Я знал, что я на правильном пути и борьба за независимость - закономерная и обязательно закончится победой
Левко Лукьяненко, диссидент и политик, Герой Украины

Как украинцы написали историю для россиян

В Украине было немало людей, которые ради материальных или корпоративных интересов готовы были служить иностранным хозяевам, часто игнорируя общенародные интересы
30 июня, 2020 - 15:35

Есть и сейчас в Украине политики, которые, имея определенную поддержку из Москвы, в т. ч. и материальную, готовы сдавать интересы нашего государства перед Россией. К сожалению, такая традиция имеет долгую историю.

Например, показательна в этом плане фигура Иннокентия Гизеля - одного из влиятельных церковных деятелей Украины середины XVII в. О его молодости мы практически не имеем никакой определенной информации. Хотя в разных справочных изданиях можем найти мнение, что вроде бы он родился в Кенигсберге в протестантской семье, получил образование на Западе, а потом стал православным и перебрался в Киев. На самом деле такие утверждения не имеют оснований, а базируются на произвольных догадках.

Более вероятным является происхождение Гизеля с Волыни. По крайней мере в этом крае могли пройти его молодые годы. Именно здесь он начал делать свою преподавательскую карьеру. Первое достоверное свидетельство об этом деятеле относится к 1640 г. В то время он исполнял обязанности одного из секретарей Киевского православного собора, состоявшегося в этом году. Его именовали «ректором гойским», то есть он возглавлял православную школу в волынском городе Гоще.

То, что Гизель в 1640 возглавлял Гощанскую школу и был секретарем на Киевском соборе 1640 г., свидетельствует о его надлежащем уровне образования. Где он его получил, это вопрос. Однако Гизель хорошо владел латинским языком, неплохо ориентировался в тогдашней западной философии, следовательно, должен был получить образование где-то на Западе.

В 1642 г. Гизель оказался в Киеве. Вероятно, он начал преподавать в Киевском коллегиуме. В 1645/6 и 1646/7 учебном году там читал философию. Сохранился конспект его курса, который освещал вопросы диалектики, логики, физики и метафизики. Гизеля, вероятно, тогда приобщили к среде книжников в окружении митрополита Петра Могилы.

Уже во времена Петра Могилы стала складываться традиция, что талантливые преподаватели Киевского коллегиума получали «хлеба духовные», в частности становились настоятелями монастырей. Находясь на таких положениях, они имели надлежащее материальное обеспечение. В 1645-1646 гг. Гизель был игуменом Дятловичского Спасо-Преображенского монастыря на территории Беларуси. Это не означало, что он постоянно находился в этом монастыре. Скорее, Гизель работал в Киевском коллегиуме, получая доходы от этой обители. С 1646 по 1650 гг. он уже игумен Киево-Братского монастыря. Должность игумена указанной обители совмещалась с должностью ректора Киевского коллегиума.

Последние годы ректорства Гизеля в этом учебном заведении пришлись на непростые времена. В 1648 г. умер митрополит Петр Могила, который занимался Киевским коллегиумом. В этом году началось казацкое восстание под предводительством Богдана Хмельницкого против польской власти.

Военные действия, которые велись в то время на украинских землях, привели к значительным разрушениям. В непростом положении оказалась Киевская коллегия, потерявшая значительную часть доходов, идущих на ее содержание. Ректору этой школы надо было искать покровителя и финансового спонсора.

Реально поддержать православную Киевскую митрополию, ее школы мог московский царь - один из немногих тогдашних православных монархов. Он владел как милитарной силой, так и немалыми финансовыми ресурсами. Поэтому не удивительно, что Гизель обратился к нему, прося помощи. 8 июня 1649 г. он отправил письмо царю Алексею Михайловичу с просьбой финансово поддержать Киевскую школу (коллегиум). Гизель писал, что после смерти Петра Могилы подаяния на школу заметно уменьшились. Сейчас же она выживает за счет частных лиц. Однако некоторые из них погибли во время войны, некоторые обеднели. Поэтому школа осталась почти без денежной помощи. К тому же Гизель сообщал царю, что он отправил в Москву учителей «в услужение». Среди этих учителей были монахи Киево-Братского монастыря, игуменом которого, как уже отмечалось, в то время был Гизель, Епифаний Славинецкий и Арсений Сатановский. Это был как бы своеобразный «бартер». Мол, мы даем вам, московитам, своих учителей, за это вы давайте нам деньги на школы.

Отсюда своеобразное москвофильство Гизеля. Не зря он демонстрировал дальнейшую лояльность к царю Алексею Михайловичу. Конечно, ситуация не была такой уж однозначной. Если говорить о Гизеле и других представителях украинского «просвещенного москвофильства», то их в Москву толкали обстоятельства. Им надо было выживать. Выживать православной Киевской митрополии, их образовательным и культурным учреждениям. А помочь в этом выживании мог московский царь.

Однако это москвофильство совмещалось со своеобразным «церковным патриотизмом». Так, в 1654 г. в качестве уполномоченного киевского митрополита Сильвестра Косова Гизель вел переговоры с российской делегацией по сохранению прав и привилегий Киевской митрополии, ее архиерейских домов, монастырей и церквей, которые были предоставлены еще русскими и литовскими князьями и польскими королями. Гизель встал на защиту тогдашнего киевского митрополита Сильвестра Косова, предлагая московскому царю помощь духовенства в деле объединения всей Украины под его властью. Особенно он отстаивал каноническое право пожизненного пребывания на духовных должностях и выборное право на них, невмешательство в духовные суды митрополии, подчинение православной людности, которая осталась на территории Польши, Киевскому митрополиту и, наконец, самое главное - оставление подчинения православной Киевской митрополии Константинопольскому патриархату. Гизелю удалось добиться подтверждения всех указанных прав, невмешательства в церковные дела московской светской власти и временного оставления статуса православной Киевской митрополии как подчиненной патриарху Константинополя. В то же время Гизель не забывал о своих интересах, прося московского царя о финансовой помощи Киево-Никольскому монастырю, которым он в то время руководил.

К тому времени Гизель делал церковную карьеру. В 1650-1652 гг. он был игуменом Киевского Кирилловского монастыря, в 1652-1656 гг. - игуменом и проповедником Киево-Никольского монастыря. В конце концов в 1656 г. стал архимандритом Киево-Печерской лавры, заняв высокое и влиятельное положение в православной Киевской митрополии. На этом посту Гизель оставался до своей кончины, имея значительное влияние на церковную и общественную жизнь Украины времен Руины.

В целом Гизель сумел наладить хорошие отношения с московским царем Алексеем Михайловичем. В 50-х - начале 70-х годов. XVII в. он выполнял роль дипломатического посредника между Москвой и представителями духовной и светской власти на территории Украины.

Гизель, осуществляя дипломатические миссии, прежде всего заботился об интересах Киевской митрополии и, в частности, Киево-Печерской лавры. Предметом его заботы было то, чтобы Киев со своими православными монастырями оставался под властью московского царя. Особенно его беспокоила экспансия на украинские земли поляков и турок. Поэтому он вел переговоры с гетманом Правобережной Украины Петром Дорошенко, который имел протурецкую ориентацию. Гизель играл заметную роль в политической жизни Украины до конца 1674 г. Однако именно в этот год гетман Левобережной Украины Иван Самойлович решительно прервал отношения Гизеля с московскими властями. Этот гетман был против того, чтобы усиливалась власть церковных иерархов. Он сам стремился сосредоточить в своих руках максимальную власть.

Несмотря на то, что Гизеля во времена гетманства Самойловича отстранили от политических процессов, он все же не терял надежды «остаться на плаву». Это, в частности, побудило его к созданию такого произведения, как «Синопсис», фактически заложившего схему российской истории, которой россияне (и не только они!) пользуются поныне. Некоторые идеологемы этого произведения, например, идеологема славяно-российского единства, сейчас активно используются российской пропагандой. «Синопсис» был написан в лояльном к московским правителям духе и представлял их как преемников князей Древней Руси, а Москву – продолжательницей Киева. Такое не могло не понравиться царю и его окружению.

«Синопсис», несмотря на то, что был произведением исторического характера, содержал немало актуальных политических моментов. В произведении уделяется немало внимания Киево-Печерской лавре, которая выступает как главная православная святыня Восточной Европы. Тем самым, превознося ее, «Синопсис» пытался защитить этот монастырь. Можно проследить в произведении своеобразный «киевский патриотизм», который преимущественно состоял в призыве оставить Киев с его святынями под властью московского царя как православного монарха.

Есть в произведении немало антимусульманских, антитатарских и антитурецких моментов, что вполне закономерно. Специально акцентируется внимание на борьбе русских или россиян, под которыми понимались и украинцы, и московиты, против «неверных».

Например, в «Синопсисе» обращено внимание на разрушение Киева Батыем. Это событие трактуется как трагедия. Не без влияния «Синопсиса» в российской историографии образовался концепт «монголо-татарского ига». Специально в произведении говорится о борьбе московитов против монголо-татарского нашествия. Обращается внимание на князя Дмитрия Донского. По большому счету, роль этого деятеля преувеличивается. Но позже в российской историографии утверждается мнение, что именно со времен выигранной Дмитрием Донским битвы на Куликовом поле в 1380 г. произошло освобождение Руси от монголо-татарского ига. В действительности зависимость Московии от татар оставалась еще долгое время.

В изданиях «Синопсиса» встречается информация о походах турок на Чигирин в 1677 и 1678 годах. Здесь речь шла о победах московского войска над «неверными», прославление московитов как защитников Малой России (Украины). При этом игнорировались украинские казацкие войска, игравшие важную роль в этих событиях. И вообще тема казачества в «Синопсисе» игнорируется. Например, в произведении не говорится о войне под руководством Богдана Хмельницкого, хотя благодаря этому событию состоялось воссоединение Левобережной Украины и Киева с Московией.

Антитатарский дискурс, присутствующий в «Синопсисе», имел политический подтекст. Гизель и его сподвижники, как и другие православные интеллектуалы того времени, были против того, чтобы утвердилась татарская и турецкий протекция над украинскими землями. Не хотели они договоренностей между царем московским, с одной стороны, и турецкими и крымско-татарскими правителями, с другой. Отсюда их неприязнь к татарам, попытки поднять значимость московских правителей, представить их как царей, боровшихся с «неверными» татарами. На самом деле Московское царство выросло и сформировалось под протекторатом татарской Золотой Орды. Однако об этих вещах в «Синопсисе» не говорится. Напротив, Московия представляется как «антитатарское» государство, как православное царство, противостоящее «неверным». В конце концов именно она выступает как продолжатель политических традиций Киевской Руси.

Так, в произведении немало внимания уделено личности Владимира Мономаха. «Синопсис» представляет упомянутого князя первым киевским царем, который получил регалии от византийского императора Алексея Комнина. Затем царская власть переходит в Галич, позже - в Москву. Правда, российская историография со временем «забыла» о царственном Галиче, сразу перенеся царственную столицу из Киева в Москву. При этом легенда о «шапке Мономаха», которая перешла к московским царям, стала важным элементом российской исторической мифологии. Хотя «шапка», которую носили московские цари, на самом деле была ханской тюбетейкой. Попала эта коронационная реликвия в Московию из Золотой Орды.

В «Синопсисе» есть тенденциозное возвеличивание Москвы, говорится о ее давнем, библейском происхождении. Мол, она ведет свое начало от Мосоха - внука Ноя, который якобы был прародителем «славенороссийским». «И так от Мосоха, - читаем в «Синопсисе», - прародителя славенороссийского, по наследству его не только москва, народ великий, но и вся русь, или россия, вышеупомянутая происходит». При этом Гизель если не отождествляет этнонимы славяне, Русь (Россия) и Москва, то по крайней мере дает понять, что московиты являются частью «славенороссийского» народа, к тому же частью едва ли не лучшей. Именно в Москву была перенесена столица Руси, читаем в «Синопсисе», «богоспасаемый град Москва прославилась и прародительное в нем имя Мосоха в народе российском обновилось».

Эти и другие моменты «Синопсиса» свидетельствуют об откровенной промосковской ориентации произведения. Такое москвофильство было закономерным. И вытекало из ориентации Гизеля на Москву, из попытки получить покровительство со стороны московского царя.

Поскольку схема истории Восточной Европы, представленная в «Синопсисе», отвечала политическим предпочтениям московских правителей, это произведение стало историческим бестселлером в царской России. Первое издание «Синопсиса» по благословению Гизеля увидело свет в 1674 г. в типографии Киево-Печерской лавры. Вероятно, Гизель не был единоличным автором этого произведения. Над ним, скорее всего, работал коллектив авторов. Сам же Гизель осуществлял его общую редакцию. По крайней мере, дав благословение, этот деятель соглашался с концепцией указанного произведения.

Еще при жизни Гизеля "Синопсис" выдержал несколько переизданий с дополнениями - в 1678 г. и 1680-1681 гг. В царской России это произведение почти в течение ста лет выполняло роль учебника истории. До 1836 г. здесь его переиздавали 17 раз. «Синопсис» перевели на латинский, греческий и румынский языки.

Как видим, желание Гизеля служить московскому царю вылилось в создание работы, которая подала схему российской истории, ставшую классической. И сделали это украинцы. Потому что московские грамотеи в конце XVII в. на это были неспособны.

Новини партнерів


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ