Свобода не может быть частичной.
Нельсон Мандела, южноафриканский государственный и политический деятель

«Цыганский барон» — крупным планом и с «бантиками»

Киевская оперетта к концу сезона сделала решительный шаг к празднику
10 июля, 2012 - 11:40
Режиссер-постановщик Богдан Струтинский показал современный канон классической оперетты / Фото Анатолия ФЕДОРЦИВА

Что такое классическая оперетта? Это фееричная музыка, роскошь костюмов, искусственность сюжета, виртуозный вокал, зажигательные танцы, красавцы и красавицы, пышные юбки, стройные ножки и торжество справедливости над коварством, добра над злом, любви над всеми преградами. Праздник, одним словом.

Все это можно встретить в новом спектакле Киевского национального академического театра оперетты «Цыганский барон» И.Штрауса. Режиссер-постановщик Богдан Струтинский показал современный канон классической оперетты. Когда-то польский юморист Юлиан Тувим назвал этот жанр «старой идиотской опереттой», поскольку в ней отец не узнает собственную дочь, потому что та сегодня в новых перчатках. Струтинский преодолел подобные выкрутасы либретто И.Шнитцлера, виртуозно развязав все хитросплетения отношений героев. Каждая реплика, каждый поворот цепочки действий логично связаны между собой усилиями актерских реакций и красноречивых пауз.

Всех персонажей режиссер обрамляет дополнительными «бантиками», подавая их «крупным планом». Самовлюбленного «свинопана» Зупана (Николай Бутковский) — подвижными зеркалами, которые вращаются нарисованными сверх-героями с овалом для живой головы этого прохиндея. Судью Карнеро (Сергей Бондаренко) окружает стая черных ворон-судопроизводителей, чьи скрипящие перья даже имеют свое соло в музыке И.Штрауса. Несколько слов Управителя из пьесы развиты до выразительного образа эконома-иностранца (Оксана Ткачева). Даже неразговорчивый старый цыган Пали в исполнении Валентина Рожкова запоминается — как достойно и спокойно передает власть Баринкаю. Уместно придумана режиссером пантомима кошмарного сна Зупана на увертюре и введено дефиле очаровательных барабанщиц-мажореток, которое предшествует торжественному выходу местного власть предержащего графа Омоная (Сергей Павлинов).

Режиссером придумано множество выразительных мелочей, образных деталей, которые украшают спектакль. Например, здесь, естественен фотограф, который очень уместно увековечивает всю компанию. А какой же цыганский лагерь без коней? Вот вам живого коня на сцене и на экране. А разве может цыган жить без скрипки? Цыган со скрипкой (Владимир Маркив) проходит по залу, начиная второе действие.

Актерский ансамбль демонстрирует прекрасный вокал, соединенный с психологизмом драматичного театра. Сам цыганский барон Сандор Баринкай в исполнении Сергея Авдеева — классический герой. И не только из-за красивой осанки, но и в силу внутренней значимости. Николай Бутковский часто играет острохарактерные роли, но не повторяется ни в одной и умеет быть в них парадоксальным. Вот и его негодяй и плут Зупан вдруг вызывает, кроме пренебрежения, едва ли не сочувствие — ведь он так отчаянно стремится к барской красивой жизни... со свиньями. Поэтому-то в финале и получил подружку — самую толстую, розовую и милую (поздравление за смелость и очаровательность женщине, которая вышла в ее образе).

На пятки признанному мастеру Николаю Бутковскому творчески наступает Сергей Яцук в роли слуги Баринкая Стефана — симпатичного плута из рода шельменок и насреддинов, острого в средствах выразительности. Сергей Павлинов в роли графа Омоная убедительно напомнил, как он был молодым героем — та же вокальная сила, красивая осанка и благородство. А Петр Остапенко в роли влюбленного до безумия Оттокара вырастает в лирического комедийного героя.

Женщины в спектакле очаровательны, красивы и соблазнительны. Темпераментная вояка за любовь Арсена (Ирина Беспалова-Примак), плутовка Мирабелла (Ася Середа-Голдун) — глаз не оторвать, классические опереточные персонажи. Разве что красавица Любовь Сагат в роли цыганки-графини Саффи несколько холодна, слишком сдержана. А у заслуженной артистки Людмилы Бельской (воспитательница Саффи Чипра), при всей значимости личности, как будто взятой из «Цыганки Азы» Старицкого, хромает орфоэпия, нет четкости в донесении текста.

Хореография спектакля (Вадим Прокопенко) изобретательна, сложна — эдакий цыганский канкан — и в совершенстве выполнена. Одни мажоретки чего стоят. А еще есть и прекрасный балетный дуэт.

Пышные декорации и костюмы спектакля — классические для оперетты (Светлана Павличенко и Ирина Давиденко). Правда ушки у свинок слишком торчат и поэтому больше похожи на кошачьи. Прекрасно взаимодействует с оркестром и артистами дирижер-постановщик Дмитрий Морозов. То есть Киевская оперетта к концу сезона сделала еще один, и решительный, шаг к празднику.

Валентина ЗАБОЛОТНАЯ, театровед
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments