...Несогласие в собственных рядах есть смертоноснее за враждебные мечи, а внутренние разногласия открывают двери иностранным захватчикам.
Карл Густав Эмиль Маннергейм, государственный и военный деятель Финляндии, президент Финляндии

К иконе Вышгородской Богородицы

Судьба памятника как символ истории Древней Руси-Украины
6 мая, 2014 - 11:51
К иконе Вышгородской Богородицы
ФОТО С САЙТА BUTENKO.RU

30 километров пешком — расстояние от Киева до Вышгорода — паломники Украинской Греко-католической церкви преодолели в первые майские выходные ради духовной очистки. В конечном пункте паломничества верующие приложились к копии иконы Вышгородской Богородицы.

Судьба этого уникального памятника отечественной духовной культуры является символом жестокой, беспощадной истории Древней Руси-Украины. Впрочем, есть бесспорные аналогии и с нашим днем: те, кто мстил — стремился «аннексировать» у украинцев тысячелетнюю историю и лишить нас свободы. Они имеют «достойных» предшественников. Вот и трагическая судьба этой иконы является наглядным примером преступного «святокрадства» (по определению известного украинского искусствоведа, философа и историка Дмитра Степовыка) наших северных соседей, конкретно — князя Андрея Боголюбского. Того, которого Василий Ключевский не без основания считал «первым настоящим русским на княжеском престоле».

Вышгородская (а не «Владимирская», как ее называют в русской традиции) икона Божьей Матери имеет очень интересное происхождение. Строго говоря, создана она была в Византии (тамошнее ее название — икона Нежности), в Константинопольском монастыре Студион, вероятнее всего — вскоре после вступления на престол первого императора династии Комнинов — Алексея Комнина (1081 год). В монастыре Студион располагалась большая, очевидно, самая крупная в Византии мастерская для изготовления икон и разрисовывания рукописных книг, все это делалось под патронатом византийского императора и константинопольского патриарха. Первоначальный, точнее, первоисточниковый фрагмент иконы Нежности — это лицо Христа Дитяти и Богородицы Марии, а все другое — не совсем удачные, дилетантские или преднамеренно фальшивые дорисовки уже ХV и ХVІ веков, когда икона давно уже была похищена русскими. Это важно иметь в виду.

Как икона Нежности попала на Русь, а впоследствии — в княжескую резиденцию в Вышгороде (отсюда — ее украинское название)? Для императора Алексея Комнина важно было наладить деловые и политические отношения с Великим князем Киевским Владимиром Мономахом (1113—1125 гг.), чтобы совместно противостоять многочисленным внешним угрозам. Между Константинопольским и Киевским дворами налаживаются семейные связи. И когда во втором десятилетии ХІІ века (вероятно, в 1115-м или в 1116 году) княжна из рода Мономаховичей вышла замуж за Исаака — младшего сына императора Алексея Комнина, то икона Нежности, как приданое княжны, поехало в Киев.

Вот как пишет Дмитро Степовык о духовном содержании иконы: «Глубинная сила чувства, которая так трогает зрителя, выражена во взглядах обоих (младенца Христа и Матери Божьей. — И.С.). Сын и мать не смотрят друг на друга. На глазах Марии потому и не очерчены зрачки, что ее взгляд обращен в безграничность — в этом взгляде слились вместе молитва, надежда и скорбь. Она любит, зная, что когда-то космическое зло, вселенное в людей, грубо прервет эту любовь. Знает об этом и Сын... Лишь двое лиц, слившихся в нежной любви, а как много вымолвлено в них из святых евангельских истин!»

Считается, что икона, прибыв в Киев, поначалу находилась в митрополичьем соборе святой Софии, а впоследствии (очевидно, в 1136 году), во время княжения Ярополка Владимировича — сына Владимира Мономаха, была перенесена в Вышгород, в загородную резиденцию киевских князей, туда, где была построена их домовая церковь святых Бориса и Глеба. А впоследствии произошла трагедия, оставившая глубокий след в истории Украины. Михаил Грушевский пишет: «Он (Андрей Боголюбский. — И.С.) вырос на Поволжье, и Русь-Украина с ее длинной историей, выработанными формами жизни была для него чужой и несимпатичной. Он тайком от отца, Юрия Долгорукого, убежал из Вышгорода в 1155 году в Суздаль, забрав с собой (похитив! — И.С.) палладиум будущего Московского государства — Вышгородскую икону Божьей матери, привезенную из Византии... Андрей стремится к тому, чтобы уничтожить, понизить Киев, а быть сеньором руських земель в своем Владимире» — вот этот политический мотив варварского поступка Боголюбского выделен М.С. Грушевским очень точно.

А затем был ужасный погром Киева войсками Боголюбского в 1169 году, когда, по словам летописца, «не было милости никому ниоткуда» (икона на то время уже 14 лет находилась в руках князя-вора). А дальше — эта святыня была объявлена русской (!) Владимирской иконой Божьей Матери, источником побед царского государства. Однако святокрадство Боголюбского не скрыть — ни ложью, ни многовековым насилием. Сейчас икона сохраняется в Московском Кремле.

Это безгранично трагическая и, в то же время, действительно поучительная история доказывает одно: оккупанты, как правило, сначала воруют национальные святыни духа той земли, на которую зарятся, потом — стремятся исказить, или даже истребить историческую память. И наконец — с оружием в руках выступают против свободы и государственности народа.

Игорь СЮНДЮКОВ, «День»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ