Не всякий человек способен быть у власти, а лишь такой, что по природе своей стремится к правде и справедливости.
Станислав Ореховский-Роксолан, украинский писатель, оратор, публицист, философ, историк, полемист, гуманист эпохи Возрождения

Немецкий опыт

Кто нам ближе: Конрад Аденауэр или его противники, которые отстаивали объединение любой ценой?
18 октября, 2019 - 12:33

Важность конкретных шагов в случае их реализации, что вытекает из «формулы Штайнмайера», для будущего Украины беспрекословна. Исходя из того,  что господин Штайнмайер является президентом Федеральной Республики Германия, стоит вспомнить некоторые факты из истории ФРГ, которые, как по мне, имеют отношение к пониманию перспектив развития ситуации на Донбассе по этой формуле.

По окончании ІІ мировой войны существовали две Германии              — Федеративная Республика Германия (ФРГ) и Немецкая Демократическая Республика (ГДР). Существование ГДР полностью зависело от помощи СССР, на ее территории базировались значительные воинские подразделения. А существование ФРГ зависело на то время — от поддержки стран Запада. 

9.09.1949 года на новую для ФРГ должность канцлера был избран Конрад Аденауэр. Ему было 73 года (к вопросу о так называемых «новых лицах»). Перед страной, которая проиграла изнурительную ІІ мировую войну и была оккупирована странами-победителями, стояло множество проблем, которые требовали быстрейшего решения. Одной из таких болезненных проблем было объединение Германии, объединение народа, который оказался в двух государствах  с противоположными политическими системами.

Объединение ФРГ и ГДР мало волновало западные страны. Перед ними стояла другая неотложная проблема — объединение для обеспечения безопасности европейских стран от возможного распространения влияния Советского Союза и идей коммунизма. Результатом этих усилий стало создание НАТО 4.04. 1949 года.  А для Москвы объединение двух немецких государств было одним из важных внешнеполитических заданий. в 10.03.1950 году Москва обратилась к трем странам — США, Англии, Франции с инициативой о «мирном договоре с Германией». Это обращение известно как «нота Сталина». Главным содержанием обращения была идея нейтралитета объединенной Германии (аналог — нейтралитет Украины, чего требуют некоторые политические силы). Западные страны не дали ответа на обращение; они были уверены, что за красивыми словами кроются другие намерения. К.Аденауэр, который никогда не верил словам Кремля, отреагировал однозначно: «Нейтралитет означает для Германии объявление ее страной-ничто. Тем самым мы превратимся в объект и никогда уже не станем субъектом». Это вызвало шквал обвинений в его адрес: он теряет реальный шанс на объединение страны. Но Аденауэр занимал твердую позицию. Он был уверен, что Москва, пользуясь присущей ей политической агрессивностью и пренебрежением к любым договоренностям, постепенно распространит свое влияние на всю Германию.  

В ходе этой полемики вырисовывалась еще одна принципиальная позиция К.Аденауэра. Что важнее для будущего Германии     — объединение любой ценой или стоит избрать другой путь? На это он четко ответил при подписании «Вечного мира» между Германией и Францией 22.01.1963 года: «Я готов пожертвовать немецким воссоединением, если мы создадим и войдем в сильное западное общество».  Для него куда важнее было сделать хотя бы западную часть Германии процветающей демократической страной, членом евроатлантической системы безопасности — а объединение рано или поздно произойдет. И немцы останутся немцами всегда (не будем забывать, что нынешний канцлер А.Меркель родом из ГДР). Именно для них одна из статей Конституции ФРГ декларировала, что как только «восточные земли» пожелают, они сразу же без дополнительных решений и проволочек приобретут юрисдикцию ФРГ. Аденауэр  был убежден, что СССР долго не просуществует. Это убеждение у него окрепло после официального визита в Москву в сентябре 1955 года для освобождения нескольких десятков тысяч немецких военнопленных. Среди немногих его поддержал бундесминистр Шредер: «Федеральная Республика — это Германия. Другие области — это территория, которой нас незаконно лишили и которая должна быть возвращена назад». Позже эту позицию К.Аденауэра оправдал Гельмут Шмидт, пятый канцлер ФРГ  ( 1974—1982 гг.): «Без процесса внутреннего распада Советского Союза в 1990 году объединение, которое состоялось, было бы невозможным».

Когда-то старшеклассником из окна Дома офицеров в г. Шверин в центре города я наблюдал попытку путча (или народного восстания ) в ГДР  в июне 1953 года. По мостовой колонной по 10  человек шли несколько тысяч членов Фрайе Дойче Югенд, немецкого комсомола. Все в униформе, в ботинках, подкованных гвоздями, размеренным шагом (гвоздями о камень) под одиночные выстрелы на окраинах, под бряцанье танков о мостовую они пели Гимн демократической молодежи (первая строка — «Дети разных народов мы мечтою о мире живем»). Эмоции вспоминаю до сих пор. И вся эта молодежь со временем стала добропорядочными гражданами капиталистической ФРГ. Немцы остались немцами и после 45 лет пребывания под коммунистической идеологией.

Каковы всего этого уроки для нас? Нужно думать — кто нам ближе: Аденауэр или его противники, которые отстаивали объединение любой ценой?

Газета: 
Новини партнерів


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ