Корень демократии в активности граждан, а залог - в обеспечении прав человека.
Зиновий Красовский, поэт, писатель, общественный и политический деятель, политзаключенный советских лагерей, член Украинской Хельсинской группы

Как Парвус с Троцким революцию делали

На российском ТБ
20 ноября, 2017 - 10:06

К 100-летнему юбилею русской революции два главных российских телеканала выпустили два ударных сериала – «Троцкий» Владимира Хотиненко на Первом канале» и «Демон революции» Александра Котта – на «России 1». Последний рассказывает о творце теории «перманентной революции», российском и германском социал-демократе Александре Парвусе (Гельфанде) (Федор Бондарчук), в годы Первой мировой войны в сотрудничестве с германским генеральным штабом участвовавшем в финансировании российской оппозиции, в том числе большевиков.

Евгений Миронов, играющий Ленина, признался, что видел в своем персонаже черты Навального, тогда как Бондарчук, по его утверждению, в чем-то копировал Березовского. И зритель, по режиссерскому замыслу, должен радоваться, когда в финале Ленин банально «кидает» Парвуса, который мечтал о значительной роли в победившей русской революции и о посте министра финансов в первом советском правительстве. По крайней мере, от одного беса, причем более крупного, чем Ленин, и к тому же представляющего «мировую закулису», Россия была избавлена. Герой Бондарчука выступает в роли дьявола-искусителя, искушая Ленина немецкими деньгами для русской революции. В одной из документальных комментирующих вставок в сериал подчеркивается: «Зато война вызвала ликование национальных окраин, как шанс добиться независимости». И вообще в сериале всячески подчеркивается разрушительная роль национальных движений в деле падения Российской империи и их использование германской агентурой. Олицетворением падения «националов» служит в сериале эстонский социал-демократ Александр Кескюла (Юрий Уткин), тесно сотрудничающий с германской разведкой. Зрителю пытаются внушить, что никаких реальных сил за этими движениями не было, и они могли существовать, как и большевики, только на иностранные деньги.

Ленина в сериале ругают меньше, поскольку он традиционно воспринимается как национальный лидер, да к тому же переиграл Парвуса. В «Демоне революции» Ильич прямо заявляет, что хочет процветания России. Противостоят же Парвусу благородные офицеры русской контрразведки Александр Балуев (полковник Туркестанов) и Максим Матвеев (ротмистр Мезенцев), понятно на кого похожие, да вот беда – не успевающие предотвратить революцию. Хорошая игра Федора Бондарчука и Евгения Миронова во многом компенсирует искусственность и антиисторичность сценария. Поэтому на фоне абсолютно провального «Троцкого» «Демон революции» смотрится относительно неплохо.

В фильме Хотиненко подчиненные Ленину большевики обладают развитой подпольной сетью за пределами России и в состоянии ликвидировать в Швейцарии полицейских агентов, а также контролировать доставку транспортов с оружием. И вообще в фильме действия большевиков больше напоминают действия американских гангстеров 20-х годов. В реальности в период Первой мировой войны никаких таких возможностей у Ленина и его соратников, едва сводивших концы с концами, не было. Подобное всемогущество большевиков понадобилось авторам фильма для того, чтобы показать, почему все германские деньги пошли именно на их поддержку. Способность расправляться с «предателями»-перебежчиками в Европе советские карательные органы – ОГПУ и НКВД обрели только в 1930-е годы.

В финале героя Балуева, полковника Василия Туркестанова, убивает в июльские дни 1917 года один из пособников революционеров с явным уголовным прошлым, когда-то полковником арестовывавшийся. Эта сцена, очевидно, символизирует предрешенную гибель старой России и тех сил, которые только и могли противостоять «мировой закулисе». Реальный полковник Василий Георгиевич Туркестанов, бывший начальник контрразведывательного отделения Главного управления Генерального штаба, был расстрелян в 1937 году.

«Троцкий» - сериал крайне эклектичный. Константин Хабенский, вполне карикатурно и шаржировано сыгравший Троцкого в сериале «Есенин», продолжил эту линию и в новом сериале. Карикатурный и нелепый Троцкий, наверное, был бы уместен в комедии «черного юмора». Однако в фильме Котта все происходит как будто всерьез, и несуразный главный герой просто разрушает действие. Правда, «Троцкий» динамичнее «Демона революции» и больше построен на компьютерных спецэффектах, что привлекает молодежь. Речи Троцкого звучат так, что вызывают смех, хотя прототип был первоклассным оратором, а тут говорит бездушными штампами, которые ни в революцию, ни в бой никого не поведут. И Лев Давыдович в фильме сам уподобляет себя Богу. А надзиратель Николай Троцкий (Сергей Гармаш) объясняет ему, что невозможно властвовать над людьми, оставаясь для них человеком, и управлять можно только страхом. Поскольку Гармаш явно переигрывает Хабенского, Лев Бронштейн опять-таки выглядит смешно. А когда герой берет себе фамилию Троцкий, он, согласно режиссерскому замыслу, одновременно примеряет на себя принципы, высказанные героем Гармаша.

А еще Троцкий – сексуальный гигант, окруженный, как и положено дьяволу, сонмом любовниц-ведьм. «Он поимел весь этот чертов мир!» - признается одна из любовниц Троцкого, по совместительству ставшая любовницей его убийцы.

«Понятие родины устарело» - говорит Троцкий. И вот этого вымышленному Троцкому создатели сериала простить не могут. От Сталина (Орхан Абулов) Троцкий, как считают авторы фильма, отличается только тем, что творил террор и беззаконие во имя идеи, тогда как Сталин действует лишь в собственных интересах, творя то же самое. Эту мысль озвучивает убийца Троцкого Джексон-Меркадер (Максим Матвеев), одевающий маску Смерти. Сталин – Голем Троцкого, уничтожающий своего создателя. Это уже сам Троцкий говорит. В сериале назойливо повторяется мексиканский карнавал, но персонажи фильма на карнавальных не похожи. Троцкий же, точно зная, что Джексон – агент Сталина и его убийца, сознательно идет навстречу смерти, провоцирует Джексона, избивая  его и называя трусом, а затем заботливо поворачивается к нему спиной и оставляет рядом с висящим на стене ледорубом. Ведь дьявол теперь – Сталин.

Ленин же (Евгений Стычкин) на фоне дьявола Троцкого смотрится почти приличным человеком, хотя и довольно комичным. Он гонит от себя искусителя и боится его, тогда как в итоге Троцкий прокладывает Ленину дорогу к власти. В фильме всячески подчеркивается, что Троцкий, а не Ленин был вождем Октябрьской революции.

По ходу действия Троцкого не раз пытаются застрелить, но никто из убийц не может выдержать его дьявольского взгляда. Поэтому успешен только Джексон, который ударил сзади, да и то буквально по просьбе самого Льва Давыдовича. В то же время, не полагаясь только на силу взгляда, Лев Давыдович однажды заслоняется от очередного покушающегося… собственным сыном. И ведь не скажешь что подлец, поскольку персонаж целиком инфернальный, а к ним человеческие категории вроде как не применимы.

Примитивный символизм фильма порой раздражает, что, вероятно, является следствием столь же примитивно написанного сценария. По сюжету Парвус (Михаил Пореченков), который в фильме Котта крайне невыразителен и не выдерживает никакого сравнения с Бондарчуком у Хотиненко, в свою очередь искушает Троцкого и с помощью германского правительства получает деньги на его раскрутку как будущего разрушителя России, с которой Германии вскоре предстоит воевать.

Дело, напомним, происходит в самом начале XX века. На революцию в России Парвус просит и, как можно понять, получает фантастический миллиард марок. К истории это, разумеется, никакого отношения не имеет, зато отражает идею фильма о том, что революция в России – результат происков иностранных держав. В общем, Парвус родил и раскрутил Троцкого, а Троцкий родил Октябрьскую революцию. За большие деньги любую революцию можно сделать, а творцы ее – отвратительны. По-другому на российском телевидении быть не может.

Борис СОКОЛОВ, профессор, Москва

Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments