Свобода не может быть частичной.
Нельсон Мандела, южноафриканский государственный и политический деятель

Бадри ПАТАРКАЦИШВИЛИ: Нынешняя власть ведет Грузию к оврагу

28 ноября, 1996 - 19:01
ФОТО РЕЙТЕР

Олигарх, бизнесмен, спонсор, меценат — как только не называют Бадри Патаркацишвили. Теперь он еще стал кандидатом в президенты Грузии, что не помешало генпрокуратуре возбудить против Патаркацишвили уголовное дело по обвинению в госперевороте. Сейчас Бадри Шалвович находится за границей, отрицает все обвинения в свой адрес и обещает скоро вернуться на родину.

— Бадри Шалвович, события вокруг вас развиваются стремительно. В начале акции оппозиции ничто не предвещало такого исхода.

— Предъявленные мне обвинения абсолютно беспочвенны. За время митингов никто не призывал к свержению власти. Даже намека не было. Во время акции протеста я находился в Лондоне и специально прилетел в Тбилиси. Выступил на митинге перед народом и призвал его к законности. Хотя такой необходимости не было. Люди вели себя очень достойно.

— Тем не менее митинг разогнали...

— Разогнали. Так поступает власть, которая боится своего народа. Здравого смысла в этой спецоперации не было. Через несколько дней после разгона государственные телеканалы начали показывать аналогичные акции в разных странах Европы. Но извините, что это за сравнение? Вспомните, что творилось во Франции. Люди крушили на своем пути все: громили магазины, сжигали автомобили. В Тбилиси не было ничего подобного. Представляете, собрались 100 тыс. человек и при этом не пострадал ни один куст.

— Вам не кажется, что к этому шагу власти подтолкнуло ваше решение о финансировании оппозиции? Кстати, то же самое случилось в России. Как только Ходорковский решил финансировать демократические движение, он потерял все, включая свободу.

— Если мы живем в демократической стране, то должны понимать: всегда найдется бизнесмен, который захочет оказать материальную поддержку той или иной политической силе. Причем мы ничего не скрывали. Финансирование было бы совершенно прозрачным. Это нормальная практика.

— Из Грузии сперва изгнали президента Гамсахурдия, потом отправили в отставку президента Шеварднадзе, теперь — жесткое противостояние с Саакашвили. Как вы думаете, может ли появиться в стране власть, которой грузины будут довольны?

— Безусловно. Здесь проблема не столько в конкретных лицах, сколько в модели управления государством. Грузии больше подходит модель не президентской, а парламентской республики. На этом мнении сходится вся оппозиция.

— Сейчас много разговоров о телеканале «Имеди». Его закрытие тоже связано с вашей персоной?

— «Имеди» был практически единственным телеканалом, который говорил правду. Поэтому его закрыли. На тот момент все полномочия по управлению телеканалом мной были переданы американской компании News Corporation. Она входит в империю медиамагната Руперта Мердока. Если «Имеди» работал на российскую разведку, то г-н Мердок — агент ФСБ и ставленник Кремля. Думаю, комментарии излишни.

— Мысль о выдвижении своей кандидатуры на пост президента возникла после этих событий?

— Да. Вначале я об этом вообще не помышлял. Но дальше так продолжаться не может. Нынешняя власть ведет Грузию к оврагу.

— Власти Грузии утверждают, что на выборах некоторые конкуренты снимут кандидатуры в последний момент в вашу пользу

— Это вранье. Хотя не исключено, что мы будем координировать свои действия. Ведь цель у оппозиции одна: избавить Грузию от Саакашвили и упразднить институт президентского правления.

— Бадри Шалвович, а зачем вам это нужно? Вы один из богатейших людей постсоветского пространства. Нельзя просто наслаждаться богатством, яхтами, вертолетами, отдыхать, встречаться с друзьями? Разве это скучно?

— Скучно, очень скучно. Сколько бы денег у человека ни было, одновременно 10 костюмов не оденешь и на 10 вертолетах не полетишь. Я не из тех, кто наживает богатство и на этом жизнь заканчивается. По своей натуре я очень активный человек. Более того, я не люблю вкладывать деньги в надежде на то, что результат появится через четыре—пять поколений. Мне необходимо видеть плоды своей деятельности при жизни. Уверен, что я смогу сделать Грузию процветающим, демократическим государством.

— То есть ваш выход на политическую авансцену никак не связан с привычкой олигарха постоянно быть в центре событий и влиять на происходящие процессы?

— Никак. Я патриот. Не люби я свою родину, не стал бы заниматься этими делами. Или, может, кто-то думает, что я начну воровать деньги из бюджета? Это же смешно. У меня есть все, что нужно человеку, чтобы жить припеваючи. Могу купить любой предмет роскоши, который только пожелаю.

— Несколько лет назад генпрокуратура РФ возбудила против вас уголовное дело. Россия регулярно требует от властей Грузии вашей выдачи. Сейчас и в Грузии случилось то же самое. Можно ли провести параллели между этими событиями?

— Ситуации кое в чем схожи. Не зря говорят, что события всегда повторяются. То, в чем меня обвиняет российская прокуратура, не имеет ничего общего с реальностью. Не дружи я с Борисом Березовским, то спокойно мог бы заниматься бизнесом в России и, наверное, заработал бы еще больше.

— Насколько я знаю, вы и сейчас поддерживаете связи с Борисом Абрамовичем. Говорят, что он даже был в Тбилиси на свадьбе вашей дочери.

— Нельзя сказать, что мы просто поддерживаем отношения. Мы с Березовским близкие друзья. А я дружбу не продаю и не меняю ее даже на свободу.

— А из-за чего возник конфликт Березовского с российскими властями? Мне известно, что не последнюю роль сыграли его телекомпании — ОРТ и ТВ6.

— Ситуация проста. Власти поставили Березовскому, мне и всей нашей команде два условия: не заниматься политикой и заниматься любым бизнесом, кроме СМИ. По этим вопросам долго велись переговоры. Со стороны властей в них участвовал друг Путина, нынешний премьер Сергей Иванов. Их целью был полный контроль над всеми телеканалами. Как раз то же самое происходит в Грузии. Режиму Саакашвили нужно только одно мнение — собственное. Но сейчас не застойные времена, когда народ жил во тьме и кроме программы «Время» ничего не видел.

— Получается, что если вы станете президентом, отношения между Грузией и Россией останутся такими же жесткими, как сейчас?

— Скорее всего, да. Во всяком случае, Грузия никогда больше не смирится с ролью младшего брата, которому можно дать подзатыльник и сказать: эй, пацан, сбегай за водой. С другой стороны, я не позволю себе при каждом удобном и неудобном случает тыкать пальцем в сторону России, во всем винить и оскорблять ее. Зачем делать то, что еще больше натягивает и так до предела натянутые отношения?

— Сколько времени вы прожили в России?

— В общей сложности около 20 лет.

— Насколько я знаю, где бы не находился грузин, его всегда мучает ностальгия по родине. Вас иногда не охватывала тоска?

— Бывало, конечно. Скучал и мой отец, который жил со мной в Москве. Он скончался в 90 х. И я специально повезего прах в Грузию, похоронил на земле предков.

— Какой ваш любимый тост? Можете произнести?

— Сейчас вряд ли. Тосты просто так не говорят. Для этого нужно хорошее вино.

— А какое вино вы любите?

— Я люблю хорошие вина. Предпочитаю грузинские. Особенно домашние. Они ни с чем не сравнимы.

Борис ГЕЛЬФАНД, Вашингтон
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments