Это суровая диалектика - чтобы пойти дальше, надо знать, откуда идти.
Джеймс Мейс, американский историк, политолог, журналист, профессор Киево-Могилянской академии, исследователь голодомора в Украине

Дело «Гонгадзе-Подольского». Здесь свой фронт

Какие сенсации прозвучали в суде 4 июня и что нас ждет в понедельник — апелляционная эпопея выходит на финишную прямую?
7 июня, 2015 - 18:04
Какие сенсации прозвучали в суде 4 июня и что нас ждет в понедельник — апелляционная эпопея выходит на финишную прямую?
ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «День»

8 июня очень важное заседание по «делу Гонгадзе-Подольского». На самом деле, в этой резонансной истории важно каждое заседание — она ​​требует от нас быть постоянно бдительными. Так же, как наши военные и добровольцы находятся на постоянной страже восточных рубежей, защищая страну от российской агрессии, так же и нам нужно быть всегда начеку. Ведь в этом уголовном деле существует свой пятнадцатилетний фронт, где журналисты и общество (к сожалению, далеко не большинство) выступают против заказчиков преступлений против Ельяшкевича, Подольского, Гонгадзе ..., против правоохранительно-судебной структуры, и вообще против авторов и функционеров кланово-олигархической системы «Кучмы-Януковича».

В понедельник заседание будет очень важно тем, что на последнем судебном процессе 4 июня произошли события, которые указывают на новый поворот в этом уголовном деле — поворот, который выводит на финишную прямую эпопею в апелляционной инстанции относительно суда над главным исполнителем преступлений против Гонгадзе и Подольского — экс-генералом Алексеем Пукачем. Для того чтобы понять последние сигналы и дальнейшее вероятное развитие ситуации, остановимся на важнейших деталях этого судебного заседания. Будет немало цитат, но именно они передают суть и атмосферу судебного процесса. Это настоящая драма и триллер в одном флаконе.

БИТВА ЗА СНЯТИЕ ГРИФА «СЕКРЕТНО»: ДЕЛО «ГОНГАДЗЕ-ПОДОЛЬСКОГО» — РАССЕКРЕЧЕНО

Примерно полгода продолжались заседания, посвященные сначала открытости процесса, а затем главным образом рассекречиванию материалов дела. Так вот, этот длительный процесс, который затягивался по разным причинам, наконец-то завершился.

Председательствующий на заседании судья Степан Гладий в начале процесса заявил: «Поступило сообщение от председателя Печерского райсуда Киева, которое гласит, что практически все носители секретной информации по протоколу судебного заседания — рассекречены (речь идет о судебном заседании над Пукачем в первой инстанции — Авт.). Только две позиции определены как «Для служебного пользования».

Напомним, ранее СБУ полностью рассекретило свою часть материалов по этому делу. В МВД отметили, что рассекретили большую часть материалов, меньшая часть — не подлежит рассекречиванию. А Генпрокуратура, просмотрев гриф секретности 227 материальных носителей, рассекретила 103 документа, а 91 документ перевела в режим «Для служебного пользования».

Итак, под давлением общественности и стороны потерпевшего Алексея Подольского искусственно засекреченные материалы, когда заказчики таким образом скрывали следы фальсификации этого дела и вообще любую информацию от общества, наконец рассекретили. За исключением, конечно, отдельных томов, которые касаются документов, связанных с нормативной базой милицейской «наружки», где работал в свое время Пукач, а также фамилий некоторых лиц, которые до сих пор работают в правоохранительных структурах. Надеемся, что только эти документы остались под грифом «секретно», ведь в противном случае рано или поздно мы узнаем о нарушениях, и тогда виновным придется отвечать.

СНАЧАЛА — РАССЛЕДОВАНИЕ ЗАЯВЛЕНИЙ ПУКАЧА О ШАНТАЖЕ И УГРОЗАХ. И ТОЛЬКО ПОТОМ —    РАССМОТРЕНИЕ ДЕЛА ПО СУЩЕСТВУ

«Каких-либо препятствий, чтобы мы начинали рассмотрение дела, по сути нет», — заявил далее судья Степан Гладий. Напомним, в судебном процессе до сих пор продолжается подготовительная стадия. Однако к рассмотрению апелляционных жалоб по существу так и не перешли. Были причины.

«Хочу сообщить суду, что судья Печерского суда Андрей Мельник подал заявление на увольнение, — начал свое выступление в суде представитель потерпевшего Подольского Александр Ельяшкевич. — Учитывая то, что этот судья будет основным фигурантом данного апелляционного процесса, я бы хотел, чтобы перед рассмотрением его документов коллегия Апелляционного суда обратилась в соответствующую инстанцию, чтобы узнать, каковы причины увольнения фальсификатора дела «Гонгадзе-Подольского» и какова судьба его заявления. А также я настаиваю на необходимости заслушать судью Мельника в Апелляционном суде, потому что без этого вообще нет смысла рассматривать данное дело. Он — ключевая фигура в его фальсификации. Понятно, что Мельник действовал по указанию первых лиц государства — бывших и нынешних, поэтому нам в данном процессе необходимо принимать правильные решения. Если вы выйдете за рамки правового поля и позволите судье Мельнику уйти от ответственности за свое преступление, вы также будете нести ответственность».

«Это конституционное право Мельника — подавать заявление на увольнение, — ответил судья Степан Гладий. — И это не является предметом нашего судебного исследования».
«Если вы не обеспечите явку судьи Мельника в апелляционную инстанцию, претензии будут к вам, — подчеркивает Ельяшкевич. — Он может увольняться — это его право, но здесь является главным то, понесет ли он наказание за совершенные преступления».

«Комбинация заказчиков заключается в том, чтобы быстро уволить господина Мельника через Верховную Раду, а затем спрятать его за рубежом, — дальше слово взял Алексей Подольский. — Однако здесь я хотел бы напомнить вам пример Дмитрия Фирташа. Если вы не хотите расследовать деятельность Мельника в Украине — эта работа будет проведена за рубежом. И вы, господа судьи, как и Генеральная прокуратура, будете подельниками Мельника в громком уголовном деле. Вы хотите попасть на примере «списка Магницкого» — в «список Подольского»? Вся моя апелляция заключается в том, что этот судья вообще не имел права рассматривать дело Пукача, в частности потому, что он организовывал шантаж и угрозы подсудимому. Я не понимаю, почему вы не можете организовать расследование преступления в отношении Пукача? То, что вам отписалось некое «техническая лицо» из ГПУ, ничего не меняет, ответ должен дать генпрокурор Виктор Шокин — либо он расследует это преступление, либо нет. Все. Отказываясь дожать Генпрокуратуру, которая должна дать вам надлежащий ответ, вы подкладываете себе бомбу под стул».

На заявления Подольского судьи ответили, что Генпрокуратура уже дала свою реакцию. «В соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса мы можем рассмотреть или проверить заявления Пукача (было преступление против него или нет) — при рассмотрении дела по существу. Дайте нам начать рассмотрение дела», — сказал судья Степан Гладий.

Словесные перепалки Подольского и Ельяшкевича с судьями имели разный градус, иногда все переходило на повышенные тона и даже крики. Председательствующий судья дважды объявлял перерыв для того, чтобы «Подольский успокоился». Однако, по словам последнего, судьи, покрывая заказчиков, провоцируют его на резкие заявления и поведение. Однако перерывы все равно не помогли. Ситуация набирала обороты.

Слово предоставили адвокату подсудимого Пукача — Григорию Демиденко. Он сделал ряд важных заявлений и ходатайств. Как оказалось, уже давно есть письменные доказательства подсудимого и его адвоката по поводу скандальных преступлений судьи Мельника, а также по поводу давления представителей Генпрокуратуры. Именно их и озвучил Григорий Демиденко. То есть шантаж и запугивание Пукача давно зафиксированы, и соответственно судьями было принято решение приобщить их к материалам дела.

МИРОСЛАВА ГОНГАДЗЕ ОТОЗВАЛА АППЕЛЯЦИОННУЮ ЖАЛОБУ. В ЧЕМ ПРИЧИНА ТАКОГО СЕНСАЦИОННОГО ШАГА?

А вот дальше судебный процесс получил неожиданный поворот. Заявление представителя Мирославы Гонгадзе — Валентины Теличенко об отзыве апелляционной жалобы, которую она делала еще летом 2014-го, стала реальностью. Во-первых, возникают вопросы, почему почти год эта апелляция так и не была отозвана, а во-вторых, такой шаг как минимум очень странный. Чем же мотивировала отзыв апелляционной жалобы Мирослава Гонгадзе?

«Обсудив ситуацию, которая сложилась с Мирославой Гонгадзе, мы приняли решение о необходимости отзыва нашей апелляционной жалобы, — заявила во время выступления Валентина Теличенко. — Это объясняется тем, что суд первой инстанции провел свое разбирательство без нарушений. Нарушения были допущены Генеральной прокуратурой в то время, когда заместитель генерального прокурора Ренат Кузьмин подписал обвинительное заключение, не содержащее пункта о заказном характере убийства. Исправить это нарушение Рената Кузьмина можно было единственным законным путем — направить дело обратно на досудебное следствие, поскольку в противном случае не было бы реализовано право на защиту подсудимого. Сегодня, понимая, что с тех пор как следствие закончилось и с тех пор как Пукач был взят под стражу в июле 2009-го, а также учитывая то, что приговор вынесен на основе правильно установленных обстоятельств и наказание назначено должным образом, мы считаем нецелесообразным настаивать на этой стадии на расширении обвинения Пукачу. У него и так есть наказание — пожизненное лишение свободы. Для журналистов же я хочу подчеркнуть, что отсутствие пункта о заказном характере убийства не избавляет от необходимости следственные органы расследовать дело в отношении заказчиков. Более того, это дело было в прокуратуре, и сейчас в нем активизировано следствие. То есть, отсутствие этого пункта не препятствует установлению заказчиков. Итак, наше стремление — чтобы приговор в отношении Пукача как можно скорее вступил в силу».

«Квалификация Печерского суда действий Пукача такая — что это не заказное убийство, а это обычное умышленное убийство, — заявила в тот же день во время программы «Право на владу» на телеканале «1+1» юрист-криминолог Анна Маляр. — Такая квалификация вообще не предусматривает поиск заказчиков. Сторона вдовы Гонгадзе обжаловала приговор суда, из-за чего в частности он и не вступил в силу. Также она настаивала в свое время на том, что это все-таки было заказное убийство. Потом вдруг меняется позиция представителя вдовы, которая уже говорит, что мы не настаиваем на такой квалификации, потому что в сентябре истекает срок в 15 лет со дня совершения преступления, и, согласно украинскому законодательству, Пукача могут отпустить на свободу, потому что приговор не вступил в законную силу. Но это ошибочная причина. Поскольку он 6 лет скрывался от правоохранительных органов, соответственно срок давности прервался, поэтому есть еще 6 лет, чтобы затягивать это дело. Меня удивляет такая позиция Гонгадзе и ее представителей — почему они вообще отказались настаивать на том, что это было заказное убийство. Сегодня на этом настаивают только общественность и сторона Подольского».

«Если в приговоре Пукачу не предусмотрено его наказание за убийство Гонгадзе на заказ, это фактически означает только то, что устанавливать вину заказчиков в украинском суде никогда не будут, — комментирует «Дню» Александр Ельяшкевич. — А в Менской колонии Пукача будет ждать очень быстрое повторение судьбы Николая Протасова, который загадочно умер в конце марта 2015-го».

ПОСЛЕ ОЧЕРЕДНЫХ СЕНСАЦИОННЫХ ЗАЯВЛЕНИЙ ПУКАЧА СУДЬИ БЫЛИ ВЫНУЖДЕНЫ ОБРАТИТЬСЯ В ГПУ ДЛЯ ПРОВЕРКИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

На этом заседание не закончилось, а приобрело острую форму. После заявления Теличенко об отзыве апелляционной жалобы, судья пытался перейти к началу рассмотрения дела по существу. Но не удалось. Далее начался настоящий скандал.

«Я не дам вам проводить судебное заседание, пока вы не расследуете заявления Пукача, — перешел в атаку Алексей Подольский. — Можете меня силой оттуда выводить, но я вам не дам этого сделать. Принимайте постановление и отправляйте заявление о преступлении в отношении Пукача в Генпрокуратуру, чтобы они его расследовали. Оказывалось давление на подсудимого, чтобы он оговорил невиновных людей, а вы это игнорируете? Я вам еще раз заявляю, что не дам проводить заседание, пока вы не вернетесь в законное русло. Еще некоторое время назад, улыбаясь мне в лицо, вы говорили, что это дело никогда не рассекретят. Но прошло время, и на сегодняшний день это дело рассекречено. Поэтому подумайте над своим поведением. Потому что сейчас я говорю, что заявления Пукача будут расследованы и все эти факты получат подтверждение. Или назначайте расследование, или уходите!».
Напряжение росло. В судебном помещении появилось подкрепление для блюстителей правопорядка, а судьи взяли еще одну паузу, после которой заседание продолжилось.

«Вы имеете все права в соответствии со старым Уголовно-процессуальным кодексом 1960 года принять все меры, и обязаны, в соответствии со статьей 97-й, отправить уведомления (заявления Пукача) по назначению. А Генеральный прокурор обязан расследовать это преступление», — обратился к судьям народный депутат, представитель Подольского в суде — Виталий Куприй.

«Эта норма не может быть применена, потому что у нас уже действует новый Уголовно-процессуальный кодекс», — ответил судья Степан Гладий.

«Мне очень не хотелось бы, чтобы Алексей Подольский демонстрировал здесь свой характер, а у него действительно есть и воля, и характер. Именно поэтому его вывозили в лес и хотели убить, — отреагировал Александр Ельяшкевич. — Есть четкое понимание норм Конституции — вы имеете право с помощью своего постановления требовать от генпрокурора расследовать это преступление. Еще раз вас призываю, не превращайтесь в Печерский суд и судью Мельника. Вам все равно не удастся избежать ответственности. Не надо нам рассказывать, что это не ваша функция, и вы на это не имеете права. Вы это обязаны сделать. Не нужно, прикрываясь законом, нарушать закон. Вы же не нас обманываете, вы пытаетесь обмануть украинский народ. Мы вам все равно этого не дадим сделать».

Судьи и дальше пытались доказать невозможность вынесения постановления и направить его в ГПУ для расследования преступления судьи Мельника и представителей Генпрокуратуры. Но последней каплей стало выступление Пукача. Не менее сенсационное, чем в феврале этого же года.

«Преступлений было много, и в том числе со стороны Валентины Теличенко. Я вам это докажу, — начал Алексей Пукач. — Да, я совершил преступление, но в течение многих лет происходили многочисленные фальсификации. Начиная с того, когда якобы я находился в розыске. И нигде я не прятался, а спокойно жил в своем родном селе, и правоохранительные органы об этом прекрасно знали. С первого же дня, когда меня задержали, то есть на стадии досудебного следствия, такие представители Генеральной прокуратуры как Деркач, Басов, Харченко, Калифицкий, Грищенко ... заставляли меня пойти на их условия и взять на себя то, чего я не делал. Они специально приводили ко мне зэков, чтобы те давили на меня, и я им рассказал то, чего не было, а потом они якобы должны были подтвердить мои заявления. Я совершил преступление, но по определенным эпизодам, то есть способам преступления, они пытались повесить на меня то, чего я не делал. Далее — что творилось на самом судебном заседании? Валентина Теличенко с разрешения судьи Андрея Мельника и представителей государственного обвинения на протяжении трех лет заставляла меня оговаривать другие лица. Если бы я пошел на их условия, то на сегодняшний день уже сидели бы десятки людей. Способы были разные — шантаж, запугивание, подкуп, даже столы накрывали, думая, что я выпью с ними рюмку и подпишу все, что они захотят. Теличенко обещала мне, что будет возить передачи на зону, так же, как это она делала для Костенко, Протасова и Поповича, которые согласились на их условия. Но я не пошел на все это, я не согласился на их условия».

Выступление Пукача стало переломным. Судьи взяли очередной перерыв, а после консультаций в совещательной комнате вынесли свое решение. «Ходатайство потерпевшего Подольского удовлетворить и направить генеральному прокурору для проверки неправового поведения судьи Андрея Мельника», — зачитал постановление Степан Гладий. Также суд объявляет перерыв в судебном заседании до 11:00 8 июня.

* * *

В понедельник суд скорее перейдет к рассмотрению дела по существу. Теперь остались две апелляционные жалобы — пострадавшего Подольского и подозреваемого Пукача. Судя по всему, нас ждут еще более громкие заявления, сенсации и разоблачения. Судебный процесс, который сегодня происходит на наших глазах, это уже история. История, которая требует финальной точки — наказания заказчиков преступлений. История, которую должны знать все, а особенно те, кто планируют заниматься политикой, чтобы никогда не повторять ошибок высших должностных лиц. История, которая требует постоянного давления и контроля общественности и журналистов. Мы должны довести это дело до конца и наконец-то прекратить позорную практику, когда ненаказанное зло порождает новые преступления. Для этого у нас — все шансы.

Иван КАПСАМУН, «День»
Рубрика: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments