Если страна, выбирая между войной и позором, выбирает позор, она получает и войну, и позор.
Уинстон Черчилль, британский государственный деятель

АПК должен превратиться в АПИК

Как фермеры могут подтолкнуть ВВП Украины к росту
27 июля, 2020 - 19:54

Слово из трех букв, которое хорошо знают все экономисты и финансисты, сегодня определяет судьбу стран.

До сих пор считалось, если  сумма ВВП небольшая — то страна бедная. Если высокая — богатая. Хотя в действительности главное — не так общая величина ВВП, как его структура. Экономист Виктор Галасюк называет это профессией страны.

Для начала стоит заметить, что при отсутствии государственнического опыта, стабильных и влиятельных  государственных институтов страна должна с максимальной эффективностью пользоваться теми ресурсами, которые достались ей от Природы, а именно:

— выгодное географическое расположение — стык Европы и Азии, выход к морю;

— наличие уникальных (пока еще!) плодородных земель, черноземов;

— наличие большого количества природных ресурсов; их 5% от мировых при  доле населения  0,7%.

А также внимательно отслеживать мировые процессы, чтобы с максимальной для себя эффективностью использовать те шансы, которые нам предоставляет время.

Насколько правительства независимой Украины в течение почти 30 лет использовали эти факторы в интересах государства? Вопрос риторический, потому что никак. До этого времени не можем выйти на основные экономические показатели 1991 года.

Я не очень верю, но политологи любят утверждать об Украине как самой бедной стране Европы.  При случае хочу привести данные Госстата:  в 2019 году в Украину было импортировано 544 000 авто; на протяжении января-февраля 2020 года их импорт вырос почти на 30% (потом карантин), всего за I квартал — 172 200. На последние деньги? Хотя понятно, что нынче машина — это не роскошь, а средство передвижения. Люди живут, строятся, покупают, так было всегда.

Государство должно бы: 1) не мешать им;  2) создавать для них благоприятные условия; одно из них — дать ответ на старый вопрос: какое государство мы строим? куда мы двигаемся? 

Когда человека знает цель, знает, ради чего он тратит свое время, свои усилия, свои способности, эффект от его работы будет более результативным, чем просто от работы ради денег.  Если человек не вкладывает в работу свою душу, свои надежды, она превращается в ремесленника, которому все равно, где работать, на кого работать, что строить.

Структура ВВП, как один из определяющих факторов государственной стратегии, должна была бы дать ответы на эти вопросы. 

До независимости структура ВВП Украины была сформирована как составляющая ВВП СССР. За годы независимости старая структура была, практически, разрушена. Ее остатки или  едва прозябают, или потихоньку умирают — «Антонов»,  объединение им. Фрунзе, им. Патона, ЛАЗ, ЗАЗ, Николаевский судостроительный и тому подобное (печально, но этот перечень можно продолжать).  «Южмашу» «повезло» дважды: теперь вместо ракет вместе с южнокорейцами будут   производить электробусы, а Верховная Рада аннулировала его долги. Президент Украины В. Зеленский в марте 2020 года в Верховной Раде заявил: «Индустриальная слава Украины постепенно становится воспоминанием». Как мощное и перспективное промышленное и научное государство Украина прекращает существовать. Состоялась, так называемая, деиндустриализация. Я не считаю, что это состоялось целеустремленно,  благодаря западным конкурентам. То, что случилось с Украиной, им, безусловно, выгодно. Но «постарались», в основном, наши, родные, украинские, так называемые «бизнесмены». Они стали миллионерами и миллиардерами, а Украина и ее народ обеднел  и потерял свое место в мировой экономике. Возобновить старый статус страны в настоящее время  невозможно.  Дело не только в том, что упомянутые предприятия трудно возобновить  (один из факторов: разошлись старые, опытные специалисты), но и их «ниши» на мировых рынках уже заняты: рынок не признает пустоту. Нужны новые составляющие ВВП. Есть общий принцип: хочу — могу.  Что мы можем сегодня? Какую «нишу» мы можем «застолбить» за Украиной?

Для методологии формирования ВВП приведу пример Арабских Эмиратов. Жили себе бедные арабы на берегу Аравийского залива. Находили в море раковины, разводили верблюдов — и за счет этого жили. Нашли нефть. Потекли нефтедоллары. Эмираты объединились  ради общего и многообещающего будущего. Шейхи, хозяева и земли, и людей, понимали: нефть не навсегда, рано или поздно она закончится. Нужно не проедать, а накапливать нефтедоллары и готовиться к их инвестированию во что-то перспективное и прибыльное. И они нашли свою нишу — и на пустынных, безводных, песчаных берегах создалась сказка, один из центров мировой деятельности.  Посмотрите в интернете.  Такой же механизм должны использовать и мы. Только — что у нас может быть вместо нефти? Такой товар есть — это продовольствие.  В течение 20-30-50 лет товар будет  очень востребованным. Особенно после коронавируса. Количество голодающих в мире растет вместе с ростом населения Земли. COVID-19 прибавил к почти 1 млрд  еще 132 млн. Такая ситуация подталкивает нас к очевидному выводу:  драйвером формирования новой структуры ВВП должен быть аграрный сектор.

Яков Смолий, бывший глава Национального Банка, незадолго до своего увольнения  заметил: «Да. Мы — аграрная страна. В этом наше преимущество. Пищевые продукты всегда будут нужны».

При слове «аграрный» у всех в воображении возникают бескрайние поля пшеницы, кукурузы, свеклы, буренки на лугу и другая идиллия времен ХІХ, да и ХХ веков. У многих такое представление сохранилось и до сегодня, начала ХХІ века.  Для последующих размышлений приведу один пример:  Нидерланды (13,3 млн населения ), без черноземов,  в прошлом году экспортировали аграрной продукции на 94 млрд евро, Украина — на 19 млрд долларов. На сегодня сельское хозяйство рассматривается только как один из секторов экономики, а главное — как держатель сверхважного в современных условиях ресурса:  плодородной земли. Он не рассматривается как спасательный круг, который во время мирового экономического кризиса, во время пандемии коронавируса может удержать украинскую экономику на плаву.

В действительности современный аграрный сектор объединяет в себе почти все секторы экономики.  АПК  — это  развитие сельскохозяйственного машиностроения. Доля импортированной сельхозтехники составляет 67%. Мы строили ракеты, самолеты, авианосцы — мы не можем обеспечить  свой рынок своими тракторами? Западные  дешевле? Так что, лучше поддерживать чужого производителя? Кто же мешает нам, если мы хозяева собственной страны, сделать нашу технику конкурентоспособной? Отработать соответствующие финансовые инструменты, приспособить их ко всей технологической цепочке — металлургия, приборостроение, инженерное обеспечение и тому подобное.  Если все же будет дорого для фермеров — создать аналог советских МТС или организовать кооперативы. АПК — это  и развитие химической промышленности. При условии, что государство, наконец, обеспечит внутренние потребности собственным газом. АПК — это и развитие генетики, что крайне необходимо в условиях изменения климата. АПК — это также развитие компьютеризации и программного обеспечения для потребностей АПК. АПК — это необходимость выхода в Космос для отслеживания с помощью спутников состояния посевов, лесов, погоды. И главное, АПК — это развитие перерабатывающей промышленности, для экспорта продукции с высокой добавленной стоимостью. Для этого опять же нужен металл, оборудование, рабочие и инженеры, программное обеспечение, транспорт, склады, элеваторы, порты и так далее. Это сотни тысяч рабочих мест. И в конечном итоге    — это спасение, возрождение украинского села как фундамента украинской идентификации.

АПК должен превратиться в АПИК: Аграрно-промышленно-инновационный комплекс. Именно этот комплекс должен стать содержанием новой индустриализации на базе развития современной перерабатывающей промышленности, переработки аграрной продукции. Сельское хозяйство здесь     — только поставщик сырья. Как ГОК для металлургии.  Старые компоненты советской структуры ВВП уже не возродишь. Как  шутят в народе: «Вспомнила баба, как девкой была».        

5. Говорят, что аграрные страны не могут быть богатыми. Да, это правда. Но эта правда относится к эпохе промышленной революции. Тогда, в ХІХ — ХХ веках, могущество, авторитет государства определялось тоннами стали, угля, количеством машин, самолетов, кораблей. Это было признаком прогресса. Но время идет. Критерии меняются. Индекс человеческого развития ООН подтверждает это. Пандемия коронавируса играет в интересах новых критериев.  Теперь главный показатель — здоровье человека и все, что ему способствует. Не в последнюю очередь — питание, его количество и качество. Еще раз напомню слова философа А. Тойнби (США): «Будущее в руках того государства, чье сельское хозяйство находится в расцвете».

Мы представили миру феномен: за 30 лет богатейшую страну превратили в просителя. Почему бы не представить миру еще один феномен: сделать аграрно-инновационную страну богатым государством. Чтобы качественные продукты питания стали такой же фишкой Украины, как «Фольксваген» — для Германии, банки — для Швейцарии, косметика — для Франции.     

Это не значит, что Украина навсегда обречена быть аграрно-инвестиционной страной. При умных правительствах, накопив за тех же 20-30-50 лет достаточно финансов, кто может помешать нам стать космическим государством, имея для этого достаточно оснований? Прибавив к этому украинские «силиконовые долины», индустриальные парки, сделав IT— технологии второй составляющей ВВП страны.

Была бы политическая воля. Банальное высказывание. Но все это возможно только при руководящей и направляющей роли национального государства. В сложные времена оно должно быть сильным и профессиональным. Станем богатыми и сильными — и забудем о фамилии Президента или премьера.  

«У меня есть мечта», — сказал когда-то афроамериканец Кинг и был убит. Опасной была мечта. А затем Президентом стал Барак Обама родом из Кении. Нужно мечтать.

Руслан ГАРБАР, историк-международник
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ