Почему зеленеет Днепр и при чем здесь водохранилища?
Гидрогеолог Руслан Гаврилюк — о новой философии потребления воды и перспективах восстановления главной реки страны до природного состоянияЗеленый Днепр, к сожалению, уже никого не удивляет. Поверхностным пониманием того, чем это вызвано, у части общества является: цветение воды из-за высокого содержания бактерий. А это из-за деятельности человека, вредные выбросы в реку, смена климата и т. п. Вариантов множество. Но факт остается фактом — самая большая река Украины страдает. Человек приложил к этому руку, так он должен и спасать. Как именно — рецептов и рекомендаций накопилось немало в научном и экосообществе. Международный опыт тоже прямо указывает на то, что хватит использовать природные ресурсы до последней капли — должно быть сознательное потребление. Нынешняя весна с засухами — яркий тому пример. Вода для Украины может стать дефицитом. Или уже стала «раритетом»?
Почему государство должно изменить подходы к использованию водных ресурсов, зачем освобождать Днепр от каскада ГЭС и сколько времени осталось на «лечение» водной артерии страны — об этом «День» расспросил кандидата геологических наук (по специальности «гидрогеология»), ученого секретаря Института геологических наук НАН Украины, главу Национального экологического центра Украины Руслана ГАВРИЛЮКА.
«БОЛЬШИНСТВО АСПЕКТОВ, ДЛЯ КОТОРЫХ СОЗДАВАЛИСЬ ВОДОХРАНИЛИЩА, УЖЕ НЕАКТУАЛЬНЫ»
— В последнее время стала актуальной тема влияния водохранилищ на Днепр. Они создавались с определенной целью — для улучшения грузооборота по реке, для развития электроэнергетики; при этом методы, которые использовались для этого, сейчас критикуются — так оправдала ли цель средства?
— Действительно, был ряд задач — энергетика, орошение, водоснабжение и транспорт. Известно, что 70% украицев пьют воду из Днепра. Есть мощный канал Днепр — Донбасс, из которого пьют воду Харьков, часть Донбасса. Через канал Днепр — Ингулец вода доходит до населения Кривого Рога, через Каховский магистральный канал и Приазовский магистральный канал — в город Бердянск. Из Днепра пьет воду Николаев. То есть немало городов, не расположенных непосредственно на реке, обеспечиваются днепровской водой. Киев на 75% обеспечивается поверхностными водами Днепра и Десны, и только четвертая часть водоснабжения — это подземные воды. В случае отсутствия водохранилищ решить вопрос водоснабжения было бы гораздо сложнее, так как водохранилища имеют определенный постоянный объем воды, доступный к использованию. Таким образом водохранилища пока обеспечивают стабильное снабжение питьевой воды потребителям. Водохранилища обеспечивали водой мощные оросительные системы на юге Украины, в том числе и Крым.
Следующая задача, которая была решена при создании водохранилищ, — это обеспечение условий для водного транспорта. В результате затопления днепровских порогов, подъема уровня воды был создан единый водный путь по всей протяженности Днепра в пределах Украины. Вместе со строительством шлюзов на плотинах водохранилищ (вместе с ГЭС) это дало возможность активно эксплуатировать водный речной транспорт, который в свое время приобрел большую популярность. Другой вопрос: актуально ли это в наше время? Те аспекты, которые были актуальны в 1930—1950-х годах, когда строились ГЭС, сейчас еще актуальны? И большинство из них утратили актуальность.
— Почему?
— Фактически водный транспорт не эксплуатируется. В рамках отдельных водохранилищ отдельные перевозки в очень ограниченном объеме, в том числе из-за экономического фактора, технического состояния шлюзов. В условиях дефицита воды меняются подходы и к орошению. Весь мир переходит на более бюджетные модели орошения. Пока в Украине еще активно используются советские системы орошения, однако сельскохозяйственный бизнес постепенно переходит на более бережливую капельную систему. Вода уже не является неограниченным ресурсом, как считалось ранее, что заставляет бизнес адаптироваться. Кроме того, мы не поставляем воду в Крым на нужды оккупантов, поэтому отпала необходимость в Северо-Крымском канале, который отводил значительный сток реки Днепр.
Качество водоснабжения напрямую зависит от качества днепровской воды. Конечно, изменение системы водоснабжения — гораздо более сложный процесс по сравнению с реформой системы орошения. Альтернативой является использование подземных вод. Значительная часть бассейна Днепра и прилегающих территорий, использующих днепровскую воду, имеют потенциал для обеспечения качественного питьевого водоснабжения подземными водами. Например, Харьковская область имеет один из самых высоких показателей запасов подземных вод в Украине, при этом — наименьший процент использования подземных вод — всего 4% от оцененных запасов. Переход на подземные источники водоснабжения требует значительных финансовых ресурсов. Строительство скважин, изменение системы подачи воды — дорогостоящие проекты, на реализацию которых наши города не имеют необходимых ресурсов. Система бытового водоснабжения при привлечении подземных вод должна быть разделенной — отдельно для питьевых и бытовых нужд. Мыть посуду или стирать белье артезианскими водами — не совсем правильно.
ЧТО ОБЩЕГО МЕЖДУ ЧЕРНОБЫЛЕМ И БЮВЕТАМИ?
— Но для этого нужны средства и программы государственного уровня, они существуют?
— Все верно. Кстати, вопрос водного дефицита и привлечения подземных вод для водоснабжения сейчас обсуждается на уровне СНБО в связи с аномально низкой водностью весной этого года. Наши руководители начали задумываться над тем, как обеспечить безопасное водоснабжение для граждан. В рамках работы рабочей группы при Государственном агентстве водных ресурсов нами были наработаны определенные рекомендации для центральных органов власти, водопользователей, бизнеса. Каким образом они будут реализованы — пока сложно судить.
— Возвращаясь к теме водоснабжения, на днях видела публикацию ваших коллег из Института гидробиологии, что водохранилища все-таки нужны, потому что они как раз спасли население весной этого года от недостатка питьевой воды...
— Это действительно так, в нынешней ситуации отсутствуют альтернативные источники, нереализована схема по водоснабжению из подземных источников. С другой стороны, если бы у нас не было водохранилищ, уже могли бы быть внедрены решения по водоснабжению из подземных источников. Мы помним страшную техногенную катастрофу человечества — чернобыльскую, с этим связано появление бюветов в Киеве. По рекомендациям гидрогеологов в Киеве были пробурены артезианские скважины как альтернативный источник водоснабжения на случай радиационного загрязнения поверхностных вод Припяти и Днепра, что могло бы исключить потребление поверхностных вод населением. Созданная сеть резервных скважин имела целью обеспечить население водой хотя бы для питьевых целей. В конце 1990-х — начале 2000-х годов началось обустройство бюветов на базе этих скважин, которые были пробурены еще в 1986 году. Использовать воду из бюветов как питьевую — лучшее решение для населения.
ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «День»
«ДНЕПР СЕЙЧАС — КАК КАСКАД ОЗЕР»
— Вы упомянули о Припяти, сейчас как раз планируется реализация проекта Е-40, и речь идет о дноуглублении этой реки. Экологи предупреждают, что это опасно. По вашему мнению, есть ли в этом потребность сейчас, не стоит ли Украине отказаться от участия в этом проекте?
— Есть ли потребность в реализации проекта строительства внутреннего водного пути Е-40, который имеет целью соединить Балтийское и Черное моря, никто не знает. Технико-экономическое обоснование проекта, разработанное еще в 2015 году, чрезвычайно слабое и не содержит достаточных экономических аргументов, которые доказывали бы необходимость проекта. ТЭО также не содержит объективной оценки воздействия на окружающую среду. Нужно было оценить выгоды, сравнить их с воздействиями на окружающую среду и расходами, связанными с сохранением окружающей среды. Поэтому предостережения экологов — логические и обоснованные.
Проект Е-40 продвигается правительствами стран (Польши, Беларуси, Украины) при поддержке ЕС. Но в то же время общественность наших стран и ЕС против его реализации.
Сохранить Полесье — это одна из стратегических целей Украины и других государств, в частности Беларуси и Польши. Полесье — это последняя нетронутая территория в пределах Европы, его называют европейской Амазонией. Здесь протекает уникальная река Припять, которая до сих пор является незарегулированной. Проект Е-40 для непонятных экономических выгод может уничтожить эту уникальную территорию. Разработчики и сторонники проекта говорят, что в Европе все реки зарегулированы: Дунай, Рейн, Висла и другие. Но этот аргумент пока не совсем работает, мы же с вами не в начале прошлого века, когда было другое представление об окружающей среде и необходимости ее сохранения. Поэтому принимать решения так, как это делалось 100 лет назад, — нецелесообразно и почти противозаконно по отношению к населению, стране и природе. Выгода у проекта одна — водный транспорт. Но есть альтернативные решения — развитие автомобильного и железнодорожного транспорта, которые могут быть более гибкими и комплексными. Фактически этот проект создается для крупного бизнеса и для перевозки крупногабаритных грузов, а альтернативы могут дать выгоды для рядовых граждан и быть более дружественными для окружающей среды.
— Каким образом проект Е-40 может повлиять на Днепр и чем отличается «жизнь» реки зарегулированной от свободной?
— Основная разница — изменения в экосистемах. Днепр сегодня — это каскад озер; свободного течения, за исключением нескольких участков протяженностью в пару десятков километров, нет. Экосистемы Днепра превратились в озерные. Какие это имеет последствия? Уже в середине июня этого года вода в Киевском водохранилище была зеленой. Накладывается техногенное, азотное, фосфатное загрязнение, повышение температуры из-за изменений климата. В условиях застойной воды это приводит к массовому размножению сине-зеленых водорослей. Специалисты говорят, что это вроде связано с техногенным загрязнением. Но если бы это была проточная вода, такой проблемы в таких масштабах не было бы. До последнего времени последствия воздействия реализации различных проектов на экосистемы не учитывались, не было практики применения экосистемного подхода, что дает основания делать долгосрочные прогнозы и оценивать влияние потенциальных проектов на окружающую среду, принимать взвешенные решения.
«ВОДНОСТЬ ГЛАВНЫХ РЕК УМЕНЬШИЛАСЬ ВДВОЕ»
— Если сравнить Днепр сейчас и 10—15 лет назад, как изменились его экосистемы, какие тенденции сейчас прослеживаются?
— Тенденции достаточно четкие — снижение водности Днепра, и не только его. Ориентировочно вдвое снизилась водность за последние годы всех наших главных рек. Прежде всего это связано с климатическими изменениями. Сток рек существенно упал, особенно после 2013 года, который был последним многоводным годом. Это приводит к тому, что ГЭС не могут работать на полную мощность, так как нет необходимого запаса воды в водохранилищах. Этот год — самый критический. За последний месяц выпало значительное количество осадков в Карпатском регионе, но на конец зимы и всю весну уровень воды в реках был чрезвычайно низким, что также влияло на качество воды. Например, если есть сбросы сточных вод, они разбавляются проточной водой до определенных приемлемых концентраций, в случае уменьшения стока концентрация загрязняющих веществ пропорционально возрастает.
— Как сейчас надо пользоваться водными ресурсами и ресурсами Днепра в частности? Есть ли соответствующие государственные программы, которые базировались бы на рекомендациях ученых, например ваши?
— Существует программа экологического оздоровления бассейна Днепра до 2021 года, ожидается, что она будет продолжена.
— А о чем в ней говорится, учтены ли в ней актуальные проблемы, она, наверное, была разработана лет пять-десять назад?
— Программа была принята в 2012 году. Ее содержание в основном является актуальным, но не уровень исполнения. Например, Национальная академия наук не может принимать полноценное участие в реализации программы, поскольку не получает никакого финансирования на это. Вопрос в том, что мы должны полностью изменить наш подход к потреблению воды. Сейчас Днепр мы рассматриваем как источник определенных выгод. Значение воды у нас очень недооценено. Нужно менять философию отношения к воде, как это произошло во многих странах, которые ранее испытали на себе изменения климата. В Израиле, например, запрещено орошение прямыми системами водоснабжения. То же самое должно быть и у нас. Если мы говорим о водном дефиците, то нужно думать о замкнутых водных циклах для промышленности, сплошном капельном орошении, экономии в домах, качественной очистке сточных вод и других касающихся этих аспектов вещах. Каждый из нас должен переориентироваться на экономию воды. Вода — не безграничный ресурс. Чем больше мы влияем на климат, тем меньше будет у нас воды.
«ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДНЕПРА — ВОПРОС ДЕСЯТИЛЕТИЙ»
— Сколько у нас есть времени на внедрение изменений? Многие говорят, что время поджимает и давно пора внедрять экологические решения.
— Пока мы не начнем применять экосистемный подход к анализу всех решений, мы не изменим кардинально ситуацию. Решения сейчас принимаются точечно — для достижения краткосрочных целей. Страна нуждается в системных решениях, и они должны быть достаточно жесткими: например, отказ от проекта Е-40, строительства Каховской ГЭС-2 на Днепре или отказ от расширения Александровского водохранилища, расширения верхнего водоема Ташлыкской ГАЭС на Южном Буге. Особенно актуально принятие таких решений для Днестра, где продвигается строительство каскада из шести новых ГЭС, что приведет к уменьшению качества и снижению водности реки.
Для сохранения Днепра нужно менять подходы к потреблению воды, уменьшить нагрузку на него сточных вод. Нужно думать о его восстановлении как естественной реки. Это не близкая перспектива, а вопрос десятилетий. Уже сейчас целесообразно планировать постепенный спуск водохранилищ, начиная с самого низкого по течению — Каховского. Каховское водохранилище — наиболее мелкое из всех днепровских, оно имеет наименьший положительный эффект для энергетики, но затопило чрезвычайно ценные территории. Именно поэтому строительство Каховской ГЭС-2 не уместно. В начале этого года общественности удалось донести до сведения властей аргументы о недопустимости строительства еще одной ГЭС на Днепре, но системно вопрос не решается, общий вектор государственной политики остается в направлении экстенсивного использования водных ресурсов Днепра.
— Существуют ли программы закрытия каскада ГЭС на Днепре, и явно же будет сопротивление от энергетического сектора?
— Да, этого однозначно следует ожидать. Первостепенной задачей «Укргидроэнерго» должно быть сохранение в безопасном состоянии дамб, сдерживающих водохранилища. Это очень опасные техногенные объекты, которые требуют особого внимания. Но не «Укргидроэнерго» должен принимать решения о необходимости эксплуатации ГЭС и водохранилищ, должны быть государственные решения на уровне правительства. Когда будет принято решение о восстановлении Днепра и спуске водохранилищ, гидроэнергетика должна только этому подчиниться. Преимущества от гидроэнергетики сейчас есть, это факт. ГЭС и ГАЭС фактически единственные маневровые мощности, которые обеспечивают стабильность нашей энергосистемы. Однако, очевидно, страна требует поиска других альтернативных решений. Илон Маск за 100 дней построил в Австралии аккумуляторное поле. Такие нестандартные альтернативные решения нужны сегодня Украине.
— Есть положительный международный опыт, когда реку таки освобождали от ГЭС?
— Существуют целые кампании по освобождению рек. Многие дамбы снесены в странах ЕС, в США. Почти пять тысяч дамб демонтировано в Европе. В конце прошлого года во Франции было принято решение снести две большие плотины. В основном эти объекты уже имеют значительный возраст. Поэтому необходимо учитывать исторические особенности, но вместе с ними природные. Когда глобальное потепление способствует таянию альпийских ледников, увеличивается водность альпийских рек, на наших равнинных реках критически снижается водность. Как следствие даже для малой ГЭС нужно создавать водохранилища, а это определяет недопустимые влияния для окружающей среды.
Выпуск газеты №:
№130, (2020)Section
Общество