Прошлое не исчезает. Героически пролитая кровь не исчезает. Она трансформируется в новую форму духовной энергии, порождает человека, который должен его опеть. Прошлое воскрешается и расцветает в гении.
Евгений Сверстюк, украинский писатель, доктор философии, президент Украинского пен-клуба

Немцы и в Крыму немцы

«Мы хотим оставаться немцами, но жить в Украине, ставшей для нас второй родиной», — говорит заместитель председателя Рескомнациональностей Крыма Владимир РЕНПЕНИНГ
4 октября, 2001 - 00:00

В октябре состоится II съезд немцев Украины, на котором будут представлены немецкие общины со всех регионов страны. Пожалуй, наибольшая немецкая диаспора в Украине живет в Крыму. В развитие Крыма немецкое население внесло большой вклад. И в историю полуострова они вписали неповторимые культурные, экономические, социальные страницы, ставшие составной частью истории этой нации. Съезд должен решить вопросы дальнейшего этносоциального развития немецкой диаспоры в Украине, избрать представителя в Совет при Президенте Украины и новый орган (фольксрат) для выполнения его решений. В Украине немцы объединены в три официально зарегистрированные организации — Международная организация немцев «Видергебурт» («Возрождение»), Ассоциация немцев Украины и объединение «Немецкая молодежь в Украине».

ИЗ ИСТОРИИ НЕМЦЕВ В КРЫМУ

Считается, что немцы начали переселяться на юг Российской империи, в том числе и в Крым, при Екатерине II. Но если быть точнее, то в это время речь шла об их плановом переселении. Европеизация империи началась еще при Петре I, активно использовавшем немецкий опыт и специалистов. В «Плане устройства и заселения Таврической области» после присоединения Крыма к России Григорий Потемкин писал императрице, что здесь необходимо поселение «колонистов», «знающих экономию во всех частях, дабы они служили примером тамошним жителям».

Известно о переселении в Крым «данцигских колонистов» — 510 мужского и 410 женского полу душ» в 1787-1788 годах, а в 1803 году — с выделением 10 тысяч десятин «удобнейшей земли» в местности, именуемой «старый Крым». Но официально зарегистрированные немецкие колонии в Крыму появились в 1805 году. На юге селились в основном менониты, но были среди них и католики, и протестанты. Всего в Причерноморье, в Бессарабии, на Южном Кавказе было основано 181 «материнскую» колонию. В Крыму колоний было несколько: три в Симферопольском уезде — Нейзац, Фриденталь и Розенталь (ныне Красногорское, Курортное, Ароматное Белогорского района), и три — в Феодосийском — возле Судака, Гейльбрун, Герценберг (ныне Приветное и Пионерское). Это были переселенцы из Вюртемберга, Бадена, Пруссии и других немецких земель. В 1805 же году переселенцы из Швейцарии основали колонию Цюрихталь в Восточном Крыму — ныне село Золотое Поле Кировского района. В 1810 г. (по другим источникам — 1811 г.) в Симферопольском уезде немцами была основана колония Кроненталь. Они и стали основными «муттерколониями», из которых немцы стали переселяться в другие населенные пункты Крыма, образуя там уже «дочерние» колонии.

Причиной эмиграции немцев было не только приглашение России, но и последствия Семилетней войны на их родине, французская оккупация после войны с Наполеоном, неурожаи, голод, строгие и зачастую несправедливые методы управления, например, продажа солдат в Америку, ограничение свободы вероисповедания.

Колонисты получили в Крыму значительные наделы земли в 60-65 десятин; они были освобождены от рекрутской повинности и на 3—5-10 лет от налогов. Вместе с тем забота империи о новых переселенцах была не столько благотворительностью, сколько стремлением иметь собственную выгоду. В предписании Таврическому губернатору министр Мертваго в 1804 г. отмечал, что колонисты должны быть примером для остальных, и в них нужно «водворять склонность к труду и сельским упражнениям, а не давать им легкого заработка в виде продажи леса».

В колониях было самоуправление. Немецкими хозяйствами выписывались из-за границы машины, улучшенные породы скота. Вскоре колонии стали цветущими анклавами. Немцы имели громадные наделы с высоким качеством земли, тучными стадами скота, вывозили разнообразные товары, в первую очередь — хлеб. К 1841 году среди колонистов уже были хозяева со значительным имуществом: Бицлер — 340 десятин земли, Земен — 353 десятины, Миллер — 353 десятины, Фаут имел в Судакской долине обширный и высокого качества виноградник. Известны впечатления Анатолия Демидова, который после путешествия по Крыму в 1837 году описывает колонию немцев возле Симферополя: «…все земледельцы доставляют прекрасное молоко, они же — отличные хлебники, и жители Феодосии преимущественно у них покупают сливки, сухари, белый хлеб и прочие хлебные изделия». Немцы слыли также умелыми огородниками — разводили лук, капусту, огурцы, дыни, арбузы, картофель.

Во время Крымской войны 1853- 1856 гг. России пришлось воевать против широкой коалиции (Англия, Франция, Турция и Сардинское королевство). Проверке подверглись не только военная система, но и отношение к государству граждан различных национальностей, проживавших в Крыму. В связи с отсутствием железных дорог, ведущих в Крым, важнейшей проблемой стало использование местных ресурсов. Немецкие колонисты Таврической губернии составляли тогда около 7% ее населения и были третьей по численности этнической группой после татар и русских. Их колонии представляли «отрадное явление, на всем была видна печать просвещенной заботливости, аккуратности, вознагражденного труда». Один русский офицер, направлявшийся с войсками под Севастополь, отмечал: немецкие колонисты «любят новое отечество свое, как любим его мы, его исконные дети, и готовы для него, подобно нам, пожертвовать всем добром своим». Наряду с людьми других национальностей, немцы оказали большую помощь российской армии, поставляя бесплатно или за минимальную плату фураж, продовольствие, подводы и лошадей для доставки боеприпасов, продуктов, обмундирования, перевозки раненых. Немецкие женщины выполняли роль сестер милосердия, местное население помогало армии продуктами, способствовало лечению раненых, перевозке солдат, оружия, провианта.

В 60-70 годах XIX века правительство России приглашает немцев для основания новых колоний в Крыму. По данным центрального статистического комитета МВД Российской империи, в 1865 году на полуострове насчитывалось уже 45 мест с немецким населением — колонии, владельческие и общественные деревни, одна казенная деревня, хутора. Колонии представляли собой миниатюрные города с правильно распланированными улицами, каменными домами, покрытыми черепицей. В центре стояла школа. Практически все колонисты были грамотны. Школы содержались на их собственные средства. В Крыму было 180 сельских немецких школ, два центральных училища — Нейзацкое и Цюрихтальское, женская гимназия. Для продолжения образования дети отправлялись в Германию.

В 1897 году была проведена первая всероссийская перепись населения, которая и зафиксировала в Крыму 30027 немцев. По вероисповеданию среди немцев-колонистов были католики, лютеране, менониты, но встречались и семьи, принявшие православное христианство. В начале XX века приблизительно 3% колонистов были крупными землевладельцами, 80% — середняками и зажиточными собственниками земли, 17% — безземельными крестьянами, то есть не собственниками, которые в основном являлись арендаторами земли, но довольно крепкими хозяевами с плугом и лошадьми. Основным занятием немцев было земледелие; в больших колониях встречались также ремесленники — колесники, кузнецы. Случаи переселения немцев-колонистов в города были весьма редкими. Туда они приезжали из Германии, поэтому, как правило, немцы-горожане не имели связей с сельскими жителями. В каждом крымском городе были небольшие обособленные немецкие колонии; в Симферополе, например, она насчитывала более 1 тысячи человек.

В историю Крыма славными строками вписаны имена многих немцев — ученых, деятелей культуры, известных всему миру. К ним, прежде всего, следует отнести П. С. Палласа и Ф. К. Мильгаузена (Мюльгаузена). Петр Симон Паллас (1741-1811) — зоолог, ботаник, геолог, этнограф, действительный член Императорской академии наук, приглашенный в Россию в качестве преподавателя натуральной (естественной) истории, жил в Крыму почти безвыездно с 1795 по 1810 г., посвятив исследованию полуострова многие свои работы. Его усадьба в Симферополе использовалась в качестве летней дачи и полигона для научных исследований и включала жилой дом, два флигеля, служебные постройки и огромный сад, простиравшийся по обеим берегам Салгира более чем на две версты и названный в честь его жены — Каролиновский. В создании его принимал участие Х. Х. Стевен, основатель Никитского ботанического сада. Сохранилась (хотя сейчас находится в плохом состоянии) усадьба известного врача, ботаника, метеоролога, члена- корреспондента Медико-хирургической академии, общественного деятеля Ф. К. Мильгаузена (1775-1853), прожившего в Симферополе более 30 илет, и здесь же похороненного. Из некогда обширной загородной усадьбы, включавшей жилой дом с хозяйственными постройками и огромным садом площадью в 60 гектар, учтен только дом, нуждающийся в капитальном ремонте и реставрации. В плачевном состоянии находится загородная усадьба Кесслеров под Симферополем, являющаяся памятником истории и культуры. Среди членов этой семьи — ученые и военные, учителя, почетные мировые судьи, попечители учебных заведений и больниц.

КОНЕЦ ПРИВИЛЕГИЙ

Однако вскоре «золотой век» для немецких колонистов в России закончился. Привилегии были отменены. В конце XIX и в начале XX века, было несколько волн эмиграции российских немцев в Америку, в поисках лучшей жизни направлявшихся за океан. В 1940 году в США жили до 400 тысяч немцев — выходцев из России, сотни тысяч переехали также в Канаду, Мексику, Бразилию, Аргентину, Парагвай и Уругвай. А начиная с 1914 года, в связи с началом Первой мировой войны, антигерманские настроения повсеместно усилились, велась пропаганда не только против Германии, но и против немцев, проживавших в России. Уже в августе 1914 года местным властям из Петербурга пришло распоряжение о задержке и высылке из Крыма в заволжские губернии 4500 немцев, сохранивших германское подданство. Это была первая немецкая депортация. Вскоре по предписанию из столицы была осуществлена высылка немцев- мужчин призывного возраста, имеющих русское подданство. Немцев арестовывали дома, затем отправляли в тюрьмы Симферополя и Севастополя, содержали в полицейских участках. 2 февраля 1915 года царское правительство принимает решение о ликвидации немецкого землевладения. В Таврической губернии создается орган по ликвидации немецких поселений, который занимался описанием и оценкой недвижимого имущества колонистов.

Отношение к немцам меняется только после февральской революции. Вскоре был организован Губернский комитет крымских немцев (председатель А. Ф. Гейне), присяжный поверенный из Симферополя. Многие немцы вернулись в Крым из ссылки. В 1918 году был образован Первый Екатеринославский коммунистический кавалерийский полк, воевавший против немецких оккупантов на Украине и в Крыму, в котором сражались и немцы. В 1920 году немецкий кавалерийский полк в составе армии Буденного вел боевые действия против Врангеля, Махно и белополяков. Многие немцы сражались и против большевиков. В 1918 году во время наступления германских войск на Крым местные колонисты снабжали их сведениями разведывательного характера. С 1919 года среди немецкого населения начинается мобилизация мужчин от 18 до 40 лет: сначала в вооруженные силы юга России Деникиным, затем в части барона Врангеля; зачастую мобилизация проводилась насильно.

Когда в Крыму окончательно была установлена Советская власть (ноябрь 1920 года), немцы долгое время находились в оппозиции к установившимся порядкам. Они не участвовали в управлении, вели себя апатично, за первые 5 лет советской власти из числа немцев в РКП(б) вступило около 10 человек. В декабре 1920 года в обкоме партии создается немецкая секция для усиления агитации среди колонистов. Член Коминтерна Погани издает газету для немцев «Красный Крым», а с 1921 года немецкая секция — газету «Молот и плуг». В 1921 году также открылась немецкая совпартшкола, которая впоследствии была переведена в Одессу; там же издаются две религиозные газеты —для лютеран, и католиков. Закрыты они были в конце 20-х годов.

В 1930 году в Крыму был образован немецкий Биюк-Онларский район с центром в одноименном поселке (ныне Октябрьское Красногвардейского района), а также 36 немецких сельсоветов по всему Крыму. В двух районах — Биюк-Онларском и Тельмановском — издаются районные газеты. В 30-х годах, как правило, крепкие немецкие хозяйства подверглись раскулачиванию, многие немцы были высланы из Крыма. Затронула их и небывалая волна репрессий 1937-1939 годов. Многие немцы имели родственников за границей, и было достаточно одного письма из-за рубежа, чтобы человек был обвинен в «шпионаже» и навсегда исчез в подвалах НКВД или лагерях ГУЛАГа. Практически все немецкие семьи остались без отцов, которых либо расстреляли, либо сослали в лагеря. Смешанные браки и ассимиляция, «осовечивание» всей жизни, раскулачивание и сталинско- бериевские репрессии, окончательно подорвали и экономическую и социальную основу немецкого этноса на территории России и Украины.

Но главные испытания для немцев Крыма были впереди: грянул 1941 год и уже 17-20 августа, то есть еще за неделю до того, как был издан указ о переселении немцев Поволжья, крымские немцы были высланы из полуострова. Открыли список депортированных около 50 тысяч человек, а позднее — вывезли еще 2 тысячи. Со временем в азиатскую часть СССР в дополнение к 400 тысячам уже находившихся там немцев (уроженцев в основном автономной республики Немцев Поволжья), вывезли еще 300 тысяч, преимущественно женщин, детей и стариков. Всех мужчин от 15 до 60 лет и бездетных женщин определили в трудармию, представлявшую собой лагеря для принудительных работ, где с ними обращались как с предателями Родины. Женщины и дети находились под строгим надзором НКВД в спецкомендатурах. В этих нечеловеческих условиях погибли более 300 тысяч советских немцев, в том числе и крымчан…

НЕМЦЫ СЕГОДНЯ

Новый этап в жизни «советских» немцев начался с распадом СССР. Несмотря на все старания, им не удалось восстановить Республику в Поволжье. Отвечая на их просьбы, Борис Ельцин сказал, что может выделить для этой цели только бывший ядерный полигон Капустин Яр! И только первый Президент Украины, Леонид Кравчук, официально пригласил немцев в Украину. К 1996 году из Средней Азии, России и Казахстана выехали (в основном в ФРГ) около 220 тысяч немцев, часть из них возвратились в Украину и в Крым. Для успешной интеграции немцев в украинское общество уже немало сделано, но лидер крымских немцев Владимир Ренпенинг, ранее — председатель Народного Совета (фольксрата) немцев Крыма, депутат ВС Крыма по немецкому национальному округу в прошлом созыве парламента, а ныне — заместитель Председателя рескомнаца Крыма, сегодня больше говорит о проблемах и сложностях жизни своих одноплеменников.

Судите сами. Формальной остается реабилитация немцев в России, в Казахстане, в Украине и в Крыму. Закон о реабилитации депортированных, которого ждут и украинские немцы, в нашем государстве так и не принят. Положение таково, что немцы теряют перспективу и не верят больше в обещания.

По мнению В.Ренпенинга, «сегодня проходит заключительная часть процесса разрушения немецкой диаспоры. Хотя не всегда в этом виновата и Украина. Дело в том, что оставшиеся на территории Украины немцы, в основном потеряли языковую и культурную связь с Германией, и не признаются на исторической родине немцами. Соответственно, они не могут выехать в Германию как «соотечественники». В то же время, возвратившиеся в Крым немцы не могут получить украинское гражданство — паспортов не имеют более 500 человек. За 55 лет был завершен процесс искусственной ассимиляции: потерян родной язык, более 70 % браков — смешанные, по уровню образования немцы находятся на одном из последних мест, исчезают последние ростки немецкой культуры, пунктуальность; характер современных немцев сильно «осоветизирован», были уничтожены кладбища, кирхи, памятники, нет национальных школ, районов и сельсоветов, тем более — немецких названий в топонимике Крыма. Возродить исторически известные немецкие села и районы невозможно — изменился весь уклад жизни. Одновременно мы, с одной стороны, хотим остаться немцами, с другой стороны — жить в Украине, стране, ставшей для нас второй родиной. Во-первых, — отсутствуют шансы на выезд в Германию. Во- вторых, — нас привлекают более благоприятные климатические условия в Крыму, чем в Германии. В-третьих, — доброжелательное отношение местного населения. В-четвертых, — высокий, по сравнению с Азией, уровень цивилизации. В-пятых, — терпимое отношение державы к общению на русском языке, который стал для нас родным. В-шестых, — тесные связи Украины с Германией, что позволяет нам надеяться смотреть с перспективой в будущее. Поэтому выход остался один — учитывать современное положение дел и найти оптимальные пути обустройства немцев в Украине», — резюмирует Владимир Ренпенинг.

Сложной остается проблема самоорганизации немцев в Украине, — считает Владимир Карлович. — А без этого невозможно решить проблему сохранения, самоидентификации немцев Украины в контексте их сложной истории. С одной стороны Закон Украины «О национальных меньшинствах» предусматривает создание национально-культурных автономий, а с другой стороны — в стране нет закона о национально-культурных автономиях и их создать невозможно. Если говорить о депортированных немцах, а таковыми признаются только часть их, то и здесь парадокс: организованное возвращение как бы идет с 1992 года, но программы нет: то есть организованное возвращение не… организовано. Немцев как бы «пристегивают» к программе репатриации крымских татар, причем по алфавиту — сначала называют армян, потом болгар, а уж потом — … и немцев.

Не выполняет своих обязательств и Германия. Историческая родина «защищает» себя и законодательно, считая, что те немцы, кто потерял родной язык, не являются таковыми. Это унизительно и ущемляет достоинство выходцев из германских земель. Но ведь они не виноваты, что попали в условия почти полувекового жесточайшего преследования исключительно по национальному признаку.

Владимир Ренпенинг считает, что исходя из того, что в 1941 году из Украины было вывезено 400 тысяч немцев, а в 1944 году — 200 тысяч крымских татар, то есть вдвое меньше, хотелось бы поставить проблему немцев на такой уровень, на котором находится проблема крымских татар. Он предлагает срочно возобновить работу немецко- украинской комиссии по проблемам немцев в Украине, признать их национальную самоорганизацию (естественно, без притязаний на территориальность и государственность), создать государственные структуры по интеграции немцев и крымских татар в украинское общество, наподобие Министерства по делам Чернобыля для решения экономических, культурных, социальных проблем. Необходимо также, считает он, разработать программу «Немцы Крыма» до 2015 года, Концепцию самоорганизации немцев Украины.

— Мы, немцы, уважительно относимся к национальных правам и интересам украинского народа и других этнических групп в Украине, — говорит Владимир Ренпенинг, — но и у нас есть свои национальные интересы, которые мы хотим защищать. Мы — граждане Украины, но мы хотим остаться немцами, какими были наши деды и прадеды, и это только поможет нам работать на благо новой Родины. Но решить эти проблемы мы сможем только вместе…

Фото из альбома «Крымские репатрианты: интеграция в украинское общество»

Редакция выражает благодарность коллективу Программы фонда «Возрождение» «Интеграция в украинское общество крымскотатарского народа, армян, болгар и немцев» за оказание помощи в подборе материала и предоставленную информацию по истории немцев в Крыму.

Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ