Не могут вести кого-то за собой те, которые не имеют никаких внутренних данных на то, чтобы самих себя повести.
Вячеслав Липинский, украинский политический деятель, историк, историософ, социолог, публицист

Покушение на историческую память украинцев

Переименования «Дорогожичей» нельзя допустить
21 февраля, 2020 - 10:21
ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

В редакцию поступило открытое письмо киевлянина Георгия Чорного относительно названия станции метро «Дорогожичи», адресованное городскому голове Виталию Кличко и главе комиссии по наименованиям Марине Хонде. «Меня как инициатора присвоения названия «Дорогожичи» станции Киевского метрополитена, за которую боролся 21 год назад, очень встревожили интернетные сообщения о якобы готовности киевской городской власти серьезно воспринять предложение центра Холокоста о переименовании этой станции в «Бабий Яр», а также о якобы готовности власти провести электронное голосование населения относительно этого переименования. Я считаю это предложение центра Холокоста провокацией, возбуждающей народ, покушением на нашу историческую память, а потому его нужно отклонить». Напомним, «День» писал на эту тему в № 27-28 от 14 февраля 2020 г. Ниже — обоснование пана Георгия.


Осенью 1998 года в вагонах киевского метро появился анонс: на перекрестке улиц Щусева и Елены Телиги будет новая станция метро под названием «Сырецкая». Зная из летописи, что местность, где будет построена эта станция, раньше называлась не «Сырец», а «Дорогожичи» (или «Дорогожич»), я обратился письмом к мэру Киева Александру Омельченко с просьбой, чтобы соответствующая комиссия пересмотрела название «Сырецкая» на старшее за него на 400 лет дохристианское название «Дорогожичи». Мотивировал это тем, что игнорируя намного старшее, дохристианское название в пользу недавнего, младшего, мы, украинцы, сознательно или бессознательно, соглашаемся со старым имперским тезисом о том, что история украинцев не берет свое начало с дохристианских времен. Следовательно, вопрос наименования станции выходил в этом случае за пределы столичных интересов, даже чьих-то вкусов или антипатий, он должно решаться с позиций государственных интересов Украины. Через 2 месяца я получил отказное письмо, в котором говорилось, что оба названия являются историческими, и комиссия своего решения менять не будет.

Тогда я обратился к известным историкам Киева, чтобы узнать об их мнении по этому вопросу. Они сказали, что я прав, посоветовали не сдаваться, но самому ничего не выйдет. «Ваша идея правильная, но для ее реализации нужно распространять ее среди общественности города и найти там поддержку», — таким было их мнение. Почти год длилось это распространение: выступления перед коллективами, статьи в столичных газетах, обращения, переговоры, переписка и др. Об этом описаны в моей книге «Очерки из истории конструкторского бюро», которая есть в библиотеках Киева. В конце концов, в процессе консультаций и обсуждений со многими людьми мое предложение несколько изменилось, уточнилось и стало коллективным, его поддержали и послали соответствующие ходатайства в КГГА несколько организаций, среди которых:

1. Общество украинского языка имени Тараса Шевченко Киевского университета.

2. Комиссия по вопросам воссоздания достопримечательностей истории и культуры при Президенте Украины.

3. Учредительное собрание общественного объединения «Сырец» Шевченковского района.

4. Комиссия по наименованиям и памятным знакам при КГГА.

5. Комиссия Киеврады по гуманитарным вопросам.

Окончательно вопрос решался на сессии Киеврады в соответствии с Законом о местном самоуправлении. Согласно решению сессии от 01.07.1999 г. №343/444 новой станции метро присвоено название «Дорогожичи». За это решение проголосовал 41 депутат, трое воздержались, и только один был против.

Итак, вопрос относительно названия станции метро решался коллегиально, с широким участием общественности, с освещением его в средствах массовой информации, в частности, в газетах «Вечерний Киев», «Крещатик», «Киев Шевченковский» и др., в полном соответствии с Законом о местном самоуправлении.

Главный результат Решения Киеврады заключался в том, что давнее дохристианское слово наших предков, отображенное в названии станции метро, стало на стороже государственных интересов Украины, подтверждая тем самым, что мы, украинцы, не вчерашние на этой земле, что наша история началась не позже дохристианских времен. Это название отрицает лживый московский тезис о том, что украинцы якобы вылезли из трехместной колыбели братских народов только в 14 веке. Слово «Дорогожичи» по своей значимости стоит в одном ряду с графити Софийского собора, которые написаны украинцами на древнеукраинском языке. Оно свидетельствует о том, что Дорогожичи — такое же древнее и дорогое для киевлян название, как Крещатик, Печерск, Выдубичи, Оболонь, Золотые Ворота и другие, которые звучат для киевлян как музыка голосами наших предков. И в эту светлую музыку не должно врываться темным диссонансом название «Бабий Яр». Мы должны помнить об этой большой трагедии человечества и заботиться, чтобы она не повторилась, но создавать образ Киева как цент несчастий и трагедий, не стоит. Это негативно повлияло бы на будущие поколения украинцев — мы должны думать и о них, заботясь об их здоровом жизненном оптимизме. У нас богатая и славная история, много исторических названий, которыми мы гордимся, которыми стоит называть станции метро и на фоне этих названий воспитывать молодежь.

Кстати, комиссия при КГГА рассматривала 21 год назад и другие предложенные названия, среди которых были и «Бабий Яр», и «Метростроевская». Но среди всех предложенных комиссия выбрала исторически взвешенное название «Дорогожичи». Следовательно, нынешнее предложение центра Холокоста — это попытка реванша, это покушение на историческую память украинцев, на государственные интересы Украины.

Название «Дорогожичи» или «Дорогожич» упоминается в летописи 5 раз, первый раз — за 10 лет до крещения Руси. Происходит оно от имени Дорогож, Дорогожко, которое подобно по структуре к именам известных русьских князей Василько, Олелько, Федирко и пр. Ударение в нем, по мнению филологов, нужно ставить на слоге го.

Стоит напомнить, что именно это слово имеет достаточно детективную историю. После монгольского нашествия на Киев 1240 года оно совсем исчезло из употребления, киевляне его начисто забыли. Только тогда, когда нашлись давние летописи, оно опять, через 700! лет забвения, возродилось: в 1869 году одну из улиц Киева назвали Большой Дорогожицкой. Но пришли большевики, и слово «Дорогожичи» опять исчезло, потому что Большую Дорогожицкую переименовали в улицу Мельникова. Понятно, что монголы и большевики были-таки большой угрозой для существования названия «Дорогожичи». Но сейчас, в независимой Украине, что может ему угрожать? Сегодня — более ничего, кроме больших денег, способных отодвинуть государственные интересы на задний план ради чьей-то неправомерной выгоды. Господи, подай же мудрость и большую силу воли нашим чиновникам, чтобы не поддаться искушению, выстоять перед лицом этой действительно большой угрозы, если такая случится. 

Предложение центра Холокоста о переименовании «Дорогожичей» можно сравнить разве что с таким гипотетическим примером. Допустим, какая-то народная община, которая образовалась в Париже, предложила бы переименовать станцию парижского метро «Нотр-Дам де Лорет» в какое-то другое название, связанное с трагическим событием во время фашистской оккупации Парижа в годы Второй мировой войны. Как бы на это среагировали французы? Мягко говоря, просто проигнорировали бы. А если и отреагировали, то объяснили бы той общине, что значит для французов это историческое название «Нотр-Дам де Лорет», а не побежали бы усердно организовывать электронное голосование, чтобы узнать у населения, нужно ли ее сохранять и в дальнейшем.

Кстати, электронное голосование не дает объективно правильный результат, потому что в массе голосов тонут голоса специалистов, то есть тех, кто глубоко знает проблему, а таких всегда меньшинство. Это подтверждает, например, один интересный эксперимент — игра в шахматы читателей очень массовой газеты «Комсомольская правда» с чемпионом мира Анатолием Карповым. Было условлено: очередным ходом от многочисленных читателей, которые присылали свои варианты ходов в ответ на ход Карпова, выбирался тот, который набирал большинство. Как и ожидалось, игра закончилась полным разгромом читательской аудитории. В нашем случае название «Дорогожичи»  было оценено специалистами нескольких специальных комиссий, потому оно объективно правильно, а подвергать его оцениванию путем электронного голосования — это игра в рулетку, а точнее — хитрая затея от лукавого.

Вывод — переименование «Дорогожичей» нельзя допустить. Дорогожичи — это историческая память украинцев. Один немецкий философ сказал: «Человек будущего — это тот, у кого самая длинная память». Мы должны беречь самую длинную память украинцев и не урезать ее ни под какими хитрыми лукавыми поводами. У украинцев должно быть будущее! Наш народ толерантен к другим нациям. Но и общества других наций в Украине должны вести себя корректно, особенно в тех чувствительных вопросах, которые касаются истории украинцев. Не нужно играться с огнем, посягая на их исторические ценности.

И напоследок. Когда писал это письмо, вспомнил десятки имен и фамилий людей, с которыми мне лично пришлось общаться и обсуждать вопросы, связанные с названием «Дорогожичи», людей, которые поддержали меня 21 год назад. Это государственный деятель, академик Петр Тронько; историки: Дмитрий Малаков, Олесь Силин, Лидия Пономаренко, Людмила Проценко, Сергей Билокинь, Михаил Кальницкий; филологи: Константин Тищенко, Виталий Радчук, Ирина Желизняк, Дмитрий Билоус, Владимир Куевда; метростроевцы: Владимир Петренко, Владимир Макаренко, Анатолий Волынский, Александр Кривошлык; оперные певцы: Дмитрий Гнатюк, Анатолий Мокренко; депутат  Киеврады Александр Петик; депутаты районного совета Святослав Ханенко, Юрий Ескин; главные редакторы газет: Виталий Карпенко, Геннадий Кириндясов, Олег Данилюк; председатели комиссий: Руслан Кухаренко, Галина Матико-Бубнова; журналисты: Николай Цивирко, Галина Пересунько, Кирилл Касаткин и многие-многие другие, которых сегодня уже трудно и вспомнить.

Я безгранично благодарен им всем за понимание и поддержку в этом далеко не частном деле. Многих из них уже нет среди живых, и эта затея с переименованием — это жест пренебрежения к светлой памяти о них.   

Георгий ЧОРНЫЙ, киевлянин
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ