, Сомали и Йемене). Хотя Сирийскую войну часто называют гражданской, в реальности это была война за смену режима, устроенная под руководством Америки и Саудовской Аравии, согласно директиве президента США под названием «Timber Sycamore» («Платановая древесина»).

Ни одна из этих войн под руководством США (или других войн в новейшей истории) не достигла поставленных политических целей, а за крупными конфликтами следовало хроническое насилие и нестабильность. Попытка свергнуть Башара Асада в Сирии привела к началу прокси-войны (со временем в нее оказались втянуты США, Сирия, Россия, Саудовская Аравия, Катар, Иран, Турция, Израиль и Объединенные Арабские Эмираты), которая спровоцировала вынужденное переселение более десяти миллионов сирийцев и насильственную смерть примерно полумиллиона человек.

Хотя Трамп пока что избегает новых войн, он продолжает усилия США по смене режимов в зарубежных странах иными средствами. Трампа часто называют изоляционистом, однако, как и его предшественники, он является интервенционистом. Его стратегия (по крайней мере, пока что) заключается в том, чтобы активно использовать экономическую, а не военную, мощь США для подчинения противников, что создает особый вид жестокости и дестабилизации. И он постоянно рискует возможной вспышкой реальной войны, как это произошло с Ираном в июне.

На сегодня администрация Трампа ведет три всесторонние экономические блокады (против Северной Кореи, Венесуэлы и Ирана), несколько менее суровых блокад против таких стран, как Куба и Никарагуа, а также активизирует усилия по перекрытию доступа Китая к новым технологиям. Блокада КНДР санкционирована (по крайней мере, отчасти) Советом Безопасности ООН. Блокада Ирана прямо противоречит позиции Совбеза. А блокада Венесуэлы пока что происходит без вмешательства Совбеза, который не высказался ни за, ни против. США стараются изолировать эти три страны практически от всей международной торговли, создавая дефицит продовольствия, медикаментов и запчастей для базовой инфраструктуры, в том числе инфраструктуры водоснабжения и энергетики.

Блокада Северной Кореи осуществляется в основном в рамках санкций по мандату ООН и включает всеобъемлющий список экспорта в КНДР, импорта из КНДР, а также финансовых отношений с северокорейскими организациями. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), десяти миллионам северных корейцев грозит голода — отчасти из-за санкций. ФАО предупреждает о том, что «нельзя игнорировать тот непреднамеренный негативный эффект, который прямо и косвенно санкции могут оказывать на аграрное производство. Наиболее очевидным примером являются ограничения на импорт определенных товаров, необходимых для сельхозпроизводства, в частности, топлива, машин и запчастей для оборудования».

Драконовские санкции ООН против Венесуэлы вводились в два этапа. Сначала, начиная с августа 2017 года, они были направлены главным образом против государственной нефтяной компании PDVSA, которая играет роль главного добытчика валюты в стране. Второй раунд санкций, начатый в январе 2019 года, стал более всеобъемлющим, а его целью стало правительство Венесуэлы. Проведенный недавно подробный анализ первого этапа санкций продемонстрировал их разрушительный эффект. Американские санкции серьезно усугубили допущенные ранее ошибки властей в управлении экономикой и способствовали катастрофическому падению объемов добычи нефти, гиперинфляции, краху экономики (с 2016 года объемы выпуска упали вдвое), а также голоду и росту смертности.

Санкции США против Ирана действуют более или менее непрерывно, начиная с 1979 года. Новейшие и на сегодня наиболее драконовские меры, введенные в августе 2018 года, а затем ужесточенные в первой половине этого года, призваны полностью отрезать Иран от внешней торговли. Санкции США напрямую противоречат резолюции Совбеза ООН №2231, которая подтверждает ядерное соглашение 2015 года с Ираном. Последствия этих санкций оказались катастрофическими. По прогнозам Международного валютного фонда, с 2017 по 2019 годы ВВП Ирана сократится на 10%, а инфляция в этом году достигнет 30%. Стране уже остро не хватает медикаментов.

Можно было бы ожидать, что другие страны будут с легкостью обходить американские санкции. Однако США грозят наказанием тем иностранным компаниям, которые нарушают режим санкций. Они используют глобальную роль доллара в качестве дубинки, угрожая санкциями иностранным банкам, которые финансируют торговлю с Ираном. Европейские компании подчинились, несмотря на заявленное Евросоюзом желание продолжать экономическое взаимодействие с Ираном. В долгосрочной перспективе, вероятно, будет найдено больше вариантов обхода этих санкции, благодаря использованию финансирования в юанях, рублях или евро. Тем не менее, такое ослабление режима американских санкций будет происходить лишь постепенно.

Несмотря на острую экономическую боль (и более того, реальные бедствия), которую санкции причиняют КНДР, Венесуэле и Ирану, ни одна из этих стран не уступила американским требованиям. И в этом смысле санкции оказались ничуть не более успешными, чем военные интервенции. КНДР сохраняет (и, скорее всего, расширяет) свой ядерный арсенал. Иранский режим отвергает американские требования, касающиеся его ракетной программы и внешней политики. А президент Венесуэлы Николас Мадуро остается у власти.

Американские блокады устанавливаются по указу президента, фактически без каких-либо публичных дебатов и без систематического контроля со стороны конгресса. Это шоу одного человека, причем даже в большей степени, чем это происходит в случае с войнами, которые начинают президенты, поскольку эти войны сразу привлекают намного больше общественного внимания. Трамп понимает, что он может вводить жесткие санкции против иностранных государств, не создавая практически никаких прямых издержек для американского общества или бюджета, и не неся при этом почти никакой политической ответственности.

Военные блокады являются актом войны и, соответственно, предметом международного права, включая контроль за стороны Совбеза ООН. Экономические блокады, устраиваемые Америкой, функционально и по своим результатам схожи с военными блокадами, поскольку приводят к катастрофическим последствиям для гражданского населения и рискуют спровоцировать войну. Настало время, чтобы Совет Безопасности рассмотрел соответствие американских санкций требованиям международного права и принципам сохранения мира.

Проект Синдикат для «Дня»

Джеффри САКС, профессор по устойчивому развитию и профессор политики и управления в области здравоохранения Колумбийского университета

Джеффри САКС
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments