Мы должны быть отважными, не теряя при этом здравого смысла
Лех Валенса, польский политический деятель, активист и защитник прав человека

«Колумбы Южной Бессарабии»

Попытка идентификации родной глубинки
8 мая, 2020 - 17:56
Одно из шести отделений художественной школы Арциза

В эпоху повсеместной урбанизации невольно задумываешься о смысле существования небольших районных центров Украины, даже с учетом современного тренда децентрализации (объединение громад). Особенно интересны ее области с неоднородной историей, где даже топонимы выдают все непростые процессы, которые происходили в этих регионах. Ведь когда-то они отражали особенности быта, верования или военные события, происходившие на этой территории. Яркие тому примеры Чортков на Тернопольщине, Халепье в Киевской области или Кобеляки в Полтавской области. Для одесситов такой областью является Южная Бессарабия, хотя точнее будет назвать ее Буджак (тур. Вucak – «угол»).

Если ты родился и вырос в Одессе, все что находится к югу от Белгород-Днестровска (посещение которого, как правило, включено в школьную программу) будет просто белым пятном на карте. Заметив это в 20 лет, уже в 30 жить с этим становится довольно таки неспокойно. Подобные географические терзания людей хорошо известны и наиболее ярко были выражены в эпоху «великих географических открытий». Но эпоха прошла, а терзания остаются. К тому же если локальный патриотизм повсеместно распространён, верхотура которого выражается от названий сыров (Камамбер) до карнавалов (Венецианский карнавал), то чем гордится или может гордится наш Буджак не сильно понятно.

Поэтому мы – коренные одесситы Коля и Женя – решили войти в роль «Колумбов Южной Бессарабии» и отправиться в экспедицию по этому аутентичному региону междуречья Прута и Днестра. Для понимания идентичности нашего региона, которую не сильно-то и видно из Одессы, мы даже купили ретромобиль (Daihatsu Charmant) для предстоящего путешествия. А в качестве триггера социально-культурной жизни региона, мы выбрали изобразительное и декоративно-прикладное искусство, которое, на наш взгляд, идеально отображает культуру и быт жителей Южной Бессарабии.

Вот что пишет Норман Девис в заметке «Черновцы» (книга «История Европы») про исторический бэкграунд Бессарабии в XX веке: «В 1940-м году рабоче-крестьянская красная армия часть местных жителей расстреляла или репатриировала, преимущественно в Румынию, а правительство организовало процесс миграции этнических русских в этот регион». С этого момента артефакты культуры и традиции автохтонных «бессарабцев», возможно, обрели новые смыслы и продолжают влиять на сознание современных жителей этого региона? С этим вопросом мы пересекаем Днестр и прибываем к первому острову культуры Буджака – в город Арциз.

 

Часть 1. Арциз. 150 км от Одессы

«Мы же живем в ХХI веке, сегодня необязательно иметь мастерскую в Париже, чтобы быть художником. Если ты не дурак, то интернет сделает тебя и сытым, и знаменитым», – этими словами завершилась наше интервью с местным художником Владимиром Николаевичем Афанасьевым. Культовая для Буджака личность – подлинный абориген своего края. Всю свою жизнь Афанасьев посвятил Арцизу, но не как географическому пространству, а как общине. Именно здесь его талант нашел не только почитателей, но и единомышленников. Организованная им в 1977 году Арцизская детская художественная школа быстро переросла статус рядового учебного заведения и обрела широкую известность в регионе. Владимиру Афанасьеву удалось сделать изобразительное искусство не только доступным, но и популярным.

За более чем сорок лет своей работы Арцизская детская художественная школа смогла стать не только творческим домом для местных художников, но и центром организации культурного досуга жителей области (Фото 1, 2). Сам Афанасьев резюмирует свою миссию просветителя так: «Мы приучаем наших зрителей к культуре. Сначала их было мало, но теперь приходит много. И все – интеллигенция».

Фото 1. В пятнадцатитысячном Арцизе художественную школу посещает 128 учеников – это почти 10% от общего числа детей города! На фото одно из шести отделений художественной школы Арциза

Фото 2. В некоторых отделениях школы учебное пространство соседствует с мастерскими уже состоявшихся художников

Если говорить о творчестве самого Владимира Афанасьева, то в поисках средств художественного выражения он не ограничивает себя маслом и холстом (см Фото 3).

Фото 3. Гармоничность верстака и холста. В мастерской/гараже у Владимира Афанасьева. Количество написанных им картин внушает

Огромным достижением не только с точки зрения эстетического восприятия, но и исторического, краеведческого знания, является совокупность текста и графики в книгах художника (см Фото 4). На страницах этих книг-картин текст представлен в виде коротких рассказов и песен, а графика решает задачу оформления художественного образа, задуманного автором (Фото 5,6).

Это своего рода современный лубок (графическое изображение с подписью, отличающееся простотой и доступностью образов), где архетипические сюжеты разворачиваются в жизни современного человека. Ведь события, служащие поводом для творчества, актуальны и сегодня: от свадьбы до похорон, от сбора винограда до охоты и выпаса скота. Более того, побывав в этих местах мы стали очевидцами и в некоторых случаях участниками уже написанных картин (Фото 6).

Фото 4. Переосмысление социальной действительности посредством этнографических зарисовок занимает значительную часть творчества Афанасьева В.Н.

Фото 5  a) Охота на зайца            б) Работа в поле   

Фото 6. Выпас скота

(Мы как участники картины)

Человеческая природа и социальная действительность служат артистам Буджака материалом для создания художественных образов, а их деятельное участие в жизни общества формирует эстетическую парадигму последнего. Этот «Уроборос» принимает форму вечного праздника (Фото 5-7). Что также подкрепляется творческим кредо местных художников, невзначай сказанным при осмотре их работ: «в ничего видеть всё».

Женский вокальный ансамбль «Берегиня» (г. Арциз)

Обманка (старинная свадебная песня).     Участницы “Берегини” вместе с Афанасьевым

Не смотря на абсолютную естественность и непринужденность наблюдаемого нами в Арцизе синкретического единства общины, администрации и художников, нам все же показалось, что этому феномену чуточку не хватает академического лоска. В конце концов, именно Одесса должна решать эту проблему, но она вечно занята самолюбованием и неохотно смотрит в сторону прилегающих территорий. Поэтому мы отправляемся в самый  крупный город этого региона – в Измаил.

Часть 2. Измаил. 240 км от Одессы

Измаил – самый южный город Украины. Город с богатой историей (от образования Измаильской крепости во времена Османской империи до посещения этих территорий римскими легионами) и традициями.

Сегодня, обособленная от областной Одесской дирекции, именно Измаильская городская организация национального союза художников Украины (ИГО НСХУ) сумела объединить под своим началом профессиональное сообщество юга Одесской области. А Измаильский государственный гуманитарный университет систематизирует историческое и культурное наследие Южной Бессарабии. Значительная часть научных публикаций, посвященных анализу творчества современных художников Южной Бессарабии принадлежат перу местного художника: председателю Измаильской городской организации Национального союза художников Украины Александра Дмитриевича Кара.

Но, в первую очередь, Александр Кара – это бессарабский мастер живописи. Если Владимир Афанасьев в своих работах предлагает нам насладиться сценами из жизни светского общества, то для Кара источником вдохновения служит природа и личный опыт самопознания, фундаментом которого является семья, ее национальные и религиозные традиции (Фото 8, 9, 10). Как результат – утраченное, но материализованное в объектах искусства прошлое продолжает оставаться осязаемым и сегодня.

Фото 8. После интервью Александр Кара любезно принял нас в Доме художника, где расположена его мастерская. Во время экскурсии по его мастерской, мы узнали, что чудаковатая на первый взгляд рама полотна “Нити из прошлого” является не капризом автора, а частью настоящего ткацкого станка. Только после этого мы смогли оценить подлинную глубину замысла художника. Добило нас то, что пчелиный воск, используемый в энкаустике (технике живописи, выбранной Кара для создания этой работы) добыт практически там же, где когда-то располагался пресловутый ткацкий станок, превращенный художником в объект искусства

Фото 9. Триптих А.Кара  «Троянка». Древнее кладбище в селе Каменское

“Староказачьи” могильные камни, изображенные на левой створке триптиха Александра Кара “Троянка”, можно встретить по всей Бессарабии. Природа и исторический ландшафт часто выступают мотивами для творчества художников Бессарабии.

Фото 10. Картина А. Кара “Воспоминания о детстве”

Иногда художественные образы продолжают жить только в памяти автора, как этот демонтированный в середине ХХ века из идеологических соображений крест.

Нужно отметить, что важную роль в процессе популяризации местного искусства играет взаимодополняющее сотрудничество профессионального сообщества художников Южной Бессарабии и Измаильского историко-краеведческого музея Придунавья (Фото 11).

Фото 11. Юные посетители выставки работ членов ИГО НСХУ в Измаильском историко-краеведческом музее Придунавья

На протяжении нашего путешествия мы часто испытывали чувство удивления и недоумения от чрезвычайно самобытной истории и культуры бессарабского края. Однако, именно в музее Придунавья мы смогли окончательно осознать историческую разность Бессарабии и Одессы. Лучшей иллюстрацией для описания пропасти идентичности, разделяющий север и юг области, служит отношение к Первой мировой войне. Наличие тут сохранившихся памятников, а также некоторых артефактов тех времен (Фото 12), которых не увидишь на севере области, выдают тот факт, что этот регион имел несколько иную историю XX века, чем остальная «континентальная» область.

Резюмировать наши ощущения от увиденного и услышанного хочется словами  автора нескольких книг, посвященных анализу творчества современных художников Южной Бессарабии, Татьяны Шевчук: “Где не копни – везде золото”. Эти слова очень точно подчеркивает историческую исключительность нашей «Эспаньолы», и отношение местных жителей к своему краю. Правда для понимания данного золота надо непосредственно находиться в нем.

Фото 12. Фото “на фоне ковра” есть у многих, но на фоне ковра (начало XX века) с изображением воинов Антанты только у нас. На фоне ковра главный хранитель фондов музея Сюпюр Галина Павловна и корреспондент Пелевин Евгений

И все же, после такого очарования нашими южными землями, слишком велик соблазн понять, а что же происходит на диаметрально противоположной стороне нашей области, и поэтому мы отправились на 400 км на север от Измаила, а именно в город Балту.

Часть 3. Балта. 220 км от Одессы

Балта (balta тур. Топор) – крайний северный форпост Османской империи, и, если верить единственному деятельному местному художнику Сергею Шендеровскому, единственный северный культурный форпост нынешней Одесской области. При том что, по словам этого самобытного художника, живопись в Балте не развита вообще – «Местного общения нет, все что делается, то благодаря моей спонсорской помощи, поэтому о самобытности в живописи говорить не приходится. Сам же я больше тяготею к сюрреализму и фантастическим мотивам.»

Как говорит художник: «Лучше быть первым на деревне, чем вторым в Риме», – и у Сергея это хорошо получается. Он идейный вдохновитель и организатор ежегодного Балтского пленэра (с 2013 года), занимался разработкой туристического герба и флага города. Тематика пленэров каждый год разная, от работ над первым муралом в городе до сюрреалистических, фантастических и даже сказочных (!) пленэров. В этом году пленэр будет посвящен архитектуре Балты.

И все же мы задавались вопросом, ну почему Балта? Кто и где тут закопал собаку?  Ответ мы нашли, взглянув на административную карту области (мы же все таки в роли Колумбов). Город слишком изолирован: 50 км от Киевской трассы, и 30 км от главной железнодорожной ветки Одесса-Киев. Добавим сюда нетривиальную историю города и мы получим «вещь в себе», город спасенный от цивилизации, как говорит Сергей, со своими плюсами и минусами, но точно с ярко выраженным колоритом местного населения и выразительной еще сохранившейся архитектурой. Поэтому единственный способ понять, выкристаллизовать аутентичность и настроение города – это самому приехать сюда, а еще лучше принять участие в ежегодном пленэре Балты.

Местной живописи как таковой не было, здесь нет ни одного профессионального художника, или же они не живут уже в Балте (например, один из активных современных художников О. Димов родом из Балты). И все же, есть одна осязаемая особенность картин написанных в Балте, почти наверняка там будет нарисована или обыграна отдельно стоящая пожарная каланча, которая является одной из главных достопримечательностей города (см фото 13).

Фото 13. Несколько картин Сергея Шендеровского. Как видим при запечатлении жизни местных жителей, без каланчи мало что обходиться

Подытожил рассказ о своем городе Сергей Шендеровский следующими словами: «В гомеопатических пропорциях в Балте есть все: музыканты, танцоры и даже своя рок-группа». Это прекрасный пример когда количество еще не переходит в качество но при этом очень хочется, а главное, можется.

Наш отчет о путешествии не претендует на какую-то научную значимость, благо, это излюбленное место профессиональных антропологов и действительно золота там еще много. Мы скорее хотели показать разность одной административной единицы и то, как легко считывается культура и быт человека через, в нашем случае, изобразительное искусство, хотя лакмусом может служить и любой другой вид искусства.

Эпилог

Описанный опыт путешествия в междуречье Дуная и Днестра навсегда вычеркнул нас из когорты эстетических космополитов. Для того чтобы получать подлинное наслаждение от произведений искусства мирового культурного наследия необходимо уметь разгадывать их семантический код. От Карла Смелого, Габсбургов, Герцога Альбы и Нидерландской революции к «Ночному дозору» Рембрандта до статьи в Vogue к «Однажды в Голливуде», без которой вообще не понять, о чем фильм. Приличное образование и эрудиция – обязательное условие увлечения искусством, но с этим в ХХI веке проблем нет.

Удивительно, но мы дожили до времен, когда купить билет на самолет и слетать в Турцию или Египет проще, чем осуществить путешествие за 300 км от дома. А раздобыть информацию о художниках и ремесленниках родного края найти сложнее, чем заполучить хрестоматию по античной литературе на латинском языке. Однако чем гуще наложен культурный код на холст, тем сочнее впечатления, и потреблять современное народное творчество в аутентичном контексте – это намного круче, чем становиться жертвой изящного искусства по туристической путевке.

В экран монитора мы смотрим чаще, чем на дорогу. Электронная география нам ближе физической. Одесса, Арциз, Измаил, а тем более Балта, не находятся в одном государстве в социально-культурном контексте. Лувр и Бельведер для жителей Одессы сегодня стали гораздо «ближе», чем художественная галерея в Арцизе и музей Придунавья в Измаиле. Потому что электронная география нам стала привычнее физической. Однако не стоит забывать, что на художественном осмыслении нашего повседневного быта строится культурная парадигма общества. И если для значительной части жителей Одессы она принимает форму рубрики lifestyle в глянцевых журналах, то южнее 45 параллели она все еще стоит у «ткацкого станка».

Мы смогли взять интервью только у старшего поколения художников, но найти и поговорить с представителями молодых активных художников нам не удалось. Главная причина этого - все молодое поколение подрастая сразу уезжает на учебу в Одессу, которая служит де-факто культурным центром нашего края. И если про Одессу говорят как о глубокой провинции, по отношению к мировым арт-процессам, то что говорить об исследуемой глубинке? Мы увидели первый, базовый культурный слой на сырой земле быта, и действительно, главная задача человека который хочет творить в данных условиях: в ничего видеть все.

Обратный путь из Измаила в Одессу прошел в полной тишине. Находясь в состоянии полной безмятежности, насыщенные впечатлениями, мы напросились на ночевку в Белгород-Днестровск. Утром город вернул нас к привычно суровой реальности. Не досчитавшись термоса, свитера, шапки и трусов, оставленных в салоне автомобиля на ночь, мы поняли: Одесса уже рядом.

Участники экспедиции: Бритавский Н.Э., Пелевин Е.Ю., Daihatsu Charmant 1987 г. и Тамара Б., которая мысленно была с нами. (30 окт - 1 ноя 2019).

Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ