Свобода не может быть частичной.
Нельсон Мандела, южноафриканский государственный и политический деятель

Иосиф Зисельс: «А я и есть украинский еврей»

В издательстве «Дух і літера» вышла книга в жанре беседы
17 марта, 2017 - 10:00

Я вычитал все, что хотел найти в книжке бесед еврейского и украинского интеллектуала, диссидента Иосифа Зисельса с известной польской журналистской Изой Хруслинской «Ти відкриєш уста мої...», которая в 2017 г. вышла в издательстве Киево-Могилянской академии «Дух і літера» с предисловием еще одного интеллектуала и диссидента Мирослава Мариновича. Так часто бывает, когда знакомишься с писаниями выдающихся людей: каждый находит в них что-то для себя. Это не лишние слова. Как бывшему литературному критику, мне известно, что лучше высказать человеку при жизни то, что он действительно заслужил, чем потом вспоминать, что нужно было сделать это раньше.

МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЙ ДИАЛОГ

Жанр беседы, или разговоров, является специфическим, эссеистическим и, по-видимому, наилучшим для такого случая. Поскольку неизвестно, нашел бы время сам Иосиф Зисельс вспомнить все перипетии пути к своей нынешней идентичности, если бы не журналистская настойчивость такого заинтересованного собеседника, как Ида Хруслинская. Она вела разговор, умело возвращаясь к тем узловым пунктам, которые на самом деле могут быть интересны не только для украинской и еврейской, но и для польской публики. То есть книжка рассчитана на всех, кто интересуется современной Украиной, бывшим «социалистическим лагерем» и постсоветским пространством. Однако для нас особенно важным является сам процесс осуществления межнационального украинско-еврейско-польского диалога, который происходит путем таких интеллектуальных событий.

Самое лучшее и самое большее, что мы можем иметь в отношениях между разными народами, — это доверие и уважение друг к другу: то, что разрушается невероятно легко и быстро, а наверстывается очень долго и трудно. Сам междунациональный диалог происходит лишь путем посредничества независимо мыслящих интеллектуалов. Они всегда могут сделать многое, даже во времена войн, взаимной глухоты и безответственных политиков. Иосиф Зисельс постоянно ведет речь о формировании разной идентичности: своей собственной, нынешней еврейской (он разделяет ее на западную, израильскую и восточноевропейскую), а также современной украинской. Потому что он сам строит себя на протяжении жизни. И где-то в разговоре даже вспоминает о философии экзистенциализма. Она основана на идее о том, что человек может сам себя формировать.

Иосиф Зисельс является рационально мыслящим человеком, профессиональным физиком. Он способен анализировать себя самого и мир вокруг при любых условиях. Интересно, что этот рационализм направлен не на получение каких-то материальных дивидендов, а на реализацию абсолютно неприземленных и даже романтических целей. Он находит соответствующее обоснование в еврейских традициях: помогать более слабому, менять мир к лучшему. Хоть при этом понимает, что залогом выживания еврейской диаспоры во всем мире в течение долговременной трагической истории было стремление быть около сильного. В этом и заключается главная причина накопления стереотипов взаимного недоверия между украинцами и евреями, какие жилы вместе в рамках разных империй. Здесь и конкурирование перед лицом чужой системы власти, кто больше ей понравится, — и непонимание друг друга во времена, когда украинцы в какой-то очередной раз с оружием в руках пытались стать свободной нацией.

Деятельность таких интеллектуалов, как Иосиф Зисельс, способствует именно накоплению добра. Еще раньше мне повезло познакомиться с Мартеном Феллером, уникальным человеком, который вообще был лишен не только любого зла, но, кажется, даже думать не мог о плохом. Под влиянием Василия Иванишина он опубликовал свои книжки с длинными, почти барокковыми названиями: «Пошуки, роздуми і спогади єврея, який пам’ятає своїх дідів, про єврейсько-українські взаємини, особливо ж про мови і ставлення до них» (Дрогобыч, 1994) и «Пошуки, роздуми і спогади єврея, який пам’ятає своїх дідів, про єврейсько-українські взаємини, особливо про нелюдське і людяне в них» (Дрогобыч, 1998). Профессор Феллер имел особую миссию распространения человечности как основы взаимопонимания. Он также родился советским евреем, когда еврейская идентичность, как иронично замечает Зисельс, больше всего поддерживалась государственным антисемитизмом.

ПУТЬ К СЕБЕ

Иосиф Зисельс — человек активного действия. Он размышляет не так: как бы окружающий мир сам собой изменился к лучшему. А что-то делает для этого каждый день. В какой-то момент ему стало необходимо понять, что это на самом деле означает, что он — еврей? Поэтому Зисельс изучает историю своей семьи, потом приходит к языку (или скорее языкам, потому что здесь важны оба — идиш и иврит), истории, культуре, религии. Всегда были какие-то воспоминания из детства, связанные с традиционными праздниками, кто-то знал идиш, были единичные контакты с родственниками, которые очутились за границей, в Румынии и Америке. Его семья происходит из Бессарабии. Судьба родных стала отражением новейшей истории Восточной Европы, «кровавых земель», — по высказыванию Тимоти Снайдера.

Старший брат отца стал коммерсантом, вступил в брак с дочерью известного русского миллионера Саввы Морозова и попал в Москву. Там в 1925 г. был расстрелян новой «прогрессивной» властью. Средний брат, наоборот, стал на сторону большевиков и всю жизнь прослужил в ЧК — НКВД — МГБ, в конечном итоге поселился в Ленинграде. Его дети потом полностью прервали всяческие контакты с украинской стороной из-за диссидентства Иосифа. Отца (младшего в семье) советская власть «освободила» позже — сначала он остался на румынской территории и даже в межвоенное время служил там в армии. Потом, уже в СССР, работал на железной дороге, занимался многим — нужно было содержать семью. Во время войны они попадают в эвакуацию в Узбекистан, где и родился Иосиф Зисельс.

Чрезвычайно важное значение в его жизни сыграл город Черновцы. Там он застал еще уцелевшие семьи немецкоязычных евреев и память об особо благоприятных своей толерантностью временах Австро-Венгрии. Рациональное и потому критическое мышление Иосифа Зисельса никак не соглашалось с реалиями советской власти, которые были бы очень смешными, если бы не такими жестокими и нечеловеческими. Его несогласие с режимом было принципиальным. Став на путь диссидентства, он уже связывает свою жизнь с украинской средой. Нужно считаться с тем, что до тридцати лет украинский язык, история и культура почти не присутствовали в его жизни. Это была своего рода «нишевая» культура не только в Черновцах. Можно было прожить в Украине целую жизнь и нигде с ней не пересекаться, считая, что ты живешь в совсем другой стране.

Здесь начинается самое интересное. Трансформации идентичности Зисельса привели к пониманию, что его путь к еврейству проходит через украинство. Сначала это было лишь знакомство. А дальше пришло осознание того, что он почему-то не может быть настолько евреем, насколько его новые побратимы были украинцами. Иосиф Зисельс овладевает украинским языком, много читает и слушает, общаясь с украинскими политзаключенными, о том, какую цену платят украинцы за право мечтать о собственной независимости. Наряду с этим, он укрепляется в своей еврейской идентичности, на которую, как и на целое еврейское общество, начинает влиять гордость за далекое государство Израиль.

Важно заметить, что он отбывал свое заключение не в политических, а в уголовных зонах. Однако мы не найдем сетований в воспоминаниях. Автор является сильным и цельным человеком. Он все абсолютно рационально объясняет: потому что с самого начала знал, на что шел. Все воспринимает как опыт, который лишь способствует его персональному укреплению и росту. Считает диссидентский период жизни своим «звездным временем».

Одно из направлений деятельности Иосифа Зисельса, наряду с диссидентской активностью (созданием и распространением самиздата, разоблачением преступлений советской психиатрии, поддержка политзаключенных и др.), была помощь тем еврейским семьям, которые решили покинуть Советский Союз. А это было нелегким делом. Сам он никогда не планировал и не пытался найти себе другое местожительство — за пределами Украины. Это также был его выбор и самореализация. Постепенно он приходит к тому, что уже идентифицирует себя как украинского еврея, судьба которого связана только и в первую очередь с Украиной. По его мнению, создание лучших условий для развития украинского еврейского общества связано с успешностью самого Украинского государства.

ЗА ВАШУ И НАШУ СВОБОДУ

На мой взгляд, глубокая идеологическая антиимперская настроенность Иосифа Зисельса также в значительной степени происходит из украинской освободительной риторики. Он отдает должное украинским побратимам, с теплотой вспоминая в частности о националистах, людях «без страха и упрека» Ярослава Дашкевича и Зеновия Красивского. Оба они и такие, как они, были связаны с традицией вооруженной борьбы за украинскую самостоятельность и, очевидно, имели значительное влияние на нашего автора. В ответ на вопрос о его отношении к декоммунизационным законам, он говорит: «Декоммунизацию необходимо было начать, это нужно сделать, лучше поздно, чем никогда. (...) там есть и Украинская Хельсинская группа, есть также ОУН, УПА и все остальные. Мне это не мешает, потому что я об ОУН и УПА знаю больше, чем другие, но многим это мешает, в частности в Польше».

Иосиф Зисельс вместе с Изой Хруслинской делают специальные экскурсы в историю антисемитизма. В то время когда в конце XIX — в начале XX вв. практически везде в Европе и Америке уже были преодолены средневековые суеверия и их легальные последствия, лишь Российская империя продолжала культивировать их как антисемитизм на государственном уровне, финансируя и идеологически обосновывая его. В книжке украинское освободительное движение полностью отделяется от политики антисемитизма, а Симон Петлюра упоминается как жертва обстоятельств.

В связи нынешней украинско-российской войной, в т.ч. пропагандистской, стоит вспомнить, что уже опубликованы материалы французских спецслужб, которые со времени появления Шварцбарда во Франции знали, что он агент ЧК. Они «вели» его, фиксируя все контакты и связи: всех, кто контактировал с Шварцбардом, автоматически зачисляли к большевистской агентуре. То есть весь процесс над «народным мстителем», который якобы хотел отомстить украинцам за погромы, фактически был срежиссирован в Москве. Образ украинца-антисемита в значительной степени формировался именно на этом процессе, имевшем большую международную огласку сначала в 1920-х, а затем в 1950-х гг. Как здесь не вспомнить современную путинскую пропаганду.

Это нормально, когда народ отстаивает свою государственность с оружием в руках. Для Иосифа Зисельса является само собой понятным, что провозглашение украинской независимости в 1991 г. было не следствием какой-то ужасающей эволюции УССР, а именно результатом борьбы многих поколений украинцев и таких, как украинский еврей Зисельс, за эту независимость. Просто каждая эпоха приносит свою риторику, формы и методы борьбы. Поэтому символические аналогии между вооруженным сопротивлением УПА, Революцией Достоинства, добровольческим движением, антироссийским фронтом на Донбассе — более чем очевидны. В этом контексте мы помним не только примеры еврейских добровольцев, благодаря которым звезда Давида оказалась на красно-черном флаге.

Важно, что украинский дискурс в начале ХХІ ст. неожиданно оказался привлекательным для всех граждан Украины, для еврейского общества, в первую очередь в лице ее интеллектуалов, активистов, рядовых участников и военных инструкторов Евромайдана. Речь Иосифа Зисельса на Майдане 15 декабря 2013 г. под названием «За вашу и нашу свободу!», без преувеличения, имеет исторический характер. Она не только по-новому очертила идею украинской политической нации, но также призвала национальные меньшины к общей борьбе ради общего будущего в Украине. Название речи также приближает нас к истории украинско-польских антиимперских отношений. Общая привлекательность украинского освободительного движения связана также с тем, что оно справедливо отождествляется с чрезвычайно активным гражданским обществом, где каждому, кто хочет что-то сделать для Украины, находится соответствующее место.

Украинская революция дала много невероятных примеров. Когда я шел на встречу со студентами, которые 21 февраля 2014 г. пришли с Майдана и захватили помещение Министерства образования и науки Украины, то был остановлен на блокпосту у входа парнем в каске, бронежилете, с бейсбольной битой в руках. Он сказал магическую фразу, которая должна была идентифицировать всех «своих»: «Слава Украине» — и требовательно, пристально глядя в глаза, ждал моего ответа: «Героям слава!», — чтобы пожать мне руку и наконец пропустить в помещение МОН. Это был гражданин Израиля, который на то время жил в Западной Европе. Он сразу приехал на Майдан, а после нападения России, пошел добровольцем на фронт. Кстати, он до сих пор продолжает воевать.

ЖИТЬ — ЗНАЧИТ МЕНЯТЬ МИР К ЛУЧШЕМУ

Возвращаясь к книжке Иосифа Зисельса, нам становится понятно, что он верит не в революцию, а в эволюцию, что, по его мнению, может принести необходимые общественные изменения и изменить самих людей. Революция чрезвычайно важна. Она ломает то, что уже не нужно, выставляет новые ориентиры. Но государство нового качества не создается сразу после устранения предыдущей системы власти. Изменение предыдущих привычек, укладов, устоявшихся практик, образцов поведения, в конце концов в самом обществе требует большего времени. Это опять рационализм Зисельса, который останавливает читателя перед падением в любую идеализацию. Называет себя скептиком и дегероизатором. Мол, никогда не нужно упрощать: да, многое сделано, но нас еще ждет большая работа.

Интересны его размышления о важности примеров выживания и развития государства Израиль, которое держится в демократических рамках, несмотря на постоянное состояние войны. Иосиф Зисельс указывает на неопытность и кое-где даже наивность украинцев в отстаивании своих национальных интересов. Действительно, только очень молодое государство может в условиях войны позволить себе функционирование масс-медиа, которые выступают против Украины и фактически поддерживают агрессора. Он выражает сожаление по поводу того, что нынешнее украинское общество не нуждается в моральных авторитетах, или скорее не видит их. Очень драматичные события, быстрые изменения, люди не верят никому, кроме узкого круга близких.

В свое время Иосиф Зисельс не пошел в политику, хотя имел возможность стать народным депутатом. Он не хотел сидеть рядом и здороваться за руку с людьми, причастными к преступлениям коммунистического режима, которые не понесли за это никакого наказания. Хотя сейчас имеем перечень других чиновников и политиков в очереди на наказание за другие преступления, связанные со сдачей национальных интересов и коррупцией. Он остается общественным активистом и одним из публичных лидеров гражданского общества. Собеседник Изы Хруслинской имеет свою точку зрения на все болезненные украинские вопросы.

Он уделяет особое значение Небесной Сотне, которая и символизирует единство, силу и достоинство Украины, готовность нашего народа к совсем другой, достойной жизни. Подчеркивает необходимость усилить значимость украинского языка, чтобы он стал действительно государственным. Это важно не только с точки зрения соблюдения принципов справедливости, но и для дальнейшего укрепления украинского общества. Он считает своей обязанностью продолжать борьбу за права крымских татар, в первую очередь, за их право на национально-территориальную автономию. Также возглавляет Ассоциацию еврейских общественных организаций и общин Украины (ВААД), занимается магистерской программой по иудаике Национального университета «Киево-Могилянская академия», имеет много планов и проектов. Быть небезразличным и делать добро — простые, но чрезвычайно важные истины от Иосифа Зисельса.

Сергей КВИТ, профессор Национального университета «Киево-Могилянская академия»
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments