Воля, освобождение - вот тот конечный флаг, к которому тянется все, к которому стремятся и воины с мечами, и моралисты с заветами, и поэты со стихами.
Василий Липкивский, украинский религиозный деятель, церковный реформатор, педагог, публицист, писатель и переводчик, создатель и первый митрополит Украинской Автокефальной Православной Церкви.

Украина будет отмечать свое «потерянное время»

27 июля, 2002 - 00:00


О Переяславской Раде имеют свое представление даже те, кто весьма поверхностно знаком с историей Украины. Для кого-то это все еще — славная эпоха воссоединения восточного славянства, для кого-то — начало московского угнетения Украины. Проблема отражает те внутренние противоречия, которые существуют в современной «многовекторной» Украине; мы, не очень хорошо зная свою историю в деталях, продолжаем оставаться ее, истории, заложниками. И потому она до сих пор кровоточит... Продолжая тему, поднятую неделю назад (№128, с. 20), предоставляем слово журналисту и историку Ивану Гватю, работающему в Праге.

Если что и убито у нас московско-петербургской историей, так это твердость духа и спины.

Михаил Драгоманов

Индия, Вьетнам и другие государства, бывшие колонии Великобритании или Франции, насколько мне известно, отмечают не дату начала своего колониального порабощения, а дату обретения независимости. Австрия также не отмечает «аншлюс» марта 1938 года, несмотря на то, что тогда большинство австрийцев отнеслись к этому с одобрением. Впрочем, наше государство якобы также не исключение. Украина празднует государственную независимость. А вот почему решено, согласно указу Президента от 13 марта 2002 г., отмечать годовщину «казацкой рады» в Переяславе 1654 г., этого не могут уразуметь многие украинцы, даже уважаемые историки и журналисты. Ведь речь идет о событии, с момента которого М. Драгоманов датирует «потерянное время» Украины.

«НИКАКОЙ УКРАИНЫ НЕТ!»

Начнем, однако, со «свеженькой» истории и вспомним некоторые преинтереснейшие эпизоды. Итак, через 8 дней после провала путча ГКЧП и на пятый день жизни государства Украина из Москвы в Киев прибыла делегация, которую возглавлял тогдашний вице-президент Российской Федерации Александр Руцкой.

В украинской столице он дал пресс-конференцию, которой впоследствии много внимания уделил в своей книге «Обретение веры» (Москва, 1995). Что же заявил российской политик в Киеве 29 августа 1991 года? «Раскол россиян, украинцев и белорусов является наибольшим поражением Российского Государства со времен Богдана Хмельницкого», — сказал А. Руцкой. И чтобы не было различных толкований, он добавил, что СССР — «это была Россия, названная Советским Союзом».

25 декабря 1998 года. Нижняя палата Госдумы России рассматривает проект «большого» Договора с Украиной. Г. Тихонов, председатель комитета Государственной думы по делам СНГ отметил: «Россия идет к интеграции. Великая Россия, или Советский Союз, — как угодно, кому как нравится называть». Лидер фракции КПРФ Г. Зюганов: «Наше единое государство и единый, триединый русский народ — великороссов, малороссов и белорусов — разрезали по живому... Без славянского триединства не может быть никакого возрождения нашего великого Отечества». Лидер ЛДПР В. Жириновский: «О каком государстве вы говорите? Где и когда? С 1917 по 1922 демократическая Украина с Петлюрой и с Махно, и потом мы всех вычистили из Киева, потому что Киев — это начало России... Никакой Украины нет!»

В итоге 54% депутатов Нижней палаты парламента России все-таки проголосовали за ратификацию договора. Жириновский к своим коллегам-парламентариям, голосовавшим за договор с Украиной, обратился с достойным российского «либерала» приветом: «пусть у вас отсохнут руки — 243 предателя России». 17 февраля 1999 г. договор обсуждала, а затем и ратифицировала Верхняя палата российского парламента. Против ратификации голосовало 25 членов Совета Федерации, среди них Ю. Лужков.


Не увенчалась успехом и попытка руководителя Отдела внешних церковных отношений Московского патриархата митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, который накануне голосования, побаиваясь, по-видимому, за целостность «канонической территории» РПЦ, читай — Украины, призвал российских сенаторов не спешить с ратификацией договора с Украиной.

«ЗАБОТЫ» ОБ УКРАИНЕ

Недавно российский МИД высказал Киеву недовольство по поводу планов правительства Украины о реабилитации ОУН-УПА. Случайное ли это стечение обстоятельств, или же какой-то дипломатический просчет? Отнюдь! Эти «заботы» об Украине глубоко уходят корнями в историю. Помните, у А. Пушкина?

Куда отодвинем строй твердынь?
За Буг, до Ворсклы, до Лимана?
За кем останется Волынь?
За кем наследие Богдана?

Разумеется, до некоторой степени можно понять переживание и боль современных российских политиков, которые с такой откровенностью говорят, что СССР, которого уже более десяти лет не существует, это была — Россия... Не дает покоя весьма болезненное осознание того, что нероссийским народам СССР было куда «убегать» от России, а последняя сама от себя не убежит. Это и есть тот «интернационализм» и «дружба народов», о которых, в частности, после 1917 года врала «московско-петербургская история», чтобы украинцам и другим народам в империи продолжать «ломать спину», душить чувство национального достоинства и самоуважения, о чем писал М. Драгоманов в конце ХIХ века.

Кровавые оргии начались, собственно, после 1917 года и также — из Петербурга. Сегодня мы уже знаем, что легло в основу этой, воистину исторических масштабов, человеконенавистнической программы большевиков. Вот как это представил «любимец» партии Зиновьев: «Пролетарское принуждение во всех формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи». Прочитав это, «великий гуманист» Ленин собственной рукой рядом с приведенным текстом записал: «именно!», «очень хорошо», «превосходно!».

Как объяснят эту практику ленинско-бухаринского учения их нынешние последователи в Украине именно сейчас, в 70-ю годовщину искусственного голодомора, когда Украина будет скорбить и оплакивать миллионы своих убиенных? Неужели наследники «ума, чести и совести» из-под знамени КПУ будут повторять ложь, дескать, все это зло — дело Сталина, и что партия уже давно в этом разобралась и покаялась?

Вернемся к М. Драгоманову. В работе «Украина и центры» (Сборник «Громада» № 2, Женева, 1878), приглашая читателя внимательно присмотреться к хуторам и селам Украины, к последствиям русификации школы, Драгоманов пришел к выводу, что «вся государственная история России есть не что иное, как только опустошение краев, их разграбление и обман и отнюдь не «собирание» для того, чтобы их впоследствии просветить европейской наукой, осчастливить всякими другими благами».

К сожалению, в Украине еще и сегодня существует и среди представителей интеллигенции очень много тех, кто убежден, что именно благодаря России, как посреднице, Украина «причащалась» к достижениям мировой культуры и цивилизации. Это так, «для нас Петербург стал действительно окном в Европу только с конца ХVIII ст., когда уже до последнего заела нас централизация», констатировал Драгоманов, которого трудно заподозрить в русофобии, и напоминал, что способная молодежь с Украины и без «Петрового окна» училась в западноевропейских университетах. Вспомним Петра Могилу, Мелетия Смотрицкого и десятки других. Впрочем, это было до «аншлюса» 1654 года.

Через несколько лет началось интенсивное сближение православного царя Московского с католическим королем Польши, результатом которого был Андрусовский мир 1667 года. В ходе этих переговоров князь Ордын-Нащекин советовал московскому царю продать казаков полякам. А запорожцам, высказавшим свое возмущение, было сказано «пора вас к Богу пущать». И тогда, пишет российский историк С. Соловьев, московские бояре сговаривались с польскими панами — что было бы хорошо, если бы король совместно с царем «загубили собак-казаков». Вот тебе и отношение к единоверным православным братьям-казакам запорожским, поверившим царю Московскому!

Впрочем, это вещи известные, до них уже можно без труда докопаться в библиотеках. Другое дело, что такие и аналогичные исторические факты еще должным образом не переосмыслены в народе и некоторыми украинскими политиками. Но не следует этому удивляться. Не было возможности, потому что, как напоминает нам Александр Довженко в своем дневнике: «Единственная страна в мире, где не преподавалась в университетах история этой страны, где история считалась чем-то запрещенным, вражеским и контрреволюционным, — это Украина. Второй такой страны на земном шаре нет... Где расти слабым духом и запроданцам, как не у нас?» (14.04.1942).

КОЕ-ЧТО О ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПИРОТЕХНИКЕ

Вопрос Довженко отнюдь не риторический и сегодня, если иметь в виду, например, деятельность «Союза советских офицеров» в Украине, откровенно украинофобские статьи в русскоязычной прессе Крыма, в некоторых газетах УПЦ Московского патриархата. А сколько украинских москвоцентричных «зубров» выступает сегодня за создание союза России, Беларуси и Украины? Слепые и глухие, ибо якобы не смыслят, что понимают под этим ведущие российские политики. Напомню тезис еще одного ленинского «богослова» о троице. В прошлом году в июне в Москву слетелись «славянские орлы» (Хомяков) на съезд народов- славян. Председатель съезда, бывший редактор газеты советского интернационализма «Правда» Г. Селезнев заявил участникам, что «у Беларуси, России и Украины — единый славянский корень: это три страны — один народ!» И вновь рецидив зюгановщины!

От украинцев отреагировал Б. Олийнык. Выступая на славянском съезде, он сказал, что пора перестать заниматься «политической пиротехникой типа «триединый народ», потому что «потом, гляди, появятся и «еще менее-россы». Следует исходить, продолжал Б. Олийнык, из реальных фактов жизни «трех равноправных и равновеликих народов — белорусского, русского и украинского». Даже больше, гость из Украины высказался и о запрете в прошлом украинского языка: «Да, запрещали. В частности украинский язык — десятки раз. Но при чем здесь русский народ?» По мнению Олийныка, это только «международная закулиса» создавала образ врага в лице российского народа, «который, мол, то и делал, что давил, угнетал и запрещал»... Он что, собирал вече и принимал решение по сему поводу?»

Ну это, понятно, был реверанс Б. Олийныка перед организаторами московской славянской тусовки, замешанный на прозрачной демагогии, потому что подобная постановка проблемы несерьезна. Б. Хмельницкий также не проводил «референдум» среди своего народа накануне Переяславского судьбоносного решения.

Через две недели после ратификации Государственной думой России договора с Украиной директор Всероссийского центра изучения общественного мнения Юрий Левада опубликовал самые свежие на то время результаты социологического опроса среди населения России. Леваду взволновала «массовая поддержка националистической идеи «Россия — для русских» (более 40% опрошенных). 78% опрошенных россиян считали, что Севастополь должен принадлежать России, и почти половина населения не одобряла подписанный с Украиной договор («Труд», 5.3.1999). Вот настроения, на которые опираются, ловко ими манипулируют зюгановы, лужковы, жириновские, когда речь идет об отношениях между Россией и Украиной.

В связи с подобными настроениями стоит привести интересные мысли выдающегося грузинского философа М. Мамардашвили, который в июне 1989 года в интервью газете «Заря Востока» сказал, что российско-советская империя является империей не российского народа, а «посредством русского народа». Россияне живут не лучше, чем другие народы СССР, сказал Мамардашвили и продолжал: «Российский народ может быть даже более угнетен, но в представлении других народов причины этого угнетения переносятся на него самого в силу непроясненности и темноты его чувств, в силу свойственного ему отрицания индивидуальных начал культуры и бытия, инстинктивного, косного отрицания всего иностранного, западного и — самое главное — его податливости этой машине, в силу отсутствия в нем иммунитета против действия тоталитарных структур сознания» («Как я понимаю философию», стр. 204).

Разумеется, настроения в обществе иногда меняются или по крайней мере колеблются. Кое-кто готов сказать: а если философ не прав? Памятуя о результатах, опубликованных Ю. Левадой, можно задать встречный вопрос: а народ-то прав? Всегда ли глас народа является «гласом Божьим»?

ПОЧЕМУ НУЖНО ОГЛЯДЫВАТЬСЯ НАЗАД?

В 1909 году М. Павлык опубликовал во Львове часть рукописного наследия своего духовного отца М. Драгоманова. Речь идет о введении к масштабно задуманному труду, который Драгоманов начал писать в то самое время, когда в сборнике «Громада» он опубликовал исследование «Украина и центры». Предисловие к своей незаконченной «Лебединой песне» под названием «Пропащий час. Україна під Московським царством (1654 — 1876)» Драгоманов начал такими словами:

«Плакать о древности, желать возврата ее — всегда напрасное дело, а особенно для нас, слуг «простого» украинского народа. Мы хорошо знаем, что того, чего мы хотим — не было еще никогда на свете, а только будет когда-то, когда люди станут гораздо умнее, чем теперь. Однако оглядываться назад нужно, дабы знать, из-за чего сейчас стало так горько, чтобы не ошибиться снова, как когда-то ошибались. Украинцам нужно как следует оглянуться назад и вспомнить последние две сотни и два десятка лет после того, как казаки украинские под предводительством Богдана Хмельницкого подались под руку «царя Восточного, Московского» в 1654 году».

Президентский указ от 13 марта 2002 г. «О праздновании 350-летия Переяславской казацкой рады 1654 года» дает украинцам прекрасный повод оглянуться назад и много чему научиться, многое понять, осознать и переосмыслить, чтобы сохранить, как говорили древние греки, «фронезис», то есть практическую мудрость. Она, кстати, и есть основа разумной политики.

Иван ГВАТЬ, Прага
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ