Перейти к основному содержанию
На сайті проводяться технічні роботи. Вибачте за незручності.

Эра портовиков и период грузовладельцев

Юрий ГУБАНКОВ — о том, кто сегодня диктует цены на рынке транспортировки зерна
13 ноября, 11:10

В конце октября вице-премьер Александр Вилкул в Одесском морском торговом порту произвел экспериментальный запуск нового зерноперегрузочного комплекса компании «Бруклин-Киев» емкостью 70 тысяч тонн. Высокий гость Хлебной гавани, как называют в Одессе эту часть порта, был доволен. «Надеюсь, что в следующий сезон мы войдем со всем комплексом», — сказал вице-премьер. Естественно, такого же мнения и генеральный директор этой стивидорной компании  Юрий ГУБАНКОВ. О своих надеждах, планах и проблемах он рассказал в эксклюзивном интервью «Дню».

— Юрий Петрович, ваш зерноперегрузочный комплекс, пожалуй, один из крупнейших на Черном море. Что получит в результате его деятельности ваша компания и вся страна?

— Очень серьезный рост доходов и прибыли. Мы хотим, чтобы вся эта прибыль заходила в Украину, оседала здесь, чтобы налоги с нее платить именно тут,  чтобы дальше иметь средства для развития, инвестировать их и реинвестировать, создавать новые  объекты и комплексы. У нас есть такие идеи и соответствующие планы. Если годовой объем перевалки грузов нашей компании, как мы планируем, превысит три миллиона тонн, то налог на прибыль, я думаю, вырастет на $3—4 миллиона, а в гривнах мы дополнительно получим более 25 миллионов. Плюс к тому рост судозаходов в порт. А при каждом таком заходе в порту остается $45—50 тысяч. Посчитайте: мы рассчитываем, что за год к нам придет еще примерно 50 кораблей. Мы и теперь уже с трудом справляемся с их наплывом. Загляните на наш сайт — там есть график захода и обслуживания судов, и в нем — ни одного свободного дня.

Вы мне напомнили о старом девизе: раньше думай о Родине, а потом о себе.

— Нет, мы думаем и о своем коллективе, причем, не в последнюю очередь. Объект, который мы строим и который уже частично введен в эксплуатацию, не случайно называется комплексом. Он оказывает влияние на множество различных сфер. Начнем с того, что, построив его, мы сделали существенный вклад в рост экспортного потенциала Украины. Порты, и грузоперевалка в них, — это все еще как узкое горлышко у бутылки. Мы его расширили, и теперь принимаем корабли большой грузоподъемности и длиной до 300 метров. А в результате большого перечня преимуществ, которые нам даст это строительство, обеспечим и решение социальных вопросов. Мы создаем как минимум 200 новых рабочих мест, причем с достаточно высокой зарплатой европейского уровня и современными технологиями.

Хорошие доходы портовиков — это не результат высоких тарифов, от которых страдают, в первую очередь, сельхозпроизводители.

— К сожалению, тарифы и ставки устанавливаем не мы, а рынок. Сегодня на перевалку грузов, главным образом сельскохозяйственных, есть хороший спрос. Потому и цена высокая. Регулировать эти отношения государство не должно, потому что это уже вмешательство в бизнес и попытка управлять экономическими законами. Управлять рынком нельзя, это — неправильно. Тарифы должны быть свободными. Другой вопрос, каким образом их все же можно снизить, как приблизить их к европейским и сделать приемлемыми для производителей товаров. Думаю, тут нет другого пути, кроме наращивания предложения портовых услуг, то есть развития портового хозяйства страны, чем мы сейчас, собственно, и занимаемся. Тарифы может сбить только конкуренция. Хочу отметить, что она работает: например, наши тарифы уже и сегодня намного ниже, чем в России. Есть у нас и здоровая конкуренция с другими украинскими портами, например, Ильичевском, Южным. И она влияет на величину тарифов. Я считаю, это — правильный путь.

Сегодня свои цены диктуют рынку портовые операторы. Урожай большой, и портовых мощностей не хватает. Но я абсолютно уверен, что так будет не всегда. Ситуация может измениться. Когда-то в Одесском порту стояла очередь к главному диспетчеру, и все хотели говорить с ним, что называется тет-а-тет, чтобы их судно поставили под разгрузку или погрузку впереди другого. Тогда была эра портовиков. Потом все изменилось, и теперь рынок принадлежит грузовладельцам. Именно они диктуют и цены, и скидки. А также места разгрузки и выгрузки. Вот это и есть рынок.

А как вы относитесь к недавней инициативе Администрации морских портов и соответствующему законопроекту о воссоздании в портах свободных экономических зон?

— Я не очень разбираюсь в этой проблеме, но все же, на мой взгляд, СЭЗы позволяют развивать инфраструктуру портов быстрыми темпами. А это для нашей страны очень важно. Сегодня закон о портах разрешает заключать договора о концессиях на 49 лет. Но когда мы задумались, а что же мы можем в нашем порту взять в концессию, то столкнулись с множеством реальным проблем. К примеру, чтобы получить что-то в концессию, нужно получить и землю. А для этого у соответствующего участка должен быть кадастровый номер. Однако большая часть территории Одесского порта (70-80%) таких номеров не имеет, да и вообще не имеет статуса земли, поскольку в свое время была намыта. И это как бы даже не земля города.

Не менее серьезный вопрос — получение свидетельства на право собственности объектов строительства — складских помещений, причалов и т.д. А многим из них по 200 лет, и документы не сохранились. А без них нельзя ни передавать, ни брать в концессию или даже в аренду. Решать эти вопросы непросто. Нужно потратить очень много сил и, главное,  времени. А его у нас практически нет, потому что между портами идет жесткая конкуренция за грузы. Российские же порты очень активно развиваются и уже опережают нас практически на несколько лет. К примеру, один из народных депутатов представил свой проект закона о намытых территориях в морских акваториях. В России такой закон уже работает больше пяти лет. В результате порт Тамань в ближайшие годы выйдет на 150 миллионов тонн перевалки грузов в год. Примерно такой же объем обеспечивают основные порты Украины все вместе. Поэтому я считаю, что создавать такие экономические зоны в портах нужно очень быстро. Это позволит предприятиям не ждать, прорываться вперед. Потому что сегодня для наших портов промедление — смерти подобно. В условиях сложных политических и экономических отношений с Россией государство должно бы способствовать росту грузопотока через наши порты и транзита, а оно этого не делает.

Компания «Нибулон» для вас конкурент или партнер, и как вы оцениваете ее деятельность?

— Мне очень нравятся все новшества, которые ею создаются — и современный перегрузочный комплекс, и элеваторы, и, особенно, система доставки зерна по Днепру. Но это для нас не конкурент (мы не конкурируем ни по цене, ни за клиентов), и не партнер. Мы не занимаемся выращиванием сельхозкультур, не торгуем зерном, не приобретаем и не строим суда, а работаем, хотя и недалеко от «Нибулона», который базируется в Николаеве, но все же в другом регионе. Но, конечно, внимательно следим. Отрадно, что эта компания недавно приобрела крупнейший в Европе плавучий кран, позволяющий заниматься и перевалкой грузов у причалов, и догружать суда на рейде.

Законы о портах и о государственно-частном партнерстве помогли вам в реализации этого проекта? А что можно сказать о государстве в целом — оно тоже помогало или, может быть, в чем-то и мешало?

— В принципе наш проект это и есть такое партнерство. Со стороны государства в нем участвует Одесский порт. А что касается препятствий, то не могу сказать, чтобы их нам специально создавали. Бывали, конечно, проволочки с различными разрешениями и согласованиями. Мне не хотелось бы хвалить Россию, тем не менее, там есть четкий регламент, определяющий, за сколько дней предприятие должно получить ту или иную услугу от госчиновников, сколько дней тот или иной документ может находиться в определенном учреждении. Мы же бились над получением всех необходимых разрешений и согласований на строительство терминала примерно 22 месяца. Практически столько же времени займет у нас строительство. Возможно, с переходом на концессии, предусмотренные законом о портах, или с созданием в портах СЭЗов ситуация улучшится.

Насколько далеко вы продвинулись в переговорах с ЕБРР о кредите на $60 миллионов?

— Я люблю говорить, что наша украинско-английская компания объединяет Украину, Европу и Россию. У нас уже есть кредитный договор со Сбербанком России на $42 миллиона. Нам и этих денег достаточно, чтобы завершить вторую очередь строительства и начать отгрузку с новых объектов. Но для того, чтобы полностью завершить комплекс, этого недостаточно. Поэтому мы хотим получить еще и кредит ЕБРР, и в этом мы очень далеко продвинулись. Я на 99% уверен, что кредит мы получим в нынешнем году. Так что никаких препятствий для завершения строительства терминала у нас нет.

Delimiter 468x90 ad place

Подписывайтесь на свежие новости:

Газета "День"
читать