Мир, прогресс, права человека - эти три цели неразрывно связаны. Невозможно достичь какой-то из них, пренебрегая другими.
Андрей Сахаров, физик, правозащитник, диссидент, общественный и политический деятель, лауреат Нобелевской премии мира

Что такое советская власть?

25 декабря, 1996 - 19:02
«МАТРИЦА» / ФОТО НАТАЛИИ КРАВЧУК, Киев

Начало в №194

6. ВОЗНИКНОВЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Разрабатывая теорию коммунистической революции, Ленин считал основной движущей силой будущих преобразований «партию нового типа», построенную на основах «демократического централизма». Однако опыт революции 1905 года заставил его уделить пристальное внимание и советам.

Председатель российского правительства С. Витте и вождь большевиков В. Ленин одинаково серьезно подошли к оценке октябрьского политического кризиса 1905 года, но сделали противоположные выводы. Под давлением Витте Николай II подписал 17 октября 1905 года манифест «О совершенствовании государственного строя», которым «даровал» народу политические свободы и ограничивал собственную власть введением парламента — законодательной Государственной думы. Ленин же призывал превратить всероссийскую политическую забастовку в вооруженное восстание, в ходе которого рассчитывал создать сеть советов на всех уровнях, вплоть до общегосударственного. Будущее советское правительство, по заявлению Ленина, должно было пополняться представителями непролетарских слоев. Однако эти представители должны были быть революционерами, а не либералами. Кому же следовало производить селекцию по признаку их революционности на выборах в Советы рабочих и крестьянских депутатов? Вождь большевиков не сомневался в том, что исключительное право на это имеет авангард рабочего класса, под которым он понимал собственную партию. Это значило, что новая власть должна была формироваться не по воле избирателей, которые делегировали своих представителей в совет, а по воле той политической силы, которая монопольно предлагала избирателям собственные кандидатуры. Большевики не рассматривали массы как суверенную силу, от которой исходит власть.

Летом 1907 года царь издал без согласия Думы (что означало государственный переворот) новый избирательный закон, который знаменовал собой возвращение к самодержавной форме правления. По этому закону на помещиков приходилась почти половина выборщиков в Думу, а на многомиллионное крестьянство — не более четверти. Избиратели от рабочих получили право направить в Думу депутатов только в шести наиболее пролетаризованных губерниях, в том числе в Украине — в Екатеринославской и Харьковской. В глазах масс парламентская форма организации власти оказалась скомпрометированной. Неудивительно, что во время революционного кризиса в феврале—марте 1917 года они немедленно образовали собственные классовые организации — советы. Есть авторитетное свидетельство Ленина о непричастности политических партий к возникновению Советов рабочих и солдатских депутатов. В марте 1918 года он заявил: «В феврале 1917 года массы создали советы ранее даже, чем какая-либо партия успела провозгласить этот лозунг».

После падения самодержавия в России образовалась коалиция либеральных и социалистических партий. Несмотря на острые межпартийные противоречия, конституционные демократы (кадеты) нашли общий язык с наиболее влиятельными среди трудящегося населения социалистическими партиями — социал-демократами (меньшевиками) и социалистами-революционерами (эсерами) в главном вопросе — относительно организации власти. Противоположной позиции придерживались только большевики. 4 апреля 1917 года В. Ленин обнародовал документ «О задачах пролетариата в данной революции», известный как «Апрельские тезисы». В нем выдвигался лозунг «Вся власть — Советам!». Ленин был убежден, что большевики завоюют в этих органах большинство, вследствие чего власть советов станет диктатурой его партии. Положение, которое сложилось после Февральской революции, он характеризовал как «двоевластие», т.е. переплетение власти буржуазии (Временное правительство) и революционных масс (советы). Но только большевики отнеслись к советам как к власти. Другие политические партии считали их временными организациями, понятия «двоевластия» для них не существовало.

На конференции РСДРП(б) в апреле 1917 года вождь большевиков определил природу будущей советской власти вполне откровенно: «Такая власть является диктатурой, т.е. опирается не на закон, не на формальную волю большинства, а прямо, непосредственно на насилие». В отличие от других партий, большевики не желали полагаться на «формальную волю большинства». Во время выборов в Учредительное собрание, которые проходили уже после октябрьского переворота, они собрали в России меньше 24% голосов, а в украинских губерниях под управлением Центральной Рады — только 10%. Учредительное собрание представляло угрозу для большевиков, и Совнарком разогнал его после первого заседания, которое состоялось 5—6 января 1918 года. С тех пор избирательные кампании проводились под бдительным надзором компартийных функционеров. Первые свободные выборы были проведены только в 1989—1990 гг.

В советской историографии подчеркивалась народность лозунгов большевиков. Но большевики прорвались к власти, когда отказались от коммунистических лозунгов и взяли на вооружение советские лозунги Русской революции. Превратившись в правительственную партию, они при помощи немедленно созданной организации чекистов вычистили из советов конкурентные партии и фактически слились с ними. Сливаясь с партией, в которой вся власть сосредоточивалась благодаря принципу «демократического централизма» у руководства, советы исчезли как независимая политическая сила. Вместе с тем, они стали властью на всех уровнях государственного управления и местного самоуправления. Сохраняя в себе оболочку советов и называя собственную диктаторскую власть советской, партия Ленина получила возможность внедриться в народные низы.

Носителем диктатуры большевики называли пролетариат. Вместе с тем, они утверждали, что государственной формой диктатуры пролетариата являются советы, а революционным авангардом пролетариата — их партия. Из сочетания этих двух утверждений вытекало, что в советской России была установлена диктатура партии большевиков. Это была своеобразная, никогда не виданная ранее диктатура. После слияния с советами РСДРП(б) превратилась в государственную структуру, но сохранила внешний вид партии. Численность ее начала гипертрофированно расти, но никто из рядовых членов не чувствовал себя диктатором. Членская массовка была «приводным ремнем» от вождей к народным низам. Руководящие партийные деятели, которые не входили в Центральный комитет, также были только проводниками диктатуры. Номинальными ее носителями были члены ЦК, но в разные эпохи реальная власть в стране могла принадлежать, в зависимости от исторических обстоятельств, не всему ЦК как корпоративному органу, а только определенной части цекистов («коллективному руководству») или даже одному человеку. При всех обстоятельствах система власти оставалась коллективной. Появление на определенное время единоличного диктатора не противоречило ее олигархической природе.

Компартийные комитеты брали на себя только небольшую часть государственных функций. Львиная доля непосредственной управленческой работы возлагалась на исполкомы советов. Благодаря разграничению функций партия сохраняла за собой политическое руководство, но освобождалась от ответственности за повседневные дела. Советы были лишены политического влияния, но на них возлагались в полном объеме распорядительные функции.

Советская власть была формально разделена на законодательную, исполнительную и судебную ветви. Но она не отличалась от привычной для подданных царя самодержавной формы правления. Советские органы власти были разделены на законодательные (съезды советов, вплоть до Всероссийского, а с 1922 года — Всесоюзного) и исполнительные (исполкомы советов, вплоть до Всесоюзного Центрального Исполнительного Комитета, Совнаркома СССР и совнаркомов союзных республик). Однако законы (декреты, постановления) принимались преимущественно исполнительными органами власти, после чего утверждались на съездах советов. Как правило, принятию законов по советской линии предшествовало принятие тайных или гласных решений относительно их содержания партийными органами.

Своей советской частью компартийно-советский властный тандем обращался к народу. Население не только выбирало персональный состав советских органов, но и наделялось вполне реальными управленческими или контрольными функциями. В народности такой системы власти трудно было сомневаться еще и потому, что свои руководящие кадры она черпала из низов. Рабоче-крестьянское происхождение стало признаком высшего социального качества, подобно тому, как до революции таким признаком считалось дворянское происхождение. Своей компартийной частью властный тандем был обращен к членам партии. Вследствие ее построения на принципах «демократического централизма» руководители и вожди не зависели от выбора рядовых партийцев, хотя последние регулярно выбирали руководящие органы в соответствии с уставными требованиями.

Когда партия превратилась в государственную, одной из важных функций парткомов стало «советское строительство», т.е. создание сети советов с контролируемым составом депутатов. Насколько произвольно большевики обращались с элементарными требованиями демократии, показала практика «советского строительства» в Украине в первые месяцы 1919 года. Чтобы не допустить к власти союзников — украинских левых эсеров, за которыми шло село, они применили абсолютно произвольные нормы представительства: на III Всеукраинском съезде советов каждая сельская волость получила право послать только одного депутата (население волости составляло в среднем от 10 до 12 тыс. человек). По городам и фабрично-заводским поселкам на съезд посылали одного депутата от каждых 10 тыс. человек. Таким же правом пользовался каждый полк или отдельная часть Красной армии (меньше 1000 человек).

По Конституции 1918 года Всероссийский съезд советов состоял из представителей горсоветов в расчете один депутат на 25 тыс. избирателей и представителей губернских съездов советов в расчете один депутат на 125 тыс. жителей. В. Ленин доказывал, что «рабоче- крестьянская» власть не может основываться на равенстве между рабочими и крестьянами, пока крестьянин является одновременно тружеником и собственником, который продает на свободном рынке продукты своего труда как товары. Т.е. крестьяне были политически опасны для коммунистов, пока оставались «мелкой буржуазией». Они не подвергались уничтожению, как крупная буржуазия, и поэтому их нужно было нейтрализовать включением в советскую систему на неравных с пролетаризированными слоями основах.

В Украине, как видим, рабочие и крестьяне имели в 1919 году вдесятеро меньшее представительство, чем красноармейцы. Причины одинаково бесправного положения рабочих и крестьян нужно искать в том, что отличало их от красноармейцев: они были местные, а красноармейцы — в основном пришлые. Пришлые априори не были связаны с украинским освободительным движением.

Власть советских органов не следует считать фальшивым фасадом, за которым скрывалась диктатура партии большевиков. Советы превратились во всепроникающую власть, неразрывно сросшуюся с организационной структурой большевистской партии. Именно они придали партии статус государственной структуры.

Диктатура системы «парткомы — советские органы» держалась не только на насилии, но и на пропаганде. Непосредственная связь с населением давала возможность мобилизовать миллионы людей на реализацию лозунгов, которые партийные вожди считали первоочередными. Советы, в которых работали сотни тысяч депутатов, стали эффективным «приводным ремнем» от руководящих органов государственной партии ко всему населению. Без организационных, идеологических и эмоциональных связей с массами большевики не смогли бы перестроить глубочайшие основы повседневной жизни.

Вопрос о разграничении властных полномочий в системе «партия — советы» так решался резолюцией VIII съезда РКП(б): «Свои решения партия должна проводить через советские органы, в рамках советской конституции. Партия старается руководить деятельностью советов, но не замещать их». Возможные трения между двумя аппаратами власти предупреждались простым средством: все ключевые должности в советских учреждениях замещались членами партии. Квалификация, опыт и компетентность должностных лиц принимались во внимание во вторую очередь.

В жизни, однако, безупречность бумажных схем превращалась в бюрократизм и произвол. Советское общество подчинялось не законам, а самоуверенным людям с партбилетом и маузером, которые руководствовались «революционной законностью». Связь власти с народной толщей имела свои преимущества, потому что в народе было немало самородков, которые при других политических режимах остались бы невостребованными. Но одновременно она содействовала выдвижению малокомпетентных, часто не подготовленных морально к выполнению властных функций руководителей.

Главным недостатком, который органически свойственен любой форме диктатуры, была тенденция ко все большей концентрации власти на высших ступенях иерархически построенной системы. Вся история советского общества свидетельствовала о закономерности подмены выборных органов аппаратными структурами. Подмена была неизбежной вследствие диктаторской природы самой власти.

7. СОСРЕДОТОЧЕНИЕ ВЛАСТИ В ЦЕНТРАЛЬНОМ КОМИТЕТЕ РКП(б)

Чтобы заставить функционировать общество, в котором человек был целиком зависим от государства, оказался необходимым фантастически разветвленный аппарат. Решая проблему создания такого аппарата, партия большевиков испытала внутреннюю трансформацию. Она превратилась в нервный узел мощной силовой структуры.

В ноябре 1918 года в системе власти появился чрезвычайный орган, управляемый председателем СНК В. Лениным, — Совет рабочей и крестьянской обороны. Показательно, что в нем никто не представлял партию непосредственно, но все ведомства и организации возглавляли руководящие деятели РКП(б). В первый состав Совета обороны вошли И. Сталин (от ВЦИК), Л. Троцкий (от Реввоенсовета), Л. Красин (от Чрезвычайной комиссии по снабжению Красной армии), В. Невский (от наркомата путей сообщения), Н. Брюханов (от наркомата продовольствия), Г. Мельничанский (от профсоюзов). Совет осуществлял координационные функции, объединяя деятельность всего государственного аппарата. Он мог выносить решение об объявлении тех или иных регионов страны на военном положении или в состоянии осады, о переходе всей полноты власти от советов в руки ревкомов. От имени Совета или с его санкции проводились мобилизации в армию.

В апреле 1920 года Совет обороны был реорганизован в Совет труда и обороны (СТО). Этот орган власти также сначала имел чрезвычайный статус и работал под непосредственным руководством Ленина. С декабря 1920 года ему был предоставлен статус комиссии Совнаркома. СТО не имел своего аппарата и пользовался аппаратом СНК. По советской линии право отменять его решения имели ВЦИК и СНК.

Когда управленцами становились выдвиженцы советов, которые принадлежали к другим политическим партиям или были беспартийными, перед ними возникала дилемма: или вступать в ряды большевиков, или покинуть должность. Из-за этого советский аппарат стал за короткий срок почти тождественным партийному. РКП(б) интенсивно абсорбировала выходцев из других политических партий, используя их в случае необходимости на самых ответственных должностях. По данным обследования 1923 года, в Украине среди девяти председателей губисполкомов насчитывалось два «некоренных» большевика — бывший боротьбист Г. Гринько и бывший эсер К. Федотов. Два из девяти губкомов партии также возглавляли выходцы из других партий — бывший меньшевик Б. Магидов и боротьбист И. Мусульбас. На менее ответственных должностях выходцев из других партий было больше.

РКП(б) во внутрипартийной жизни сначала сохраняла остатки демократизма. Делегаты на партийный съезд определялись в жесткой конкурентной борьбе. Ими становились работники, которые пользовались наибольшим авторитетом в местных организациях. Съезд действительно был верховным органом партии, потому что определял состав Центрального комитета.

ЦК РКП(б) стремился управлять партийной жизнью при помощи тех же диктаторских методов, которыми управлял жизнью государства. Кандидатуры на ключевые должности в периферийных органах партии, которые давали полноту власти на местах, сначала «рекомендовались» Центральным комитетом, а уже потом формально утверждались местной организацией. Такое состояние дел вызывало растущее недовольство. Особенно протестовала фракция «демократического централизма». Встревоженный профсоюзной дискуссией, которая накануне Х съезда РКП(б) расколола партию на фракции, Ленин добился от съезда принятия резолюции «Об единстве партии». Эта резолюция запрещала фракции и группировки. Двум третям членов Центрального комитета и Центральной контрольной комиссии предоставлялось право исключать инакомыслящих из своего состава. Следовательно, Х съезд РКП(б) выпустил из своих рук суверенное право съездов решать вопрос о составе ЦК. Это засвидетельствовало переход реальной власти от съезда к ЦК РКП(б).

В отличие от царского самодержавия, компартийно-советская система власти не имела в себе самой освященной церковью и исторической традицией легитимности. В отличие от представительной демократии, она не зависела от голосов избирателей. Носителем диктатуры был Центральный комитет — совокупность руководящих деятелей, каждый из которых отвечал за отрасль, участок или функцию компартийно-советской работы. В ЦК, избранном VIII съездом партии (март 1919 года), насчитывалось 19 человек (из Украины — только Х. Раковский). В ЦК, избранном IХ съездом (апрель 1920 года), насчитывалось то же количество человек (из УССР — Артем (Ф. Сергеев) и Х. Раковский). Х съезд (март 1921 года) избрал 25 членов ЦК (из УССР — Артем, Г. Петровский, Х. Раковский, М. Фрунзе). ХI съезд (апрель 1922 года) избрал 27 членов ЦК (из УССР — Г. Петровский, Х. Раковский, М. Фрунзе, В. Чубар).

Сосредоточение в верховном органе диктаторских полномочий выдвигало на передний план проблемы реального лидерства и преемственности власти. Эти проблемы не могли быть разрешены конституционным путем, потому что принятая в июле 1918 года конституция не содержала в себе даже упоминания о существовании государственной партии.

В олигархической системе власти проблема реального лидерства разрешается или в борьбе, или путем договоренностей. Пока основатель партии и государства мог выполнять свои функции, борьбы за власть на большевистском Олимпе не возникало. Это не означало, что В. Ленин не встречал оппозицию. Оппозиция существовала не как осознанный вызов его авторитету, а как материализация отличных от осуществляемого курса позиций или настроений. В частности, очень серьезные оппозиционные настроения возникли во время заключения Брестского мира и в ходе профсоюзной дискуссии.

В профсоюзной дискуссии речь шла о роли и месте профсоюзов в системе власти. Л. Троцкий внес в эту дискуссию остроту, которую его оппоненты восприняли как вызов лидерству Ленина. Вожди сформулировали свои подходы к спорному вопросу в письменных тезисах (платформе) и обратились к партийным организациям с требованием определиться. Выборы делегатов на съезд проводились по платформам. Во время выборов на съезд троцкисты потерпели сокрушительное поражение. Тех, кто сочувствовал Троцкому, назвали троцкистами. Победители сразу превратили троцкизм в идеологическое течение, которое якобы противопоставило себя ленинизму.

8. ПОЯВЛЕНИЕ ПОЛИТБЮРО ЦК

После VIII съезда РКП(б) Ленин образовал внутри ЦК два субцентра власти — политбюро и оргбюро. Политбюро решало вопросы политического характера. Оргбюро готовило материалы для рассмотрения на политбюро, решения которого считались решениями Центрального комитета, и самостоятельно рассматривало менее важные вопросы, в частности, кадровые. Решения оргбюро, не опротестованные кем-либо из членов политбюро, автоматически становились решениями ЦК. С возникновением политбюро и оргбюро переход власти от съезда к ЦК РКП(б) стал означать концентрацию властных полномочий именно в этих субцентрах власти. Значение Центрального комитета в системе власти уменьшилось хотя бы потому, что периодичность его заседаний в полном составе (пленумов) сократилась с двух в месяц в 1919 году до одного в два месяца в 1921 году.

Происходил и переход власти от советских органов управления к партийным комитетам. Парткомы, начиная с Центрального комитета, брали на себя властные полномочия в каждом звене управления и в каждой сфере жизни. Это означало концентрацию власти в партийных комитетах всех уровней, вследствие чего росли полномочия исполнительных парткомовских структур, в первую очередь — секретарей. Благодаря специфике организационного построения РКП(б) полученная власть также сосредоточивалась в главном парткоме — ЦК, а точнее, — в его субцентрах.

Первоначальный состав политбюро ЦК насчитывал пять человек: Л. Каменев, М. Крестинский, В. Ленин, И. Сталин и Л. Троцкий. Персональные изменения в главном большевистском штабе произошли через два года и были связаны с результатами дискуссии о профсоюзах. Человека Троцкого Крестинского выгнали из политбюро, а на его место поставили руководителя Коминтерна Г. Зиновьева. Освобожденное место кандидата в члены политбюро ЦК, которое занимал Зиновьев, отдали переведенному из Украины в центральный партийный аппарат В. Молотову. В апреле 1922 года ЦК РКП(б) пополнил политбюро А. Рыковым, которого Ленин сделал своим заместителем в Совнаркоме, и М. Томским, который возглавлял профсоюзы. В таком составе политбюро ЦК просуществовало до июня 1924 года, когда на место, которое освободилось после смерти В. Ленина, был избран Н. Бухарин.

Среди пяти лиц первого и второго составов оргбюро ЦК двое были одновременно членами политбюро — Крестинский и Сталин. В первый состав оргбюро вошла также Е. Стасова — ответственный секретарь ЦК. Функции секретаря тогда были чисто техническими, Стасова даже не входила в состав ЦК. После IХ съезда партии, т.е. с апреля 1920 года, было решено иметь трех секретарей, в том числе ответственного, которым стал Крестинский. Членство его в политбюро и оргбюро придало должности ответственного секретаря политический, а не технический характер.

После Х съезда РКП(б) должность ответственного секретаря занял Вячеслав Молотов. Еще через год, в апреле 1922 года, Ленин ввел должность генерального секретаря и реформировал секретариат ЦК. Заседания его стали регулярными, а главная функция состояла в подготовке материалов на рассмотрение политбюро и оргбюро ЦК. Апрельский (1922 года) пленум ЦК решил, что решения секретариата, не опротестованные кем-либо из членов политбюро или оргбюро, будут обретать силу решений Центрального комитета.

Учитывая близость функций оргбюро и секретариата (в 1952 году секретариат поглотил все функции оргбюро, вследствие чего оно было ликвидировано), а также принцип персонального совмещения должностей секретарей и членов оргбюро, партийная реформа 1922 года не привела к появлению в ЦК третьего субцентра власти. Но она явно укрепила вспомогательный субцентр, т.е. оргбюро, а также его главу — генерального секретаря ЦК.

Усиление значения одного из субцентров ЦК было возможно за счет ослабления значения другого субцентра. Однако совмещение должностей внесло коррективы в этот очевидный вывод. Если бы на должности генерального секретаря утвердили бывшего ответственного секретаря Молотова, комбинация имела бы технический характер. Молотов, однако, остался вторым секретарем, а генеральным стал Иосиф Сталин — член обоих субцентров ЦК с момента их образования.

Пока в политбюро ЦК находились оба вождя — Ленин и Троцкий, должность генерального секретаря была второстепенной. Для обоих имело большое значение, чей человек будет определять повестку дня в работе высшего партийного органа. Троцкий раньше Ленина позаботился, чтобы в оргбюро ЦК работали его люди. Когда он потерпел поражение в дискуссии о профсоюзах, Крестинский и его подчиненные были устранены из оргбюро, и Ленин организовал работу ЦК так, как было ему удобно.

9. ЛЕВ ТРОЦКИЙ ПРОТИВ «ТРОЙКИ»

26 мая 1922 года Ленин пережил первый удар болезни, вследствие чего на несколько месяцев утратил способность влиять на деятельность органов власти. В его отсутствие на первый план в партии выдвигалась фигура Троцкого. С целью противодействия ему Каменев, Зиновьев и Сталин объединились в «тройку». Сталин действовал особенно эффективно, расставляя подконтрольных ему работников на ответственные должности в партийном аппарате.

На пороге смерти Ленин понял, что для обеспечения стабильности власти нужны организационные реформы. Он предложил увеличить количество членов ЦК РКП(б) до 50—100 человек за счет наиболее авторитетных представителей рабочего класса. Это могло предотвратить раскол, коим грозило в его отсутствие противостояние Троцкого и Сталина. Он также предложил преобразовать пленумы ЦК, которые собирались по регламенту один раз в два месяца, в партийные конференции с участием Центральной контрольной комиссии. Саму ЦКК предлагалось соединить в одно целое с основной частью Рабкрина, расширенной на 75—100 новых членов. Пополнить РКИ нужно было рабочими и крестьянами, которые хорошо проявили себя в контрольной работе.

Расширение состава ЦК и ЦКК за счет неаппаратной части партии и наделение общих заседаний обоих высших органов партии правами партконференции резко ограничивало компетенцию неформальных субцентров высшей власти, образовавшихся внутри ЦК. В новых условиях политбюро, оргбюро и секретариат теряли право самостоятельного решения политических вопросов. За ними оставалась только обязанность готовить вопросы на рассмотрение конференции. Двухмесячный интервал между конференциями позволял решать не только проблемы стратегического значения, как это делалось на конференциях и съездах, но и текущие вопросы.

Критиковать основателя партии никто не осмелился, но и выпускать из своих рук власть не хотели ни Сталин, ни его соперники. Идея об увеличении количества членов ЦК была реализована, однако вместо рабочих компартийное руководство пополнилось аппаратчиками. Как и предлагал Ленин, ЦКК была объединена с РКИ и увеличилась в своей численности, но за счет аппаратчиков. Предложение о созыве объединенных заседаний ЦК и ЦКК РКП(б) также было воплощено в жизнь, но их не наделили правами конференций. Объединенные пленумы ЦК и ЦКК партии собирались в основном для того, чтобы подавлять посредством ленинского постановления «Об единстве партии» оппозиционеров в политбюро и других руководящих органах партии.

Во главе компартийно-советской системы власти в тогдашней столице Украины Харькове стоял, как и в Москве, глава правительства. Десяток губпарткомов, объединенных в единый кулак — партийную организацию Украины, пользовался повышенным вниманием в Кремле. По уставу РКП(б) огромная партийная организация Украины имела не больше прав, чем губпартком. Но во главе ее стоял Христиан Раковский — старый друг Л. Троцкого. Господствующая в политбюро ЦК РКП(б) «тройка» в июне 1923 года приняла решение поставить во главе Совнаркома УССР Власа Чубаря. Раковскому было предложено перейти на дипломатическую работу.

В октябре 1923 года Троцкий обратился с письмом к ЦК и ЦКК РКП(б), в котором обвинял секретариат ЦК в манипулировании составом делегатов ХII съезда партии. Это письмо подписали 46 ведущих деятелей партии, в том числе и те, кто в это время или ранее работали в Украине, — В. Антонов-Овсиенко, Е. Бош, Я. Дробнис, Г. Пятаков, Х. Раковский, Т. Сапронов, Рафаил (Р. Фарбман), Т. Харечко и др. В заявлении 46-ти указывалось, что партия все больше делится на назначенных сверху профессиональных партфункционеров и членскую массу, которая не принимает активного участия в политической жизни. Утверждалось, что секретари парткомов под диктовку оргбюро ЦК РКП(б) искусственно подбирают состав конференций и съездов, в результате чего последние превращаются в распорядительные совещания партаппарата.

Троцкий и его единомышленники апеллировали к верхушке, которая не сочувствовала демократизации внутрипартийной жизни, явно не совместимой с диктатурой партии в обществе. Все понимали, что до начала противоборства со Сталиным Троцкого вполне устраивало всевластие компартийного аппарата. Поэтому Сталин довольно легко добился осуждения заявления 46-ти в партийных комитетах. В октябре и декабре 1923 года состоялись расширенные заседания политбюро ЦК КП(б)У с участием членов и кандидатов в члены ЦК, членов ЦКК КП(б)У. На обоих заседаниях против осуждения выступил только нарком внутренних дел УССР И. Николаенко. Через нескольких дней после второго заседания ЦКК КП(б)У наложила на вроде бы авторитетного наркома, которому подчинялась и милиция, партийное взыскание с увольнением с работы в НКВД «за появление на улице в нетрезвом виде и дебош в районной милиции». Судьба этого наркома послужила уроком для тех, кто осмелился поддержать Троцкого.

Окончательное поражение Л. Троцкого стало очевидно в январе 1924 года на ХIII конференции РКП(б). Конференция приняла решение усилить вербовку в партию рабочих с производств, обеспечив этим прилив не менее 100 тыс. новых членов. Через нескольких дней умер В. Ленин, и кампания была объявлена «ленинским призывом». Очередная массовая вербовка была проведена к 10-летию Октябрьской революции в ноябре 1927 — январе 1928 гг. («октябрьский призыв»).

Разделение РКП(б) на аппаратное меньшинство, которое персонализировало компартийно-советскую систему власти, и многомиллионную членскую массу началось после ее прихода к власти, но усилилось в середине 20-х гг. Массовыми призывами и регулярной вербовочной работой аппарат во главе с генеральным секретарем ЦК создавал «под себя» абсолютно новую организационную структуру. Пополнение партии существенно отличалось от предыдущего состава по социальному происхождению и жизненному опыту. Государственная партия разделилась на две практически отдельные организации: построенную в форме средневекового ордена малочисленную внутреннюю партию и массовую внешнюю партию. Правящей олигархии внешняя партия была нужна. Во-первых, она маскировала превращение РКП(б), а с декабря 1925 года — ВКП(б) в инструмент власти, придавая ей вид обычной политической партии. Во- вторых, внешняя партия была первым из «приводных ремней» (наряду с советами, профсоюзами, комсомолом и др. организациями) от власти к населению. Без них диктатура основывалась бы только на грубой силе, т.е. быстро выродилась бы. В-третьих, рядовая членская масса была резервом, из которого пополнялся аппарат.

10. НАЦИОНАЛЬНЫЕ ФОРМЫ СОВЕТСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

Симбиоз компартийной диктатуры с властью советских органов давал возможность выстраивать государство в произвольных формах. Видимые конструкции не имели особого значения, поскольку за ними скрывалась не отображенная в конституциях диктатура жестко централизованной партии. Такая особенность позволяла выстроить национальную советскую государственность, не ставя под угрозу централизованный характер государства, которое большевики заново создали после распада Российской империи. Захваченная ими страна могла существовать даже в виде формально не зависимых от Кремля государств.

Ленинская национальная политика отрабатывалась и испытывалась в Украине. Сначала «независимая» советская Украина была создана из тактических соображений — только чтобы облегчить поглощение УНР. После гражданской войны В. Ленин намеревался лишить советскую Украину независимого статуса и превратить ее в автономную республику Российской Федерации. Оказалось, однако, что советскую государственность ценили даже в украинских компартийно-советских кругах. В конце 1920 года по инициативе Ленина советская Россия и советская Украина заключили договор о военном и хозяйственном союзе как равноправные независимые государства.

В 1921—1922 гг. захваченная большевиками бывшая Российская империя существовала как страна без названия, состоявшая из девяти (включая Дальневосточную Республику) формально независимых государств. В предпоследний день 1922 года было образовано единое союзное государство. Чтобы подчеркнуть равноправие союзных республик, все они в составе новой федерации получили равные с Россией права. Среди прочих фигурировало право на свободный выход из СССР. Как и предыдущая «договорная» федерация, Советский Союз скреплялся не прописанной в конституциях диктатурой государственной партии. Этого было достаточно.

Сразу после образования СССР главным содержанием национальной политики была провозглашена коренизация, украинская разновидность которой получила название «украинизация». Эту политику не нужно идеализировать, главным в ней было укоренение советской власти в украиноязычной среде. Целью коренизации было заставить чекистов, профессоров и пропагандистов перейти на язык того населения, в среде которого они работали. Однако советская кампания коренизации не могла не сближаться в определенных измерениях с украинизацией, которую осуществляли национальные правительства. Общим знаменателем для обоих типов украинизации — национального и советского — была деруссификация. Преследуемый сотни лет родной язык украинцы теперь услышали в школах и учреждениях культуры.

Продолжение следует

Вячеслав КУЛЬЧИЦКИЙ, профессор
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments