Корень демократии в активности граждан, а залог - в обеспечении прав человека.
Зиновий Красовский, поэт, писатель, общественный и политический деятель, политзаключенный советских лагерей, член Украинской Хельсинской группы

Человек-памятник

Лишь недавно Виктор Гуназа увидел самого себя. В Трептов-парке
16 июня, 2005 - 20:14
ТАКИМ ЗАПЕЧАТЛЕЛ СТАРШИНУ ГУНАЗУ СКУЛЬПТОР ЕВГЕНИЙ ВУЧЕТИЧ / ВИКТОР МИХАЙЛОВИЧ ГУНАЗА

Ветерана Великой Отечественной войны, полковника в отставке Виктора Михайловича Гуназу в Днепропетровске многие называют «человеком-памятником». Шестьдесят лет назад, вскоре после победы над фашистской Германией, младшему командиру пехотного взвода, прошедшего с боями от берегов Днепра до столицы Австрии, довелось познакомиться с начинающим скульптором Евгением Вучетичем. Внешность бравого старшины с Украины, судя по всему, показалась скульптору примечательной, а эскизный рисунок, сделанный в воинской части, вскоре был использован им при создании знаменитого монумента советскому воину-освободителю, который стоит в берлинском Трептов-парке. Этот памятник, ставший одним из символов победы над фашизмом, 80-летний ветеран впервые смог увидеть и посетить лишь совсем недавно, побывав накануне юбилея в столице Германии.

О себе, как и большинство фронтовиков, Виктор Михайлович рассказывает немногословно. Родился он в 1925 году в многодетной крестьянской семье под Запорожьем, которое в то время входило в состав Днепропетровской области. Еще в конце 30-х умер отец, а затем и мать. Все тяготы фашистской оккупации Виктор Гуназа перенес в селе, а когда осенью 1943 года вернулись советские войска, его вместе с другими юными призывниками сразу бросили в бой. Уже под Кривым Рогом он получил тяжелое ранение и после госпиталя был направлен в школу младших командиров. Освобождать пехотинцу Гуназе пришлось не только Украину, но и многие страны Центральной Европы — Румынию, Болгарию, Югославию, Венгрию и Австрию. Особенно ему запомнились жестокие бои возле венгерского озера Балатон, где немцы предприняли последнюю крупную попытку контрнаступления. Виктор Михайлович вспоминает, что эсесовцы воевали с особым зверством — захватив в один из боев советских пленных, они разбили им головы кувалдой, положив на наковальню. «После этого, — говорит фронтовик, — не было пощады и им».

Конец войны застал Виктора Гуназу под Веной, в живописной лесной местности. «Как-то раз, — рассказывает он, — когда наши солдаты отправились на учение, я задержался в расположении части и вдруг увидел постороннего человека. На всякий случай проверил документы и проводил к дежурному по полку. Выяснилось, что это и был Евгений Викторович Вучетич. Сам он еще в начале войны добровольцем ушел на фронт, воевал, был очень тяжело ранен. Учился в академии Грекова, хотя еще до войны занимался живописью и скульптурой. На 3-м Украинском он сотрудничал во фронтовых газетах, а потому и оказался в нашей части. На мою подозрительность не обиделся и даже похвалил, ведь во время войны и после нее всякое случалось».

Разговорившись со старшиной Гуназой, Вучетич вдруг предложил ему немного попозировать, чтобы сделать карандашный рисунок. «Есть задумки, — сказал он, — создать скульптуру воина- освободителя, которая увековечила бы подвиги наших солдат». «На следующий день, — вспоминает Виктор Михайлович, — Вучетич появился в нашей части уже со всем необходимым; меня поставил на скамейку, а в правую руку вложил деревянный меч, выструганный из обыкновенной сосны. Само собой, нас окружили солдаты и офицеры, которые начали давать советы: как встать, куда глядеть и какую занять позу. Сам Вучетич попросил меня согнуть левую руку и представить, что я держу маленького мальчика. По этому поводу разгорелась настоящая дискуссия — я возразил, что логичней изобразить воина-освободителя с девочкой на руках, ведь женщина символизирует продолжение рода. Вучетич, подумав, тут же согласился». По словам Виктора Михайловича, рисунок получился довольно быстро — было удивительно видеть себя да еще и в качестве памятника или скульптуры, тем более, что за годы войны от искусства многие отвыкли. Сам Вучетич оказался очень приятным человеком и собеседником. «У нас с сослуживцами, — рассказывает Виктор Михайлович, — накануне было праздничное застолье — все подумывали о возвращении домой, но не у всех были веселые мысли и настроение. Многим, откровенно говоря, некуда было ехать — за время войны и оккупации их родственники умерли или погибли, а дома и подворья — сгорели. Мы их успокаивали, как могли. Вот этими горькими размышлениями делились и с Вучетичем. Расстались мы настоящими друзьями, он записал наши данные и адреса, но так уж сложилось, что больше мы не встретились».

«Уже спустя несколько лет, — говорит Виктор Михайлович, — я увидел в кинохронике памятник воину-освободителю, который был открыт в Трептов-парке в мае 1949 года. Разумеется, вспомнил о той встрече с Евгением Вучетичем, которая состоялась в нашей части под Веной. Не буду утверждать, что в бронзе отлит именно я, скорее всего, скульптура стала собирательным образом, созданным на основе нескольких прототипов, хотя многие находят большое сходство со мной». Действительно, на фронтовых фотографиях Виктор Гуназа выделяется среди своих сверстников и однополчан особой статью — высокий и широкоплечий, с густой шевелюрой русых волос, он смотрится настоящим олицетворением защитника Родины.

Интересно, что в послевоенные годы, будучи кадровым военным, Виктор Михайлович целое десятилетие прослужил в частях, расквартированных на территории ГДР. «Конечно, — говорит он, — мне всегда хотелось побывать на мемориале в Трептов-парке, однако он находился в западном секторе Берлина и попасть туда было совсем непросто или почти невозможно». Увидеть памятник сначала довелось одному из трех сыновей Виктора Гуназы, который служил в Берлинской бригаде. Побывав на экскурсии в Западном Берлине вместе с семьей, он, вместе с внуками, не преминул сообщить отцу о необыкновенном сходстве скульптуры с «оригиналом».

«Самое удивительное заключается в том, — делится размышлениями ветеран, — что в течение жизни мне не раз приходилось делать какие-то неожиданные открытия, связанные с Е. Вучетичем. Так, поселившись в Днепропетровске после окончания службы, я выяснил, что он родился именно в этом городе, а на улице К. Либкнехта, 5 до сих пор стоит дом, где еще до революции жила его семья. Совсем недавно обнаружил, что в соседней школе хранится фотография с дарственной подписью Е. Вучетича, который в свое время встречался с учениками, когда работал над памятником А. Матросову, установленным возле Музея комсомольской славы». Знаменитого советского скульптора Виктор Михайлович считает большим мастером, который как никто увековечил в своих творениях подвиг народа в минувшей войне. «Он и погиб, как фронтовик, — замечает ветеран, — поскольку после ранений и контузии тяжело болел и был слаб сердцем».

Лишь совсем недавно Виктору Михайловичу представился случай побывать в Берлине. «Когда мы приехали в Трептов-парк, — рассказывает он, — верите или нет, но мне захотелось встать по стойке смирно и отдать честь величественному солдату-освободителю и тысячам тех, кто лежит под могильными плитами». По словам ветерана, в это время возле памятника было много молодых людей, которые с уважением смотрели на мундир, ордена и медали, улыбались и приветствовали пожилого полковника. «И тогда я почувствовал, — сказал Виктор Михайлович, — что пришли совсем другие времена, когда нужно искать и находить пути для взаимопонимания и тесной дружбы. Думаю, что в новой, объединенной Европе все будет именно так».

Вадим РЫЖКОВ, «День». Фото из архива «Дня»
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments