Поколение начинается с бунта против предшественников.
Оксана Забужко, украинская писательница, поэтесса

В «деле Пукача» весомый поворот

«Я высоко оцениваю возможность удовлетворения кассационным судом жалоб Алексея Подольского и его представителей», — адвокат Татьяна КОСТИНА
10 августа, 2017 - 19:05

«Три года Генеральная прокуратура отказывалась даже регистрировать заявление о преступлении, — пишет у себя в FB пострадавший по делу Гонгадзе — Подольского» Алексей Подольский. — Речь идет о шантаже Пукача и угрозе жизни его детей. Шантажировали и угрожали с одной целью: чтобы он вместо Кучмы и Литвина назвал заказчиками убийства Гонгадзе — Марчука и Мороза. Пукач называет среди шантажистов и судью Мельника, и Валентину Теличенко, и генералов СБУ и целой кучей отставных и действующих сотрудников ГПУ. Отказывали по очереди пять генеральных прокуроров: Пшонка, Махницкий, Ярема, Шокин, ну и Юрий Луценко. Теперь отказать было невозможно, ведь Луценко обязал зарегистрировать заявление о преступлении Высший суд Украины. На днях был в киевской прокуратуре, где дал следователю подробные показания на 22 страницы с 29 документальными приложениями...».

Это довольно существенный поворот в известном и долгосрочном деле. Чем он вызван? Об этом мы расспросили у адвоката Алексея Подольского — Татьяну КОСТИНУ. К процессу она присоединилась в октябре 2016-го. Несмотря на сложность и резонансность этой истории, за это время Татьяна успела достаточно хорошо ознакомиться с делом. Более того, она уже приняла участие в нескольких заседаниях Высшего специализированного суда по данному делу. По словам Алексея Подольского, «последние победные для нашей команды решения Высшего спецсуда — это именно ее заслуга». «Она является профессиональным адвокатом, имеет солидный стаж работы и главное — боец. А в нашем деле это очень важно», — характеризует своего адвоката Подольский. Сама Татьяна Костина свое приобщение к делу аргументирует так: «Для меня как для юриста и гражданина это дело является очень принципиальным, не говоря уже о стране в целом, ведь это ключ к решению многих проблем в нашем обществе».

«ОСТАЕТСЯ НАДЕЖДА, ЧТО КИЕВСКАЯ ПРОКУРАТУРА ПРОВЕРИТ ПРЕДОСТАВЛЕННЫЕ НАМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОПРОСИТ ПРИЧАСТНЫХ ЛИЦ»

— Татьяна, как прошла встреча в столичной прокуратуре и каковы перспективы этого дела?

— В течение нескольких лет Генеральная прокуратура по согласию коллегии судей Апелляционного суда в г. Киеве, а иногда даже при их содействии, игнорировала многочисленные заявления Алексея Пукача, безусловно виновного в убийстве Георгия Гонгадзе и жестоком насилии над Алексеем Подольским, о шантаже, угрозах и другом незаконном влиянии на него. Он утверждает, что этим давлением от него требовали изменить его показания, данные во время следствия и суда против тех лиц, чьи преступные приказы он выполнял, то есть показания именно против заказчиков жестоких преступлений. Показания, которые касаются высших должностных лиц государства того времени, в частности Леонида Кучмы и Владимира Литвина. Пукач утверждает, что его шантажировали и угрожали во время закрытого судебного процесса в Печерском суде. Речь идет о бывшем судье Печерского райсуда Киева, председательствующего по делу Пукача в суде первой инстанции Андрея Мельника, об уже бывшей представительнице Мирославы Гонгадзе в суде Валентине Теличенко, о представителях прокуратуры и других посторонних лиц.

В Апелляционном суде даже доходило до открытых перепалок с судьями: как только Пукач начинал рассказывать о преступлении против себя, они сразу перебивали его и пытались сделать так, чтобы он замолчал. И только благодаря последовательной и настойчивой работе Алексея Подольского и его представителя в суде Александра Ельяшкевича коллегия судей Высшего специализированного суда еще в октябре 2016-го приняла единственно возможное и законное решение — направить соответствующие заявления в ГПУ для внесения сведений о преступлении в Единый реестр досудебных расследований.

Но несмотря на это Генпрокуратура все равно сознательно продолжала игнорировать постановление кассационной инстанции. Поэтому 31 мая 2017 года коллегия судей Высшего специализированного суда повторно приняла решение о направлении в ГПУ заявления для внесения сведений в ЕРДР. И Генпрокуратура наконец отреагировала. Однако ее реакция была достаточно своеобразной. Вместо того чтобы безотлагательно выполнить постановление суда — внести в ЕРДР и начать расследование, она направила это дело в прокуратуру г. Киева, то есть в подчиненное, низшее структурное звено. 

Действительно, недавно Алексей Подольский в моем присутствии дал показания в киевской прокуратуре по этому делу. Также нами было предоставлено около 30-ти документов, которые являются доказательствами в этом деле. Алексей Игоревич, в частности, заявил о необходимости допросить большое количество лиц, которым известны обстоятельства этого дела и которые имели отношение к давлению, угрозам и шантажу Пукача. Среди таких лиц, как уже было сказано, Андрей Мельник, Валентина Теличенко, еще можно назвать представителя ГПУ Андрея Ткачука и др.

Кроме того, Алексей Подольский требует допросить в качестве свидетелей народного депутата Игоря Мосийчука и бывшего премьер-министра Украины Арсения Яценюка. Игорь Мосийчук, кстати, публично уже заявлял, что он готов давать показания. Как известно, данный народный депутат ранее находился в СИЗО вместе с Алексеем Пукачем и рассказывал, что последнего вывозили якобы в суд, хотя в эти дни заседаний по делу не было. А после того как Пукач назвал в Печерском суде фамилии Кучмы и Литвина, которые должны сидеть рядом с ним на скомье подсудимых, то, по словам Мосийчука, отношение к нему в СИЗО стало намного хуже. В свое время, когда Яценюк был еще в оппозиции, он также сделал публичное заявление о том, что Пукача возили в Межигорье к тогдашнему президенту Виктору Януковичу.

Сейчас мы ждем от столичной прокуратуры осуществления необходимых и очевидных процессуальных действий, поскольку нами действительно было предоставлено много материалов, которые предусматривают допрос свидетелей и тех, кого Пукач обвиняет в преступлении против себя. Мы надеемся, что нам не придется публично сообщать обществу о тех, кто пытается не выполнять решения Высшего специализированного суда.

— О чем свидетельствует то, что ГПУ «спустила» это дело киевской прокуратуре?

— Это действительно вызывает сомнение в эффективном расследовании, учитывая как резонансность и важность дела, так и требования постановления суда. ВССУ поручил именно Генпрокуратуре внести сведения в ЕРДР и начать расследование. Но, в частности, исходя из того, что нами было предоставлено много доказательств, остается надежда, что киевская прокуратура проверит эти материалы и допросит причастных лиц.

«ФОНД «ВІДРОДЖЕННЯ» ОТКАЗАЛСЯ ПРЕДОСТАВЛЯТЬ ИНФОРМАЦИЮ ОТНОСИТЕЛЬНО ОБЪЕМОВ ФИНАНСИРОВАНИЯ ОБЩИХ ПРОЕКТОВ СО СТРУКТУРАМИ СЕМЬИ КУЧМЫ — ПИНЧУКА»

— Во время судебного заседания в Высшем специализированном суде вы заявили, что направили адвокатский запрос в Международный фонд «Відродження». О чем этот запрос и какой была реакция?

— Адвокатский запрос я подготовила и подала в Фонд за два недели до последнего заседания в кассационном суде, то есть до 31 мая. На тот момент вопрос устранения Валентины Теличенко из судебного процесса еще не был решен. В своем запросе я перечислила конкретные вопросы, ответы на которые должен был дать Фонд, так как в его распоряжении есть эта информация. Вопросы касались, в частности, объемов финансирования общих проектов Фонда со структурами семьи Кучмы — Пинчука, финансирования Фондом «Відродження» Валентины Теличенко в связи с «делом Гонгадзе — Подольского», а также финансирования некоторых представителей правоохранительных органов, отдельных народных депутатов и журналистов, некоторых должностных лиц государственных органов опять же в связи с «делом Гонгадзе-Подольского».

Но в конкретных ответах на наши вопросы Фонд отказал, аргументировал это требованиями конфиденциальности. И потому якобы такая информация не может быть предоставлена. Хотя мы и не ставили вопрос относительно финансирования народных депутатов или представителей правоохранительных структур ради того, чтобы назвать их фамилии, мы просили предоставить информацию, какие суммы были начислены для финансирования тех или иных должностных лиц именно в этом деле. Конечно, отказ предоставить информацию вызывает удивление, ведь именно Международный фонд «Відродження» пропагандирует открытость общества. Как видим, когда речь зашла о «деле Гонгадзе — Подольского», о своем основном лозунге они сразу забыли. Хотя из других источников (ответов на наши запросы) мы уже выяснили, что Фонд миллиардера Джорджа Сороса все-таки направлял значительные суммы на финансирование определенных лиц, которые связаны с «делом Гонгадзе — Подольского». И мы не собираемся останавливаться, а будем и дальше выяснять эту информацию.

«ОТСУТСТВИЕ СТАТУСА ПОСТРАДАВШЕГО У ПОДОЛЬСКОГО В «ДЕЛЕ ЗАКАЗЧИКОВ» — ЭТО НАРУШЕНИЕ УКРАИНСКИХ ЗАКОНОВ И ВСЕХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ»

— Генпрокурор Юрий Луценко несколько месяцев назад заявил, что «дело Гонгадзе — Подольского» в части заказчиков планируется завершить до конца срока его пребывания в должности. Но он ничего не сообщил о процессуальном статусе Алексея Подольского в этом деле. Он уже признан потерпевшим?

— На сегодняшний день статус Алексея Подольского в так называемом «деле заказчиков» не изменился. В этом деле (то есть по заказчикам преступлений, совершенных против него и Георгия Гонгадзе) он, как и ранее, не имеет процессуального статуса пострадавшего. Более того, ответ ГПУ на мой адвокатской запрос по этому поводу является аналогичным тому, который я получила от Фонда «Відродження». То есть они отказываются отвечать по сути. Например, мы также спрашивали в ГПУ о деятельности Общественного совета по вопросам реформ при Генпрокуратуре во главе с Валентиной Теличенко. Но нам и эту информацию не предоставляют. Хотя речь идет о деятельности Общественного совета по вопросам реформ при государственном органе, которая должна быть открытой. Отказ на наш запрос может свидетельствовать только об одном — этот Общественный совет либо вообще не выполняет задекларированных функций, то есть не существует, либо является ширмой и прикрытием для другой деятельности Генпрокуратуры, которую они не хотят разглашать публично.

Мы это расцениваем не только как сознательное нежелание предоставлять Алексею Подольскому статус пострадавшего, но и как нежелание решать вопрос о Теличенко, которую кассационная инстанция наконец обоснованно и законно отстранила от судебного процесса по делу Гонгадзе — Подольского». То, что у Алексея Игоревича нет статуса пострадавшего по «делу заказчиков», — это нарушение действующего украинского законодательства и всех международных обязательств, которые взяла на себя Украина, не говоря уже о нормах морали. Это же преступление и суперцинизм, когда после избиения Алексея Подольского прошло уже 17 лет, а он до сих пор не имеет статуса пострадавшего в части заказчиков, а параллельно нам отказывают в предоставлении информации касательно Валентины Теличенко, которая вообще не  имеет права присутствовать в этом деле.

Также я бы хотела обратиться к тем сотрудникам ГПУ, которые отвечают на мои адвокатские запросы, хотя я обращаюсь лично к генпрокурору, и сказать им, если они не знают: Юрий Луценко — это человек, который сделал себе политическую карьеру на этом резонансном деле. Помните знаменитую пресс-конференцию Александра Мороза в ноябре 2000 г., когда были обнародованы так называемые пленки Мельниченко. Кто тогда нажимал на кнопку магнитофона? Именно своей рукой Юрий Луценко начал «кассетный скандал». А кто был одним из лидеров акции «Украина без Кучмы»? Тот же Юрий Луценко. Кто неоднократно заявлял, что это дело — это дело чести для него, в частности будучи главой МВД? Юрий Луценко. Сегодня он Генпрокурор страны. Но как юрист я могу сказать, что просто шокирована тем, что по делу заказчиков убийства Гонгадзе и истязания Подольского последний до сих пор не признан потерпевшим. Создается впечатление, что Алексей Подольский в статусе пострадавшего просто мешает правоохранительным органам.

А почему дело по заказчикам расследуется отдельно от остального «дела Гонгадзе — Подольского»?

— С самого начала дело было возбуждено относительно без вести пропавшего Георгия Гонгадзе. Потом, когда нашли тело, это уже было дело по факту преднамеренного убийства. Позже, когда нашли исполнителей, это было дело против конкретных лиц. Впоследствии дело против Пукача было выделено из общего дела и направленно в суд первой инстанции. Так же они выделили в отдельное дело главный вопрос, который касается установления заказчиков. Сугубо формально это разделение не является нарушением, но фактически это может использоваться в качестве способа обеспечения безнаказанности именно заказчиков. Хотя много лет ничего не препятствует расследовать дело в части заказчиков и ничего не препятствует предоставить Алексею Подольскому статус пострадавшего. Но все это сознательно не делается. Выводы очевидны...

«ПОЧЕМУ ЗАСЕКРЕТИЛИ ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПУКАЧУ? СКОРЕЕ, ЧТОБЫ ОСТАВИТЬ ЗАКАЗЧИКОВ БЕЗНАКАЗАННЫМИ»

— Во время последнего судебного заседания Алексей Подольский заявил о том, что в протоколах дела отсутствуют знаменитые слова Алексея Пукача о Леониде Кучме и Владимире Литвине. Напомним, что после оглашения приговора в суде первой инстанции, судья Андрей Мельник спросил у осужденного, согласен ли он с приговором, на что тот ответил: «Я соглашусь, когда в этой клетке со мной будут Кучма и Литвин». Коллегия судей Высшего специализированного суда приняла решение о рассекречивании аудиозаписей из Печерского суда. Как проходит этот процесс и когда он завершится?

— Действительно, в протоколах дела эти известные на весь мир слова Пукача отсутствуют. Коллегия судей во главе с Андреем Мельником решила, что этих слов в протоколе не должно быть. По нашему мнению, это беспрецедентное нарушение и стало последней каплей для судей кассационной инстанции, которые приняли решение — рассекретить все протоколы по делу Пукача. Конечно, мы понимаем, что это затягивает процесс, но для всех также очевидно — то, что происходило в суде первой инстанции, назвать судом нельзя. Поэтому нужны рассекречивание и публичность.

Когда будет завершен этот процесс? Пока неизвестно. Мы посчитали, что общее время судебных заседаний в Печерском суде составляет 165 часов. Процесс рассекречивания начат, к этой работе привлечены специалисты из разных государственных учреждений. Нужно прослушать все эти записи и сравнить их с протоколами заседания, а главное проверить — на самом ли деле там были секреты, из-за которых судья Мельник единолично решил засекретить протоколы. Лично я с прошлого года знакомлюсь с материалами этого дела, но пока никаких секретов там не встретила. У нашей стороны с самого начала возник вопрос — почему и на каких основаниям было засекречено обвинительное заключение? Скорее, причиной было не дать обществу узнать правду и оставить заказчиков безнаказанными. Чем больше я знакомлюсь с материалами дела, тем больше убеждаюсь в этом.

Положительно то, что процесс рассекречивания аудиозаписей начался, и скорее всего, кропотливая работа займет еще несколько месяцев. После чего мы будем проверять, исследовать, сравнивать материалы дела с протоколами судебных заседаний, в частности и по словам Пукача относительно Кучмы и Литвина.

«ЕСЛИ БЫ НЕ УБИЙСТВО ГЕОРГИЯ ГОНГАДЗЕ, ТО УЖЕ ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ОН ДОЛЖЕН БЫЛ СТАТЬ ПРЕСС-СЕКРЕТАРЕМ НА ТО ВРЕМЯ ДЕПУТАТА ПЕТРА ПОРОШЕНКО»

— Каковы с вашей точки зрения перспективы кассации Алексея Подольского и кассаций его представителей — Виктора Шишкина и Александра Ельяшкевича? Состоится ли открытый судебный процесс по этому резонансному делу?

— Нам нужен справедливый и публичный суд, который не будет нарушать право сторон процесса. Например, хотя бы вызовет в суд тех, кого пострадавший Алексей Подольский уже длительное время называет заказчиками преступлений против себя и Гонгадзе. Ознакомившись с частью материалов дела, я узнала отдельные факты, которые могут повлиять на расследование, в частности на удовлетворение кассационным судом жалоб Подольского и его представителей, поскольку юридических оснований более чем достаточно. Я высоко оцениваю такую возможность. И я считаю, что в этом должен быть заинтересован Президент Украины Петр Порошенко. Кстати, как свидетельствуют материалы дела, если бы не убийство Георгия Гонгадзе, то уже через несколько дней он должен был стать пресс-секретарем на то время народного депутата Петра Порошенко. То есть если бы Георгия не убили, он сегодня мог бы занимать достойное место в украинской политической жизни, и не исключено, что был бы пресс-секретарем Президента Украины. Поэтому для нынешнего Президента это дело действительно должно быть делом чести, как он об этом неоднократно заявлял и даже становился на колени перед памятной доской убитого журналиста.

«ДЕЛО ГОНГАДЗЕ — ПОДОЛЬСКОГО» НАДО НАКОНЕЦ ЗАВЕРШИТЬ — РАДИ ОЧИСТКИ СТРАНЫ»

— Чем эта резонансная история стала для вас лично, ведь вряд ли в вашей практике до этого были подобные дела? Изменились ли ваши взгляды на новейшую историю Украины?

— Безусловно, я раньше слышала об этом деле. Но только после того как я приобщилась к команде Алексея Подольского и начала знакомиться с материалами дела, для меня стало очевидно и поняло, как на самом деле происходили эти ужасные преступления. Чем больше я читаю это дело, тем больше я переоцениваю и переосмысливаю... Я действительно узнала много нового о нашей новейшей истории. Для меня это объективная истина, и именно эту объективную истину, о которой уже годами говорят Алексей Подольский и Александр Ельяшкевич, хочется донести до общественности. Пока не будет решено это дело, мы не можем говорить о реформе правоохранительной или судебной системы, вообще о правовом государстве. И тут я полностью соглашаюсь с мыслью, которая является главной в книге «Дня» «Котел», або Справа без терміну давності»: мы должны наконец поставить юридическую точку в этом деле в части заказчиков, иначе оно будет преследовать нашу страну бесконечно и мы никогда не выберемся из тех проблем, в которых находимся сегодня. «Дело Гонгадзе — Подольского» является наиболее показательным и резонансным. Его нужно наконец завершить — ради очищения страны.

Иван КАПСАМУН, «День», фото Руслана КАНЮКИ, «День»
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments