Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

Руслан ГОРОВОЙ: «Ребенка надо учить любви»

28 декабря, 2001 - 00:00


Благотворительность в наше время стала чем-то вроде хобби, которым увлекаются единицы. Но есть люди, которые занимаются этим профессионально. Для них благотворительность — работа.

В конце сентября телекомпания «Магнолия-ТВ» при поддержке газеты «День» начала проект «Телевизионная служба розыска. Поможем детям». На сегодняшний день к программе подключились несколько общественных телеканалов, газет и журналов. О результатах своей работы читателям «Дня» рассказывает автор проекта и главный редактор программы «Телевизионная служба розыска» Руслан ГОРОВОЙ.

— Что послужило толчком к созданию программы «Телевизионная служба розыска»?

— Раньше в телевизионной программе «Ситуация» одной из рубрик был розыск. Со временем пришло понимание того, что показ только одного пропавшего человека в программе — это очень мало, а размещение большего количества людей в десятиминутной передаче просто нереально. Бывали моменты, когда у нас собиралось по 40 заявок. Идея программы «Телевизионная служба розыска» появилась давно, но понадобилось около двух лет, чтобы она реализовалась. Газета «День» очень помогла в этом, проведя до первого эфира «службы» «круглый стол», а потом размещая фото детей. После этого нам не нужно было объяснять, какой проект мы готовим. Сегодня нас поддерживает четыре телеканала. На мой взгляд — это не предел. Наша программа-максимум — добиться того, чтобы информация о пропавших детях шла по всем украинским каналам.

— Как быстро программа оправдала свое появление на экранах?

— После первых выпусков нашлось двое детей: мальчика из Киева нашли в Одессе, а мальчика из Луцка — в Ровенской области. А вообще, благодаря программе «Телевизионная служба розыска», нашлось шесть человек. До акции таких результатов не было. Самому старшему из детей 16 лет, младшему — 3,5 года. Все они уже дома.

— Принято считать, что благотворительность — женское занятие. Что мужчину привлекает в этой специфической работе?

— На этот вопрос очень легко ответить, если у вас есть собственные дети. Не дай Бог, ваш ребенок когда-нибудь пропадет, а вы не будете знать, что делать. Мы, взрослые, на некоторые вещи смотрим со своей точки зрения, дети — со своей. То, что для нас кажется пустяком, для них оборачивается проблемой. Ребенок может не так отреагировать на ссоры родителей. Дети — максималисты по натуре. Для них ссора в семье может означать что угодно, например, что жизнь кончилась. И когда родители честно говорят нам, какой конфликт послужил поводом ухода ребенка из семьи, то я знаю, на что ориентировать телезрителя.

— Кто сообщает вам о пропавших детях?

— Все дети нашлись, благодаря телезрителям. Когда человек встречает в толпе лицо, которое он видел по телевизору, то этого ребенка он уже не отпустит. Когда с ребенком нормально поговорить, то он изливает тебе душу. Когда его успокаивают, то стена непонимания исчезает — и ребенок нормально себя чувствует. Ведь большинство детей, убежавших из дому, хотят вернуться, но боятся реакции родителей. Родители сходят с ума, а ребенок думает, что его будут наказывать.

— Как, по-вашему, нужно воспитывать детей, чтобы они не уходили из дому?

— Существует хорошая поговорка, которая применима и к этому вопросу: «Относись к другим так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе». Ребенок — такой же человек, как и ты, он так же воспринимает мир. Если родители, кроме любви, еще и понимают проблемы ребенка, то он никогда не уйдет из дома. Конфликтные ситуации есть в любой семье, и если родители умеют это сглаживать, проявлять сдержанность, то ребенок не уйдет.

— Изменились ли ваши взгляды на воспитание за время работы над проектом?

— У меня есть дочка Настя, и ей скоро будет 11 месяцев, но я уже знаю, что моя работа дала мне необходимые базовые знания, которые я учитываю, и некоторых ошибок уже не допущу. Я еще не могу точно сказать, как я буду воспитывать своего ребенка, но уже чувствую, что есть вещи, которые никогда не сделаю. Я буду учить ребенка любви. Часто встречаются ситуации, когда выходишь на улицу и видишь, как возле подъезда гуляют маленькие дети. Выходит мама с ребенком, которому два года. Этот ребенок подходит к своим ровесникам и слышит: «Пошел вон отсюда». Эти слова дети «приносят» из дому, где эта лексика — норма. Сейчас многие родители заняты тем, чтобы прокормить семью, и мало уделяют внимания детям. Как правило, из таких семей и убегают дети. Пройдет пять — десять лет, и они станут угрозой для наших детей и для нас. И не нужно потом никому жаловаться, что «на меня в парке напали малолетки: забрали шапку и пробили голову». Виноваты в этом не только родители. У нас привыкли, что виновата семья и милиция, а мы не виноваты — мы потерпевшие. На самом деле все наше общество вырастило этих детей.

— Ваша программа — как «скорая помощь»...

— Когда мы начали участвовать в возвращении детей домой, то поняли — эти дети больше не убегут. А если это случится, то значит, в семье что-то не так. В принципе, когда родители находят пропавших детей, отношения в семье становятся более теплыми. Из этих детей вырастут нормальные люди. Но два-три месяца пожить на улице на таком холоде — тяжелое испытание для ребенка. В какой-то компании ему предложат выпить, потом скажут: «Нюхай клей», а потом с этим ребенком уже ничего не сделаешь — у него остаются только животные рефлексы. Я не вижу будущего у такого ребенка.

— Какой телепроект вы хотели бы осуществить в будущем?

— Программа «Телевизионная служба розыска» — это тот проект, который я хотел воплотить в жизнь. На сегодняшний день я не могу себе представить, что у меня не будет работы на этом поприще. 20 детей в день по Украине как исчезали, так и продолжают исчезать. Эта проблема не решена нигде в мире. Поэтому сколько будет моих сил, столько я буду работать над этим проектом. Наша программа — не шоу. Она не приносит никакой прибыли. Очень хорошо, что наш директор Евгения Ткаченко понимает: есть вещи, которые можно делать или не делать, а есть вещи, без которых нельзя жить.

— Что сегодня препятствует поиску?

— К сожалению, в нашей стране очень слабо связаны между собой областные отделы криминального розыска. Ни для кого не секрет, что не везде есть не только Интернет, но и просто компьютер. Технические возможности — на уровне 80-х годов. Те люди из розыскников, с которыми я знаком, — фанатики своего дела. Все было бы проще, если бы у нашей милиции была хотя бы какая-то база для быстрого обмена информацией. Поэтому телепрограммы и газетные публикации оказывают им огромную помощь.

— Как вы собираетесь усовершенствовать процесс поиска?

— Когда-то я задался вопросом: «Кто может повлиять на ребенка, чтобы тот вернулся домой?» Ответ напрашивался сам по себе — его кумир. Сегодня у нас проводится новая акция — звезды обращаются к детям с призывом вернуться домой. Многие певцы, спортсмены живо откликнулись на это предложение. Первой к детям в прямом эфире обратилась Мария Бурмака.

— Вы уже можете подвести итоги года?

— Думаю, еще рано их подводить. У нас есть несколько детей, поиски которых проходят очень тяжело. Для меня самым большим подарком к Новому году будет их отзыв. Есть такой Виталик Сушинский. Вдруг попадется ему газета ваша в руки: «Виталик! Возвращайся домой!». Это для меня будет самым большим подарком.

Беседовал Владимир ДЕНИСЕНКО, «День»
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ