Каждый народ познается по его богам и символам.
Лев Силенко, украинский мыслитель, философ, историк, писатель, номинант на Нобелевскую премию

Кира ПИТОЕВА: «Булгаков — необыкновенно театральный и игровой мастер. Вот этой игры я в фильме Бортко не чувствую»

28 декабря, 2005 - 21:08

Пожалуй, самой заметной телепремьерой декабря стал новый фильм Владимира Бортко «Мастер и Маргарита» по одноименному роману Михаила Булгакова. Это отмечали и опрошенные «Днем» (см. №238) эксперты, определяя телесобытия года. Рейтинги фильма «зашкаливают»: например, по данным сайта www.inter.ua, серия, показанная 19 декабря, имела рейтинг 23,7 %, а доля аудитории составляла 55,1 %. И трудно сказать, что в большей степени определило такую популярность фильма у зрителя — ожидания читателей Булгакова от экранизации или результат работы съемочной группы. Сегодня на «Интере» выйдет последняя серия фильма Владимира Бортко. А накануне «День» предложил поделиться своими впечатлениями от него научному руководителю киевского Дома-музея Михаила Булгакова Кире Николаевне ПИТОЕВОЙ.

— Как Вы думаете, чем объясняются высокие рейтинги многосерийного фильма Владимира Бортко «Мастер и Маргарита»: его художественными качествами, продуманной рекламной кампанией или особым отношением зрителей к роману Булгакова?

— Я думаю, что на первом месте — реклама, поскольку была проведена очень агрессивная рекламная кампания. На втором месте — отношение к роману Булгакова. И уже на третьем — собственно фильм.

Свойства и значение рекламы в нашей жизни расшифровывать не нужно. Что же касается романа Булгакова, то он пользуется успехом на протяжении уже нескольких поколений — по разным причинам. По долгу службы я сталкиваюсь с разными категориями людей, в том числе и молодежи, которая прилипает сейчас к телеэкранам и открывает для себя Булгакова именно в таком виде. И мне кажется, что Бортко ориентируется более всего на эту часть народонаселения, как сказал бы Булгаков. Этих молодых людей интересует в романе, во- первых, сюжет, во-вторых, булгаковский юмор. И наконец, немаловажную роль играет тот факт, что в нашу жизнь вернулась религия, и намного проще прочитать булгаковский апокриф на евангельскую тему, чем раздумывать над очень сложными книгами Библии и, в частности, Евангелия.

— А чем был, по-вашему, роман Булгакова для предыдущих поколений читателей?

— Когда он только появился, то произвел, конечно, эффект разорвавшейся бомбы. Тогда вся советская империя была страной читающей, и Украина в том числе. И среди всех тех книг, которые приходилось читать, «Мастер и Маргарита» производил совершенно феноменальное впечатление своей многослойностью. И, конечно, «библейские» главы, как я это помню, произвели на всех самое сильное впечатление. Но особенность романа Булгакова, как мне кажется, заключается в том, что писатель ухитрился создать единство из всех слоев книги, и практически невозможно представить себе вычленение одного из этих слоев. И вот мне кажется (хотя просмотрен еще не весь фильм, и выносить окончательный «вердикт» я бы не взялась), что Владимир Бортко в своем фильме не достиг уровня вот этого превращения слоев в единое целое.

Хотя главный просчет я вижу в другом. Я знаю Владимира Бортко, и знаю его как очень опытного, профессионального режиссера, как умного и очень образованного человека, и поэтому отдаю себе отчет в том, что все то, что он делает, это не случайно, а продуманно. Так вот, главное мое расхождение с ним в данном случае заключается в том, что он, пытаясь сделать фильм для всех, как бы снижает возможности романа до уровня всех — как он их понимает. У меня — совершенно другая жизненная теория, и она подтверждается практикой, поскольку я являюсь автором концепции известного вам музея. Я считаю, что нужно делать так, как ты понимаешь, и вкладывать огромное количество усилий в то, чтобы и других за собой поднимать к этому пониманию, поскольку в этом и заключается предназначение интеллигенции. И само собой разумеется, что когда речь идет о художественном творчестве, и из одного произведения искусства создается другое, нужно найти форму адекватного изложения.

— Вот как раз по этому поводу и хотелось бы задать вопрос: насколько, по вашему мнению, роман Булгакова вообще подлежит экранизации?

— Я считаю, что экранизируемо все, возможность экранизации зависит только от художника. Я, например, к великой своей радости узнала, что «Мастера и Маргариту» хотел поставить Федерико Феллини. И я не знаю, как бы это было (к великому несчастью для меня, это не состоялось), но я знаю, что тот, кто берется за переложение, должен быть конгениален тому, чье произведение он ставит. И он должен найти совершенно иную форму изложения. И мне кажется, крупный просчет фильма Бортко (опять же, оговорюсь, на основании того, что я видела) заключается в том, что была выбрана форма сюжетного рассказа. Просто передается сюжет. Я думаю, что публике, которой нравится этот фильм, он нравится именно за это: они могут позволить себе не читать толстый роман, а посмотреть то, что им рассказывается «в картинках» каждый вечер, по 50 минут, это значительно легче. Легче еще и потому, что в фильме, по сути, не затронута философия романа. Ведь Булгаков — не только мистический, но и философский автор, и это очень важно. Почему роман до сих пор пользуется интересом? Потому что он построен на системе отражений, на системе постоянной двойственности — верх и низ, верх и низ. Высокие, духовные, философские материи все время снижаются. И главный прием этого романа — гротеск, который дает великую метафору, в фильме, по сути, как мне показалось, не использован. В лучшем случае использован юмор, но и его бесконечно мало, а представить себе Булгакова без юмора невозможно.

Та модель мира, которую создает Булгаков в «Мастере и Маргарите» — это, с одной стороны, ренессансный мир, а с другой стороны, это мир приемов серебряного века, потому что постоянно наблюдаются зеркальные отражения ситуаций. И именно это и создает возможность мифа, это же роман-миф. Булгаков — вообще необыкновенно театральный и игровой мастер. Вот этой игры я в фильме абсолютно не чувствую.

— Тем не менее, новый фильм Бортко активно обсуждается и в прессе, и в интернет- форумах, и в приватных беседах. Звучат как похвалы, так и критика — в отношении подбора актеров и качества спецэффектов, и, естественно, уровня соответствия авторскому замыслу? Может быть, и Вы могли бы что-то добавить по каждому из этих пунктов?

— Поскольку фильм, как я уже говорила, построен по сюжетной схеме, то я не понимаю, почему выпущены очень важные эпизоды. И, например, если Маргарита превращается в ведьму, я не знаю, уж зачем режиссер ее так пожалел, что не превратил ее и внешне в ведьму, что сделал Булгаков, а оставил такой же красивой женщиной. А когда Маргарита громит «Дом Драмлита», то у Булгакова, на мой взгляд, квинтэссенция всего образа Маргариты заключается в том, что она пожалела ребенка. И вот этот эпизод просто ушел!.. Я уже не говорю о том, что там задана и форма: «А меня нету, я тебе снюсь», — говорит она мальчику.

Если возвратиться к фильму и к вопросу о подборе артистов, то он мне кажется каким-то вторичным. Я сразу должна оговориться, что абсолютно восприняла выбор Безрукова на роль Иешуа. Мне кажется это удачей, потому что именно этот артист несет такое решение этого образа, которое дает возможность понять, что речь идет не об Иисусе Христе, а об Иешуа Га-Ноцри. Для меня очень важен этот момент, что автор фильма доказательно нам рассказывает о том, что речь идет о литературном произведении, а не о евангельских сценах. Хотя сами «евангельские» сцены в фильме для меня просто провальны. Я не чувствую той внутренней наполненности, которую можно было бы создать по «подсказкам» Булгакова. Нет как бы внутреннего движения мысли и нет движения чувства. И это, конечно, очень снижает представление о том, как я вижу экранизацию романа. Внешне мне понравился Мастер. Но вы же понимаете, что это и в романе две очень трудные роли — у Мастера и Маргариты. Особенно у Мастера — это то, что в искусстве называется «голубая роль». Тема любовная в романе неразвита и показывать ее, как мне кажется, очень трудно, и я не думаю, что это получилось. Что же касается собственно Маргариты, речь идет о том же эффекте, что и в случае с Безруковым. Я думаю, специально выбраны два актера, за которыми тянется шлейф образов сериальных героев. Но в целом фильм раздражает меня вторичностью приемов. Спецэффекты? Для Булгакова ведь важны не эффекты, а собственно полеты как состояние души, ведь он же — писатель «вертикальный».

В общем, не убеждает меня этот фильм, хотя, конечно, нужно смотреть до конца, нужно понять, что будет в финале. Это очень важно, поскольку это важно и у Булгакова.

КСТАТИ

Известный православный публицист диакон Андрей Кураев, автор книги «Мастер и Маргарита»: за Христа или против?» нашел искажения замысла Михаила Булгакова в фильме Владимира Бортко. По его мнению, сообщает «Интерфакс», любая попытка экранизировать литературное произведение вопреки воле автора «обречена на неудачу». При этом отец Андрей не имеет в виду, что М. Булгаков был против экранизации — речь идет о том, что у режиссеров должно быть желание понять авторский замысел.

Отец Андрей напомнил, что сам Михаил Булгаков с каждой правкой улучшал литературное качество своего творения и в то же время смягчал его религиозный подтекст. В частности, по словам диакона Андрея Кураева, режиссерская правка имеет место в первой серии кинокартины, когда Воланд утверждает, что «Христос существовал», хотя у автора романа «Иисус существовал». По словам богослова, для М. Булгакова это имеет принципиальное значение, «потому что Иисус для Воланда не есть Христос, то есть не является Спасителем, поэтому он не может Его так называть». Стоит также учитывать, что сам автор романа называет Иешуа выдуманным Мастером персонажем, подчеркнул отец диакон. «Для Булгакова Иешуа — это карикатура, но не на Сына Божьего, а скорее на атеистически-толстовское понимание «сладенького иисусика». Иешуа — продукт творчества Воланда и Мастера, но не евангельский Иисус. Он отражает интеллигентски-поверхностный образ Спасителя, который был моден со времен Льва Толстого», — отметил богослов. Отец Андрей также отметил, что когда В. Бортко показывал ему сценарий фильма, то он просил режиссера не идеализировать персонажей книги, «потому что в романе нет положительных героев с точки зрения Булгакова, и эту дистанцию при оценке героев надо было сохранить». Сам пафос романа, по убеждению отца Андрея, есть прямое доказательство бытия Бога, потому что если есть Воланд, то должен быть противовес, но им отнюдь не может быть Иешуа, «который просит Понтия Пилата отпустить его, всех людей называет добрыми и т. д».

Говоря о влиянии, которое роман М. Булгакова оказывал на разные поколения людей, отец Андрей отметил, что «в советские годы тысячи людей приходили через него к Евангелию, а в постсоветский период тысячи через эту же книгу — к сатанизму». Поэтому, добавил богослов, необходимо максимально вдумчивое отношение к этой книге даже в школьных классах на уроках литературы.

Беседовал (по телефону) Михаил МАЗУРИН, «День»
Газета: 

Добавить комментарий

Image CAPTCHA
Введите символы с картинки


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ