Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

Рождественский обед с Чарльзом Диккенсом и Николаем Гоголем

Готовя и выбирая подарки, вспомните о книгах
17 декабря, 2020 - 19:32
ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «День»

Возможности человеческого воображения — безграничны, поэтому ничто не мешает нам закрыть глаза и увидеть рядом, за одним праздничным столом, двух выдающихся писателей — Чарльза Диккенса и Николая Гоголя.  К тому же жили и творили они почти в одно время, на территории двух великих империй — Британской, которая существует до сих пор, и Российской, которая никак не перестанет верить в свое существование.

Зачем нам представлять их вдвоем, за одним рождественским столом, спросите вы? А ответ, как это всегда бывает с писателями — кроется в их текстах.  И Чарльз Диккенс, и Николай Гоголь сумели так подметить национальные особенности празднования Рождества, а затем рассказать о них в книгах, что сегодня каждый англичанин сразу вспоминает диккенсовскую «Рождественскую песню в прозе», а украинец — гоголевскую «Ночь перед Рождеством», как только дни идут к празднику.

Чарльз Диккенс рос в большой бедности и не забыл о ней в литературе — голод и еда присутствуют почти во всех его произведениях.  А герои, как и сам автор, знают, как приятно придает сил и настроения вкусное горячее блюдо, а щедрый Рождественский обед — и подавно делает человека счастливым.  Британцы до сих пор считают, что именно Диккенс научил их правильно праздновать Рождество, посадив семью Кречетов из уже упомянутого рассказа за вкусный стол.  Центральное место на нем занимал гусь, фаршированный хлебом, шалфеем и луком, картофельное пюре, апельсиновый соус, жареные каштаны и сливовый пудинг.  Уже после нескольких изданий истории пудинг стали называть рождественским, а все меню превратилось в «золотой стандарт» рождественского обеда англичан.

ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «День»

Диккенс, как и его жена, был гурманом, поэтому неоднократно они вдохновляли страну на кулинарные эксперименты.  Чего стоит рецепт бараньей ноги, фаршированной устрицами?  Или рецепт рождественского пунша, который писатель отослал товарищу в письме, а мы можем легко воспроизвести его и сегодня, смешав 3/4 стакана сахара с 3 лимонами, 2 стаканами рома и 1,5 стаканами коньяка, а также пятью стаканами хорошего черного чая, а  затем подогрев все в эмалированной посуде.  Напиток точно согреет и взбодрит хорошую компанию друзей после прогулки по зимнему городу. Однако, как вы уже догадались, главными у Диккенса остаются нематериальные ингредиенты большого Рождественского обеда: тепло родного дома, искренняя любовь к ближнему и милые мелочи, из которых проступает уникальный, национальный портрет англичан.

Сложный и противоречивый Николай Гоголь, кажется, и сам владел магией, о которой писал. А как еще объяснить подмеченное Александром Герценом «двоедушие» автора: саркастичный и желчный — в текстах о российских помещиках, нежный и любящий — в сказаниях об украинском прошлом. Переписываясь с матерью, Гоголь постоянно настойчиво просит ее отправлять больше этнографического материала: песен, обычаев, легенд и даже настоящих артефактов — давней одежды, украшений или отделки.  И какой бы литературе он ни принадлежал (да и может ли действительно великая литература кому-то принадлежать), голос его рассказывал украинскую историю, полную магии и красоты.

«Последний день перед Рождеством прошел.  Зимняя, ясная ночь наступила.  Глянули звезды.  Месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру, чтобы всем было весело колядовать и славить Христа. Морозило сильнее, как утром: но зато так было тихо, что скрип мороза под сапогом был слышен за полверсты.  Еще ни одна гурьба парней не появлялась под окнами хат; только месяц заглядывал в них украдкой, словно вызывая девчат, которые наряжались и прихорашивались, скорей выбегать на скрипучий снег. И вот из трубы одной хаты клубами повалил дым и пошел облаком по небу, и вместе с дымом вылетела ведьма верхом на метле».

Все мы знаем эту историю, а ее герои кажутся давней далекой семьей — кому Вакула или Оксана, а кому и ведьма или черт. Да и если бы не Гоголь, неизвестно, удалось бы собрать в текст сказочную атмосферу заснеженного украинского села в магическую ночь перед Рождеством. Между ярких нарядов и характеров, забавных приключений и драматической любви есть в рассказе место и для традиционных украинских вкусностей: колбас и галушек, борща и вареников в размалеванных кузнецом мисках, кутьи и пирогов, и даже водки, настоянной на шафране.  А сцена, где «Пацюк, раскрыв рот, посмотрел на вареники и еще сильнее раскрыл рот. В это время вареник выплеснул из миски, шлепнулся в сметану, перевернулся на другую сторону, подскочил вверх и как раз попал ему в рот. Пацюк съел и снова раскрыл рот, и вареник таким же порядком отправился снова», — вообще стала классикой как украинского кинематографа, так и поп-культуры.

Вареники действительно одно из любимых блюд вокруг рождественского периода — начиненные капустой, картофелем, грибами, гречкой, фасолью — смакуют в пост, а вот заправленные шкварками и сметаной — уже для разговения.  На Старый Новый год последовательницы Солохи даже гадают на них: разные необычные начинки предсказывают разную судьбу, например, вареник с чесноком — к счастливому и обеспеченному браку.

Говорят, снимая уже упомянутую экранизацию 1961 года, режиссер Александр Роу запретил русскоязычным актерам массовки петь украинские колядки — вместо этого привез записи украинского хора, которые и звучали на фоне.  Ведь действительно вся история гоголевской «Ночи перед Рождеством» рассказана украинским сердцем противоречивого классика, пусть и записал он ее на русском.

Готовя рождественский обед и выбирая подарки, вспомните о книгах.  Золотой фонд национальной литературы — это не только список, обязательный для прочтения в школе.  Напротив, во взрослой жизни мы совсем иначе чувствуем сказанное классиками века назад.  И чем богаче будет наше наследие — тем сильнее будем мы.  Поэтому не сомневайтесь, книги — отличный подарок всегда, а на Рождество — особенно.  Ничто не мешает Диккенсу и Гоголю встретиться за одним столом, скажем, например, вашим — за чтениями, а потом пусть будет пунш, вареники и гусь в апельсиновом соусе.  Я вот прямо сейчас иду на кухню делать этот пунш!

Анна ДАНИЛЬЧУК
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ