Разведение войск: ликбез
Ситуация вокруг Станицы Луганской продемонстрировала недостаточную работу власти с обществом — политики научились неплохо пиариться, но так и не научились предметно растолковывать конкретные планы
На Донбассе продолжается процесс разведения сил, который сопровождается не всегда адекватными оценками в СМИ и интернете. Благодаря подгруппе по вопросам безопасности в Трехсторонней контактной группе, которую от Украины представляет Евгений Марчук, уже «разгружены» участки в Петровском и Золотом, что дало повод для последующих шагов относительно запуска КПВВ. «После отведения мы будем настаивать в Минске на открытии КПВВ в Золотом и возобновлении моста в Станице», — сообщила у себя в ФБ первый заместитель председателя Верховной Рады, представитель Украины в гуманитарной подгруппе Ирина Геращенко.
В целом «минский формат» нельзя назвать идеальным, о его опасности газета «День» предупреждала с самого начала, но нынешняя власть приняла эти условия и теперь вынуждена следовать подписанным пунктам. Как известно, представитель Украины в рабочей подгруппе по вопросам безопасности Трехсторонней контактной группы Евгений Марчук приобщился к минскому процессу уже после подписания соглашений. Причем на волонтерских началах. Соответственно, Марчук работает в рамках уже существующих пунктов Минских договоренностей.
Бывший заместитель начальника генерального штаба ВС Украины (2006—2010) Игорь Романенко прокомментировал «Дню»: «Несмотря на трудности реализации «Минска-2», существуют и позитивные сдвиги. Безусловно, не все гладко, имеет место нарушение режима тишины. Но тем не менее, за все это время чувствуется, что количество таких обстрелов значительно уменьшилось, а это жизни наших военных. Я имею в виду общую интенсивность обстрелов. В этом плане отведение войск сторон на 2 километра должно быть позитивным шагом по обеспечению безопасности на указанных участках, а также для использования времени для наращивания нашей оборонной способности. Другое дело, что часто некоторые политики и СМИ манипулируют информацией. От того простые люди просто вводятся в заблуждение. Это сеет панику там, где она безосновательна».
Заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины, экс-председатель Луганской ВГА Георгий Тука в воскресенье в эфире телеканала «112 Украина» объяснил: «Относительно координат. Речь о том, что с нашей стороны будет подвинут недалеко в сторону населенного пункта всего лишь один пункт наблюдения, а со стороны террористов — тот блокпост, который они по договоренностям установили на том берегу реки. Ни о какой сдаче Станицы Луганской центральной властью речь не идет». Последняя фраза ключевая, ведь некоторые, в том числе и представители власти, комментировали отведение сил около Станицы с позиции вывода войск из населенного пункта, что является неверным толкованием реальных планов.
При этом Тука опроверг информацию о якобы прекращении разведения сил около этого населенного пункта. Однако пока де-факто в районе Станицы Луганской процесс отвода сил, после выступлений общественных активистов и главы Луганской ВГА Юрия Гарбуза, был заблокирован. Однако военные эксперты считают, что такая реакция была избыточной, ведь в соответствии с согласованными в Минске условиями сам населенный пункт Станица Луганская не подпадал под разведение. На карте четко определены границы такого отведения. С другой стороны, сами боевики не сделали и шага, чтобы отступить со своих позиций в этой местности.
Заместитель председателя Администрации Президента Константин Елисеев прокомментировал проанонсированную встречу «нормандской четверки», которую планируют провести 19 октября в Париже. Елисеев сообщил, что для украинской стороны важна не дата и место проведения такой встречи, а ее «содержательное наполнение с учетом интересов украинской стороны, в том числе по поводу выполнения РФ условий безопасности по Минским соглашениям». Понятно, что для качественных сдвигов на саммите в Париже нужны конкретные шаги по мирному урегулированию на местах. В этом плане РФ выгодно «списать» срыв мирного процесса на Украину.
К сожалению, части масс-медиа часто сложно разобраться в ситуации, чтобы растолковать общественности, что же в конце концов подразумевается под отводом войск.
Ситуация вокруг Станицы Луганской стала показательной в плане недостаточной работы власти с мнением общественности. Можно сказать, что политики научились неплохо пиариться, но так и не научились предметно растолковывать конкретные планы. Возникла странная ситуация, когда глава Луганской ВГА фактически начал заявлять противоположные мнения к позиции самой власти. С другой стороны, возникает вопрос: почему молчит президентская ветвь власти, в то время как сам Петр Порошенко делегировал Леониду Кучме подписывать Минские договоренности в феврале 2015 года?
В столице в конце прошлой недели состоялось двухдневное мероприятие — Международная конференция «Управление в секторе безопасности: роль медиа». Мероприятие проводится не впервые, и его главной целью были отработка отношений между безопасностными органами и СМИ и анализ современного состояния отношений между медиа и государственными институтами безопасности в Украине. Мероприятие было организовано Центром Разумкова и DCAF при содействии Министерства иностранных дел Нидерландов и стало площадкой для двухдневного общения между журналистами, экспертами и представителями пресс-служб силовых ведомств.
Действительно, вызовы, которые поставила перед Украиной война, коснулись сфер на грани «жизни и смерти». Причем в прямом смысле этого слова. Еще два года назад некоторые журналисты позволяли себе недопустимую наивность и не просто «обнажали» фронты, откровенно рассказывая о расположении украинских войск, но и сами ездили на такси в Луганск, где их «принимали» в подвалы.
Однако даже через несколько лет в медиасреде продолжаются разные подходы к освещению войны на Донбассе. Многие из журналистов не только позволяют себе игнорирование элементарных норм объективности, когда выдают оккупированные территории за псевдогосударственные образования, но даже поднимают дискуссию относительно борьбы с «языком ненависти». Известны также вояжи украинских журналистов в Донецк, где те удивлялись, что в оккупированном городе ездят троллейбусы.
Безусловно, все эти контакты с оккупантами больше отдавали коллаборацией, чем попыткой объективного освещения событий. Существует также проблема так называемых сомнительных ресурсов, через которые осуществляются выбросы фейковой или манипулятивной информации.
Заместитель директора DCAF, доктор Филипп Флури при открытии мероприятия отметил, что чувствует определенное недовольство тем, что, несмотря на регулярные лекции, пока тяжело почувствовать практические результаты от подобных встреч.
«Достаточно часто репортаж журналиста — даже при отсутствии злых намерений — может поставить под угрозу национальные интересы, оперативную деятельность и безопасность людей, — говорится в официальных выводах конференции. — Причины, которые за этим стоят, кроются не только в недостаточной профессиональности отдельных журналистов, но и в более общих проблемах с качеством современной украинской журналистики, обусловленным, помимо прочего, недостаточным пониманием места и роли СМИ в жизни государства и общества».
В свою очередь на сайте Центра Разумкова отмечается, что «участники дискуссии сошлись в мнении, что в развитии и совершенствовании нуждаются обе стороны. Силовики должны совершенствовать методы работы с медиа, демонстрировать максимальную открытость и убедительно аргументировать объективные причины ограничений для работы медиа. С другой стороны, необходимо повышать профессиональность журналистов, что заключается в соблюдении стандартов журналистской деятельности, осознании ими общественной ответственности за предоставление объективной информации, которая не может быть предметом компромисса редакционной политики или погони за сенсациями».
В мире давно существуют общепринятые правила отношений между медиа, властью и безопасностными органами. Например, существуют так называемая Общая декларация прав человека и Мюнхенская декларация прав и обязанностей журналистов, к которым апеллируют при решении сложных этических вопросов в сфере журналистики. Безусловно, даже во время войны ни в коем случае нельзя пренебрегать принципами свободы слова. Другое дело, что сама свобода слова во время войны должна иметь пределы разумного. Кроме того, проблема существует даже в системе дефиниций и определений. До сих пор не создан единый словарь терминов и правил их использования, что позволяет колебания в названиях и определениях того, что на самом деле происходит на востоке Украины и в Крыму. Иногда, например, термин «конфликт на Донбассе» трактуется как внутренний конфликт, а не агрессия РФ против Украины. Игра с аббревиатурами «ЛНР» и «ДНР» так же иногда выдается как признак гражданской войны.
Газета «День» зато может поделиться собственным опытом отношений с силовыми органами. Например, в сентябре известный сепаратистский провокатор Арсен Клинчаев, который длительное время находился в Киеве с «браслетом», неожиданно был замечен на одном из московских телешоу. «День» направил соответствующие запросы в СБУ и Генпрокуратуру с целью получения разъяснений по поводу этого факта. Ответ от упомянутых структур поступил оперативно, и в нем значилось, что судебное дело относительно Клинчаева находится в стадии «апелляционного обжалования». К сожалению, ни один из этих органов так и не смог объяснить, каким образом провокатор Клинчаев имеет возможность свободно пересекать государственные границы. Ведь известна позорная практика, когда те, кто должны ответить перед законом, своевременно оставляют территорию Украины.
Участники дискуссии сошлись во мнении, что следует искать приемлемый баланс между потребностью соблюдения международных стандартов и необходимостью эффективного реагирования на новые вызовы в условиях «гибридной войны». Опасно пытаться придерживаться международных стандартов по отношению к тем российским «СМИ», которые превратились в оружие агрессора, — говорится в отчете конференции. С другой стороны, наши журналисты не должны превращаться в «солдат информационного фронта». Участники мероприятия считают, что в искреннем стремлении противодействия враждебной пропаганде мы сами скатимся до уровня пропаганды, а это приведет к потере доверия аудитории. Однако нельзя не подискутировать с таким мнением, ведь очевидно, что именно в период войны слово становится оружием. И на это нужно смотреть с позиции реалий, а не вымышленных моделей, которые часто существуют в головах слишком романтизированных идеалистов. Конечно, на стороне Украины правда. Именно правда является мощным противодействием российской пропаганде. Поэтому, безусловно, речь не может идти о копировании поведения российских медиа. Но упомянутые поступки журналистов, которые призывают к примирению с врагом, подменивая проблему защиты национальных интересов фактической коллаборацией, только доказывают то, что и украинским СМИ, и государственным учреждениям нужно еще много работать над едиными критериями поведения.
Выпуск газеты №:
№183, (2016)Section
Подробности